Алена Сказкина – Хроники Раскола (страница 44)
Я догадывался, о ком идет речь. Немногие из известных мне лично драконов подходили под данное описание, и всего у одного была возможность провернуть трюк с иллюзиями. А главное, хватило бы наглости!
Вспомнились странности, преследующие меня в последнее время: задержки с передачей писем, мелкие поломки — не наносящие существенного урона, но замедляющие продвижение — участившиеся бунты и побеги. Похоже, у меня под носом действовала целая диверсионная группа.
— Кадмия! — женщина, дежурившая снаружи, объявилась по первому зову. — Передай приказ об аресте Фервинга из рода Селэрис и его ближайшего окружения. Алым сохранять осторожность — у предателя подготовка элиты теней, — я скользнул взглядом по пленнику, что, затаив дыхание, ждал приговора. — Людей... отпустите. Всех, — коготь недоуменно нахмурилась, и я подтвердил. — Подозреваю, нам некогда с ними возиться. Пусть проваливают к Хаосу!
Оставшись в одиночестве, я несколько раз пересек палатку из угла в угол. Во мне крепла уверенность, что Фервинга уже нет в пределах лагеря. Из интереса, не особо надеясь на успех, я ментально связался с драконом.
К моему удивлению, лазутчик ответил. Серо-зеленые глаза улыбнулись с дружелюбным нахальством.
— Я не сомневался, что вы быстро догадаетесь о моем участии, эсса, а потому постарался убраться как можно дальше. Сомневаюсь, что у вас есть время на погоню.
«Почему? Что тебе предложили? Понимаешь ли цену украденной цацки?» — я отмел несущественные вопросы и задал тот единственный, что волновал меня по-настоящему.
— Как давно? — неужели с самого начала?
— После южной кампании, — Фервинг моргнул. — Мне не повезло: я выбрался из пекла Великой Пустыни, но угодил в лапы горных патрулей, — дракон неожиданно отвел глаза, нахмурился. — Знаете, что делают со сломанными клинками? Случается, их выбрасывают, чаще приспосабливают в хозяйстве — лемехом плуга, например. Изредка отправляют на перековку.
Неудивительно, что никто ничего не заподозрил. После песчаной бури в армии долго царил хаос: слегка задержавшегося одиночку даже не спрашивали, где он пропадал, выжил-вернулся — и превосходно!
Изображение скакнуло, мелькнул всклокоченный серый пух низкого неба, далекий темный лес. Что-то отвлекло всадника. Через секунду лицо Фервинга появилось вновь.
— Я искренне восхищался вашей решимостью: ваша жажда свободы как заразная болезнь — дурманит всех, кого коснется. Я думал, мы похожи, но мне объяснили: я никто без хозяина. Инструмент, который должен кому-то подчиняться. Жаль, моя служба... и моя верность вам оказались без надобности.
Я холодно заметил.
— Лучше нам больше не встречаться.
— Я учту ваше пожелание, — он помедлил и, прежде чем разорвать связь, добавил. — Ветра в крылья, эсса. Пусть Древние будут к вам благосклонны… или хотя бы милосердны.
— Эсса! — в палатку влетел Валгос, непривычно, неприятно взбудораженный. — Срочное донесение!
— Что случилось?
— Войско Кагероса разбито. Повелитель ветров бежит на запад!
Глава тринадцатая. Черная река
Напитавшаяся талым снегом река раскаталась широким чернильным полотном — бездонная и застывшая. Проглядывающее сквозь завесу дыма солнце отражалось в глубине дрожащим багровым блюдцем. Пламя еще не показалось, но жаркий ветер нес над степью горячие хлопья пепла, а едкий запах гари пропитал все вокруг.
Деревья на дальнем берегу, темные силуэты с росчерками выписанных восточной кистью ветвей, напоминали кривые костлявые руки, тянущиеся из-под земли к небу в немой бесполезной молитве. Степь испуганно вздрагивала под копытами приближающейся кавалерии Альянса. Чайки носились над водой с пронзительными хриплыми криками.
—
— Все будет хорошо, драгоценная.
Я сам взял хрупкое запястье, испачкав золой, поцеловал ручейки вен. Хотел, но так и не коснулся губ. Красивый вышел бы жест, но глупый и ненужный. Если повезет вернуться, я еще успею насладиться медовым вкусом ее дыхания. Если же нет... пускай Вьюна забудет обо мне как можно скорее — желал бы я наполнить дни девушки одной светлой радостью, но не получилось.
Я посмотрел на Повелителя ветров. Поседевший от пепла, с темным от грязи лицом, на котором пот оставил светлые дорожки, в прожженном исцарапанном доспехе, он по-прежнему выглядел львом — потрепанным, но не готовым сдаться Владыкой драконов.
— Прошу, защити ее. Я постараюсь выиграть вам достаточно времени.
Кагерос кивнул. И он, и я прекрасно осознавали, в этом бою победить не получится. Слишком неравны силы: зажатые между стеной огня и делающей петлю рекой осколки нашей армии катастрофически уступали войскам противника и в численности, и в магическом потенциале. Добивание — вот как правильно называть предстоящее сражение.
Альтэсса вскочил в седло. Наклонился, легко подхватил девушку, усаживая спереди. Возбужденный жеребец кусал удила, всхрапывал и приплясывал, но оставался на месте, удерживаемый твердой рукой.
— Риккард, давай отступим вместе. Солдат можно набрать заново, но Демон льда… это окажется невосполнимой потерей для нашего дела и меня лично.
Я покачал головой. С высоты холма, избранного ставкой, открывался отличный вид на царящую у подножия суету. Воины под хриплые крики сотников спешно завершали создание оборонительных рубежей. В дело шло все подряд — хлипкие деревца, растущие на дальнем конце поля, подводы, которые опрокидывали набок.
— Кто-то должен взять на себя командование.
От двух армий общей численностью более шестидесяти тысяч человек и восьми тысяч драконов остался десяток перьев. Из них клановцев — меньше семи сотен. Прочие — обычные люди, которые могут взбунтоваться в самый ответственный момент.
Без магической защиты войско не продержится и полчаса: если не побежит, так сметут. Потенциала находившихся под моим началом алых, конечно, не хватит для победы в битве, но при умелом распределении сил мы заблокируем колдунов противника, позволив человеческим отрядам сражаться на равных. Хранилось у меня в загашнике несколько неприятных сюрпризов, должных «порадовать» врага.
Кроме практической, имелась и еще одна причина — воины северного клана. Они преданно следовали за мной, поверив в мечту о парящих в небесах драконах. Я, их эсса, не имел права сбежать, спасая собственную шкуру.
Кагерос минуту молчал, исподлобья изучая меня, опустил забрало, отвернулся. Цокнул, пустил коня в галоп. Вслед за Повелителем сорвалась его личная гвардия — сто семьдесят три мага, наследники верховных семей Запада. Ощутимая сила, которую Альтэсса не собирался терять в безнадежной мясорубке.
Я проводил отряд взглядом: кавалькада вихрем пронеслась по полю, притормозив у крутого берега, соскользнула к воде и, оставляя в воздухе шлейф волшебства, помчалась по речной глади как по широкому тракту. Вскоре деревья на дальнем берегу скрыли Повелителя ветров и его свиту.
Валгос, тактично дождавшийся окончания разговора, приблизился.
— Мы закончили с созданием и маскировкой ловушки, — коготь невесело усмехнулся. — Повоюем, эсса?
— Да. Мы еще повоюем, — я запнулся и неожиданно добавил. — Прости, что втянул в эту бойню.
— С тех пор, как я дал присягу, ничего не изменилось. Мой долг — защищать вас. Ваш — оберегать северный клан.
Оберегать клан? Звучит точно злая насмешка над тем, кого обвиняют в предательстве собственного народа. Было ли все напрасно? Возможно, мне следовало умереть уже тогда, пять лет назад, после оглашения приказа Аратая. Или только так, через залившую просторы подлунных королевств древнюю кровь, драконы в конце концов смогут снова обрести потерянную гордость и отыскать утраченный среди лжи истории путь? Пройдя искупление адом гражданской войны, возродиться, словно легендарная птица Феникс, из пепла и достигнуть расцвета?
— Подними мое знамя. И знамя Альтэссы Запада тоже, — приказал я Ольдару, дежурившему подле флагштоков.
За спиной на горячем ветру захлопали полотнища. Желтый полукруг солнца, всходящий из морских вод в голубое небо, расправивший крылья дракон — личный штандарт Кагероса. Синий шелк, серебряный меч с витой гардой принадлежал мне.
Над затянутым дымом горизонтом алела стена бушующего огня — ширящаяся полоса, разделившая угольную землю и стальное небо. Враг приближался. Я загривком ощущал пропитавшее воздух напряжение: Альтэссы не скрывали мощь подвластной им магии — убийственный жар южного пламени и безжалостное дыхание северных краев. Жаждущая мести за погибшую мать южная Повелительница Харатэль и... отец.
Сколько я выстою против живых воплощений Владык?
Валгос невольно поежился.
— Свяжись с командирами отрядов, проверь готовность. Напомни Арлисе, чтобы не тратила силы, пытаясь взять верх в битве плетений. Ее задача не позволить колдовать нашим противникам, прикрыть людей, — распорядился я, затягивая ремни шлема. — Неорли пусть не высовывается и ждет моего сигнала. Наблюдателям у реки — повышенное внимание. Я не хочу, чтобы нас обошли с тыла. Куин... впрочем, он сам знает, что делать.
Коготь активизировал артефакт связи, затараторил, отдавая приказы и получая подтверждение от командиров отрядов.
Я рассеянно перебирал пальцами гроздь гладких шариков. Колдовское пламя приближалось, ревело голодным обезумевшим зверем, готовым пожрать все на пути Харатэль тиа Ланкарра. Одна из наших с Кагеросом грубейших ошибок — мы недооценили юную преемницу Нейс. Она, несмотря на возраст, воистину оказалась достойна короны.