Алена Сказкина – Право на доверие (страница 25)

Коридор сделал поворот, оставив меня в кромешной тьме. Я брела практически на ощупь, чувствуя себя слепым котенком. Рука наткнулась на шкаф, я шагнула в сторону. Болезненно приложилась коленкой об острый угол неудачно подвернувшейся лавки. Сдержанно, сжато выругалась. Наставили препятствий, честному дракону не пройти.

Кухня, спасибо вам, Древние, добралась! На тонком тюфяке, подложив руку под голову, безмятежно храпел один из сыновей старосты — добрый молодец в королевскую сажень[28] ростом. Уж не тот ли Петрушка, за которого меня упорно сватали? Напряженно косясь в его сторону, я сдвинула тяжелый сундук, коим придавили крышку погреба. Раздавшийся скрежет показался мне оглушительным, но на самом деле, наверно, был едва слышен. Я успокоилась тем, что этой ночью спящих не разбудит и отряд королевской кавалерии, в полном обмундировании марширующий мимо дома под звуки оркестра.

Несколько минут с сомнением всматривалась во тьму подпола. Тщетно. Я знала, меченый там, но разглядеть что-то в липкой мгле было невозможно. Сердце в груди трепетало, словно испуганная птица. Прежде чем решимость окончательно покинула меня, я спустилась вниз, зажгла прихваченную с собой свечу. Круг света выхватил из темноты посыпанный опилками пол, пыльные банки с соленьями-вареньями, груды ящиков у стены, изрытой крысиными норами, меченого.

Он сидел, прислонившись спиной к опорному столбу. Одна нога выпрямлена, другая согнута в колене. Руки расслаблены. Черная спутанная грива волос разметалась по плечам. На звук моих шагов, дракон оглянулся, окинул меня безразличным взглядом.

— А, это ты, жрица?

Рик равнодушно отвернулся. Я замерла, соображая, что ответить на такое приветствие — все тщательно подобранные и многократно прокрученные в голове слова неожиданно разлетелись, оставив после себя звенящую пустоту. Голос изгоя звучал странно: немного разочарованно, точно он ожидал кого-то другого, каплю недовольно, словно я отвлекла дракона от чего-то очень важного. Но больше всего в нем слышалось усталости.

— Я хотела сказать спасибо, — тихо прошептала я. Хаос, трудно принять, но это происходит на самом деле! Я благодарю меченого!

Он никак не отреагировал на слова, будто даже не услышал их. Я повторила еще раз, громче.

— Я хотела сказать спасибо. Ты спас меня.

— Это получилось случайно, — и снова дракон не повернулся. Во мне нарастало раздражение: я буквально переступила через гордость и все свои убеждения, не упоминая о риске, которому подвергаюсь, идя против воли деревни, а он даже не удостоил меня взглядом! Сдерживая злость (свирепый оскал не лучший спутник для слов признательности), я пересекла подвал, нависла над меченым. Теперь дракон смотрел на меня… сквозь меня, для него я осталась пустым местом.

— Ты спас мою жизнь, — повторила я. — Я хочу вернуть долг.

Горькая усмешка искривила тонкие губы.

— Ты опоздала, жрица. Я уже четырнадцать лет как мертв, — черная бездна глаз все-таки обратила на меня внимание, на одно мгновение, но меня снова бросило в дрожь. — Знаешь, это было жестоко. То, как с нами поступили. Нам оставили надежду… Что за бесполезное чувство!

Его пальцы сжались в кулак, сгребая опилки.

— Уходи, жрица. Ты ничем не можешь мне помочь.

Он сам отказался от моего предложения, какого же Хаоса я не способна просто развернуться и уйти, предоставив меченого его судьбе. Почему мне кажется это неправильным? Что удерживает меня в неприветливом пыльном погребе рядом с человеком, один взгляд которого заставляет спину покрываться холодным потом? Только глупое чувство благодарности?

— Я выведу тебя из деревни. Дам коня, денег, припасов…

— Люди — самая меньшая проблема, — он прав. Я сама видела, как дракон сражался против наемников. Если бы он захотел, крестьяне не дотронулись до него. Меченый продолжил, с отвращением проведя ладонью по щеке, будто пытаясь стереть черный узор. — Ты ведь в курсе, что означает картинка на моем лице?

— Печать, — он кивнул.

— За мной придут драконы. Лучше смерть от рук людей, чем попасть в когти Карателей. Даже у меня не получится скрываться вечно.

— Но ты поступил правильно, — сорвалось с губ нелепое оправдание.

— Их не волнует.

Существовал один выход. Я вдохнула, зажмурилась, собираясь прыгнуть с утеса в глубокую реку. Ланка, ты решилась, иначе не было смысла приходить, так почему медлишь? Бездна в его глазах повергает меня в ужас, но я не дам меченому умереть. Совесть потом загрызет.

— Я… Есть способ… — слова упрямо застревали в горле и приходилось выталкивать их силой. — Ты можешь принести мне клятву…

Стоило озвучить отчаянную идею, как я тут же пожалела о сказанном. Я набралась храбрости приоткрыть один глаз. Изгой смотрел на меня с откровенной насмешкой.

— Ты думаешь, покровительства юного птенца будет достаточно, чтобы Каратели оставили меня в покое?

Я изумленно уставилась на него.

— Откуда ты узнал, что я дракон?

— Неважно, — он отвернулся, пальцы, сжатые в кулак, побелели от напряжения. — Мне не нужна ни твоя жалость, ни твоя благодарность.

Пугающий. Опасный. Так почему я еще здесь? Может, затем…

— Мне нужна твоя помощь.

— Что? — впервые за время разговора собеседник удивился.

— Меня пытаются убить. А ты неплохо владеешь мечом, — я судорожно сглотнула, представив бойню на поляне, поспешно отогнала кошмарное видение. — К тому же следопыт…

Меченый захохотал. Смеялся он легко, высоко запрокинув голову. Робкая улыбка коснулась и моих губ.

— Ты точно безумная, жрица! — черные глаза с интересом, по-новому всмотрелись в мое лицо. Я вздрогнула, но ответила на его взгляд. — Мне не требуются способности драконов, чтобы почувствовать твой страх. И все же…

— Ты принесешь клятву и будешь защищать меня, — затараторила я. — Я стану единственной преградой между тобой и Карателями. Ты сбережешь жизнь, я получу телохранителя. Видишь, простой расчет…

Дракон подобрал ноги, резко поднялся, неожиданно очутившись лицом к лицу. Я испуганно отшатнулась, с трудом сдержав порыв бежать без оглядки. Определенно, тебе в голову закралась плохая мысль, Ланка.

— Знаешь, мне неожиданно стало любопытно, что из этого выйдет. Пожалуй, я соглашусь на твое щедрое предложение, жрица. Или мне теперь называть тебя Повелительницей?

— Лана… зови меня так, — меченый умудрился вложить столько язвительности в титул, что лучше пусть обращается по имени.

— Я помню, — дракон ядовито оскалился. — Лаанара… Веретта?

— Тиа Веретта, Рик, — огрызнулась я, готовясь к очередной подначке с его стороны.

Он равнодушно пожал плечами.

— Веретта так Веретта. Не тяни, девочка. Судя по времени твоего визита, добрые жители этой деревушки вряд ли обрадуются срыву намеченной на завтра забавы.

Я прикрыла глаза, чтобы не видеть ухмыляющуюся морду. Сосредоточься, жрица. Слова и магия. Это просто. Вспомнить бы…

— Mi, Laanara tia… — Хаос! На языке Истины не должна звучать ложь. — Mi, Laanara, v’iuna tel’ Ra, ark’et’e yu, yu simen'e slav'e mi?[29]

…Обжигающее марево, колышущееся над раскаленными песками пустыни…

Лицо дракона перекосила гримаса отвращения, в глазах мелькнула отчаянная злость, ненависть, губы недовольно скривились. Секунда, и он опустился на колени, покорно склонил голову.

— Mi, Rikc, v’iuna tel’ Is, — получила, Лана? Небось надеялась узнать истинное имя изгоя. Каков привет — таков ответ, — simen’e aler’e Laanara, v’iuna tel’ Ra.[30]

…Серая ледяная вода, скованная панцирем нетающих снегов…

Я ощутила, как на мое колдовство отзывается заклинание на теле дракона.

— Ark’et’e. Lem simen’e yu?[31]

…Хочешь ли ты объединить их, жрица?.. Уверена в своем выборе?..

— Simen’e mii sky, mii aro, mii na-ra.[32]

…Помни, это путь, с которого невозможно свернуть…

-‘Est Chaos saiko simeon![33]

Все. Не будет ни вспышек молний, ни грохота грома. Просто на одной из страниц в моей книге судьбы появилась очередная невидимая строчка. Важная? Несомненно. Порой события, меняющие целую жизнь, происходят совершенно незаметно. История знает кучу примеров, когда договора, повлиявшие на весь мир, заключались не на пышных приемах королевских дворцов и гербовой бумаге, а в темных углах дешевых забегаловок, пропахших дурным пойлом, куревом и потом.

Рик встал, похлопал по штанам, отряхиваясь от грязи и опилок. Когда он поднял лицо, стало видно, что Печать немного изменилась, впитав новый узор. Ритуал завершился. К добру ли, к худу, но теперь наши судьбы неразрывно связаны.

— Пошли, девочка, — меченый первым выбрался наружу, бросил мимолетный взгляд на не справившегося со своими обязанностями «охранника», нырнул во тьму коридора, безошибочно выбирая путь. Я медленно следовала за ним, постоянно натыкаясь на сложенные в сенях вещи, набивая шишки и сдавленно ругаясь. И зачем хранить столько хлама!

Когда я, наконец, покинула «гостеприимный» дом, аккуратно прикрыв за собой дверь, то обнаружила дракона с непонятным выражением лица смотрящим в небо, на далекие звезды. Почувствовав мой взгляд, он встряхнулся, поинтересовался.

— Деньги есть?

Ошеломленная внезапным вопросом, я полезла за пазуху, вынула тощий кошелек. Прежде чем я успела сообразить, меченый выхватил мешочек у меня из рук, высыпал монеты на ладонь, придирчиво изучил.

— Мало нынче зарабатывают выпускницы Южного Храма. Или просто мне попалась такая жрица? Никудышная.