Алена Сказкина – Хроники Раскола (страница 38)
Я вошел внутрь, оборвав спор.
— Пора!
Миорпа опустила глаза, торопливо прошмыгнула наружу. Побледневший Ольдар секунду испепелял взглядом противника, отвернулся, так ничего не сказав.
В пещере мы остались вдвоём. Кольтрог принял независимый, даже вызывающий вид, но сообразив, что находится в тесном закутке, единственный выход из которого лежит мимо меня, нахмурился, нервно коснулся ножен.
Некоторое время я задумчиво изучал птенца. Удивляясь и пугаясь того, какие всходы дали зерна Хаоса, посеянные мной же самим несколько лет назад. Страшась открывшегося будущего: если кланы утратят доверие к летящим выше, если разрушаться основы, по которым живут Пределы… разве я этого желал?!
Приблизился. Дракон вздрогнул, поняв, что я мог оказаться свидетелем провокационного разговора. Облизнул пересохшие губы.
— Эсса…
Я схватил парня за шиворот, припер спиной к стене, слегка придушил предплечьем. Прошипел.
— Если хочешь сдаться, самое время! — он судорожно сглотнул, вцепился в мои пальцы, силясь ослабить хватку. — Можешь считать меня убийцей, демоном, да хоть разменной монетой, на которую получится купить благосклонность Альтэссы! Разрешаю! — Плевать! Я это заслужил! — Но если из-за твоей трусости пострадают Миорпа или Ольдар, поверь, я сумею до тебя добраться!
***
Блик факела отразился в воде второй луной, предупреждая об опасности. Птенцы резко метнулись вбок, прижимаясь к крутому глинистому берегу, затаились под корнями нависшего над головой каштана.
Шорох шагов смешивался с шелестом реки, катящейся по камням. Я положил ладонь на рукоять клинка. Дышал через раз, воображая себя травой, водорослями, личинкой щелкуна, ползущей сквозь толщу земли, рыбой, ночующей под корягой. Заметят — не заметят, почуют — не почуют? Кольтрог и Ольдар успешно сливались с окружающим миром. Миорпа... мышка испуганно жалась к склону, распространяя острый запах паники. Я медленно протянул руку, намереваясь коснуться девушки, ободрить, но она стояла слишком далеко, а притаившийся рядом Ольдар не замечал критического состояния подруги.
Шаги замерли над головой. Свет искрился на поверхности реки в пяди от наших сапог. Миорпа забыла все вечерние наставления, жмурилась, мяла пальцами ткань штанов. Хаос! Когда выберемся, вымуштрую девчонку так, что вообще прекратит бояться чего-либо.
Патруль задерживался. Заметили? Глупо, но я надеялся, что нам повезет избежать встречи с сенсориками.
— Идем! Чего ты застрял? Днем на здешние пейзажи не налюбовался? — вопрос раздался над самой головой. — Прочие отряды небось уже вернулись. Одни мы по темноте бродим, потому что тебе всюду мерещатся враги.
— Рядом кто-то есть.
Подбитый невидимым башмаком камешек описал дугу и плюхнулся в воду. Мышка вздрогнула.
— Охота тебе искупаться — проверяй! Но если и тут пусто, возвращаемся в лагерь! Досталась же мне ищейка в напарники — никакого покоя!
Я переглянулся с Кольтрогом, показал жестами, что возьму на себя скептика, сенсорик же на нем и Ольдаре. Дракон кивнул, принимая приказ. Я стрельнул глазами вправо-влево, оценивая, где удобнее забраться.
Мышка закусила губу и, оскальзываясь на влажной гальке, прыснула вниз по течению. Ночную тишину разорвала удивленная ругань и... сигнал тревоги. Я помянул Хаос, взлетел по склону, вырубил, в последний момент сдержавшись от убийства, отвлекшихся на девушку дозорных.
— Надо вернуться за Миорпой, — неуверенно заметил Ольдар. Кольтрог хмурился и молчал, выжидая, что я буду делать.
— Ждите здесь!
Я не успел пробежать и пяти саженей, как ощутил активацию плетения, пока не боевого. Резко затормозил. Над лесом повисла, превращая ночь в рваные полосы мертво-белесого света и угольных теней, колдовская звезда. С той стороны, где исчезла Миорпа, послышались крики.
Кто-то ломился через кусты, выкликивая патрульных.
— Убираемся отсюда!
— Миорпа…
Я толкнул Ольдара, вынуждая сдвинуться с места. Кольтрога подгонять не пришлось. Огибая ловушки, мы мчались против течения, спеша увеличить разрыв между собой и завязавшейся схваткой. Воздух за спиной трещал от атакующих чар, сыпавшихся как из рога изобилия — слишком много усилий, чтобы справиться с одной перепуганной до смерти девчонкой, а значит, гарнизон не успел разобраться в происходящем. Шум нарастал, но одновременно удалялся: нелепая выходка все же принесла положительные плоды, отвлекла большую часть охраняющей путь стражи.
Впереди показалась плотина. Я схватил увлекшегося Кольтрога за плечо, утаскивая под прикрытие деревьев. Кивнул на неподвижную фигуру, сливающуюся с грудой камней. Часовой нас не заметил.
Мы углубились в заросли. Скорость сразу снизилась. Вблизи заставы лесная полоса сужалась до тридцати сажень. За спиной журчала река. Меховые лапы поднимающегося тумана медленно ползли по мшистым стволам, проваливаясь в невидимые ямы и огибая раскидистые папоротники, подбираясь к дороге. Тускло-зеленые огоньки светлячков рассыпались по земле — мерцающая колдовская тропа манила в неведомые дали.
Я хмыкнул, не ожидая от себя поэтических сравнений, особенно в такое время. Прислушался. Ночь стихла. Потревоженные магические поля успокаивались — бой закончился. Надеюсь, алые здраво оценили ситуацию и не стали убивать глупую девчонку, хотя, если рассуждать цинично, смерть Миорпы для отряда была бы гораздо безопаснее, а потому предпочтительнее, чем ее плен.
— Вопилки! — предупредил Ольдар.
Между стволами растянулась серебристая сеть сигнального заклинания. Я оценил протяженность, расстояние между ячейками — не обойти и не перелезть. Пришлось терять время, осторожно распутывая плетение, перенаправляя вектор потоков и создавая «пустой» участок — работа нудная, кропотливая, а по отношению к вопилкам требующая еще и ювелирной точности.
Ольдар напряженно сопел над плечом. Кольтрог следил за местностью.
Дорога справа пустовала: «вечность», потраченная на возню с чарами, длилась не больше пяти минут. Мы вплотную приблизились к лагерю. Над перегородившими тракт воротами возвышалась шаткая башня-платформа, где дежурил очередной часовой. Засыпанная белым песком, ярко освещенная луной полоса, отделившая деревья от стены и озера, совершенно не годилась для игры в прятки.
За спиной взлетела еще одна осветительная звезда. Похоже, враги обнаружили нейтрализованный патруль. Теперь проследить наш маршрут сумеет любой неопытный сенсорик и даже просто умелый следопыт.
Хаос!
Как же отвлечь стража?!
На ноготь сел светлячок. Я подумал и принялся собирать в ладонь горящие «ягоды», облепившие ствол ближайшего дерева. После секундного замешательства птенцы присоединились ко мне.
Вторжение в разум что драконов, что людей запрещено: бесполезно, рискованно и часто заканчивается неудачей из-за хаоса, царящего в даже рассудительных на первый взгляд головах. С другой стороны, редко кто настолько безумен, чтобы замахиваться на основательную кройку сознания, а со смещением фокуса внимания справляются даже уличные артисты, не владеющие и толикой магии драконов. Это действует и в отношении людей, и в отношении животных, главное, хорошо разбираться в привычках первых и инстинктах вторых.
Часовой, несомненно, не раз пользовался общеизвестными уловками, чтобы принудить усталую лошадь бежать быстрее или отогнать привязавшегося на улице пса, но вряд ли он когда-либо сталкивался с целым роем светлячков, внезапно облюбовавших и настил наблюдательной башни, и самого дракона.
Пока алый отвлекся, нелепо размахивал руками, тщась отогнать навязчивых насекомых, отряд незамеченный проскользнул к стене, свернул за угол.
Земля пружинила, хлюпала, проминалась под ногами. Узкая, заросшая осокой полоска берега, втиснувшаяся между кольями изгороди и черным зеркалом озера, казалась бесконечной нитью, натянутой над бездной: я невольно косился вверх, опасаясь, что в любую минуту часовому вздумается отправиться в обход.
Пронесло.
С той стороны идти стало проще: магических ловушек и сигнальных заклинаний встречалось меньше, патрули и наблюдатели исчезли. Кольтрог больше не хватался за оружие при любом шорохе. Расслабившийся Ольдар едва не угодил в обычный медвежий капкан. Несомненно, впереди ждет еще застава и не одна, но волноваться об этом пока было рано.
Мы успели преодолеть верст пять по извилистой горной дороге и подняться на полсотни саженей над лагерем, когда мимо, вздымая пыль, пронеслась кавалькада.
Голодными глазами упустившего добычу хищника над озером затухали две болотные звезды.
***
— Они не угомонятся! — мрачно резюмировал Кольтрог.
С самого раннего утра стиснутая между двумя горными грядами долина напоминала разворошенный муравейник. По серой извилистой ленте дороги, нещадно подхлестывая лошадей, носились в обе стороны разъезды. Поисковые отряды прочесывали лес на склоне внизу, уже перекочевав на ближний берег реки, и медленно, но с настойчивостью преследующих добычу гончих подбирались к нашему убежищу. Судя по растерянности, сенсорики у врага оказались слабые, а нам удалось запутать след, но если алые приблизятся вплотную, я не поручился бы за надежность маскировки. Глупо забывать и о возможном подкреплении: Альянс не пожалеет лучших карателей, чтобы загнать в угол Демона льда.
— Хаос бы побрал Миорпу!
Мысленно я согласился: вряд ли столько шороху подняли бы из-за пары оглушенных часовых и проскользнувшего лазутчика. Скорее, махнули рукой, позволяя счастливчику попытать удачу у следующих застав. Миорпа угодила в плен. Добровольно ли, нет, но девушка выдала противнику и численность отряда… и его состав.