Алена Шахнина – Ошибка Купидона (страница 6)

Ксюша отступила от шкафа, Юра направился к ней. И тут его нога со всей силы влетела в ножку кровати самым больным местом – мизинцем. Раздался неприятный, влажный хруст сустава. Юра взревел от боли, схватился за стопу, запрыгал на одной ноге, зацепился ей за ковер и рухнул на пол. Дом содрогнулся под его громадным телом, на полке упала рамка с фотографией, а у соседей залаяла собака.

Купидон не любил злорадствовать и смеяться над людскими неудачами. Но именно этим он сейчас и занимался. Если бы он был осязаем, то вдобавок пнул бы этого мерзавца по больному пальцу. И нет, ему не было стыдно за эти мысли. Юра хотел обидеть девочку – и судя, по ее реакции, такое было не в первый раз.

Ксюша ахнула, когда жених рухнул на пол, и секунду смотрела на него. А потом подбежала к Юре, хотела помочь, но он с силой оттолкнул ее от себя. Она полетела назад и упала на спину в коридоре, затылок с глухим стуком ударился о стену. Сначала перед глазами промелькнули звездочки, глаза на мгновение расфокусировались, и Ксюша почти завалилась на бок. Оперлась на руку, и смогла удержаться. Вторая ладонь понеслась к затылку – скоро здесь вырастет шишка, но крови не было.

– Иди на работу! – закричал Юра, сжимая палец на ноге. – Все из-за тебя!

Ядовитые, наполненные злостью слова, заставили вздрогнуть даже Купидона. Ксюша от его громкого голоса быстро пришла в себя.

Купидон смотрел с неподдельным ужасом на действие порошка, на реакцию жениха, на беспомощность Ксюши. Она медленно поднялась с пола, подхватила сумку и направилась на выход, опустив плечи. Вышла из дома, прислонилась к двери и разразилась горькими слезами.

Купидон смотрел на это и сам едва не плакал. Он хотел уйти, убежать, чтобы не видеть рыдания девочки, но против воли достал второй мешочек и открыл его. Ксюшина боль потекла внутрь, мешочек становился все тяжелее и тяжелее, почти неподъемным. А потом она резко успокоилась. Кто-то внутри нее закрыл кран. Посмотрела на часы и кинулась бежать. Мешочек опустел, и Купидон посмотрел на это с такой грустью, что мог заполнить его своей болью. Он знал, куда она так торопится. А еще он знал, что Алексей уже прошел их перекресток, и сегодня они не встретятся. Порошок Неудачи сработал отлично, только Купидону не было от этого радостно.

Ксюша бежала так быстро, что Купидон еле поспевал за ней. Проскочила на перекрестке, за секунду до трагедии заметив машину. Потом она столкнулась с прохожим, тот упал, порвал брюки и разбил телефон. Купидон смотрел на это с тихим отчаянием: пыль работала как зараза, распространяясь вокруг, заражая других людей. Это плохо. Старуха могла бы и объяснить!

Ксюша не замечала свои неудачи – она так привыкла к ним, что происходящее вокруг казалось абсолютной нормой. Но когда рядом, всего в сантиметре от ее ног, затормозила машина, она вздрогнула. И пожалела, что не перебегала дорогу секундой позже. Все бы закончилось: унижения, страх, отчаяние. Это не гибель – это освобождение. Другого выхода из отношений она не видела.

Ксения забежала в больницу, и Купидону стало еще хуже. Не любил он такие места – здесь постоянно был Смерть. И часто не один, а сразу несколько. В больницах люди редко улыбаются и влюбляются, но Купидон хотел убедиться, что действие волшебной пыли закончилось, а еще он так и не собрал мешочек с болью. Тот самый дурацкий мешочек, оттягивающий карман.

В кишкообразном светлом коридоре Ксюша столкнулась с начальником. Тощий, высокий мужчина с круглым лысым островком на голове сначала демонстративно посмотрел на часы (слишком долго смотрел), а потом уставился на девочку.

– Двадцать минут, Ксения, – сказал он противным высоким голосом.

– Простите, Олег Николаевич! День сегодня неудачный, – оправдывалась Ксюша.

– Второе опоздание за неделю, Ксения. В этом месяце ты без премии.

Она понимающе кивнула и опустила взгляд.

– Еще такое повторится, будешь искать новую работу, – сказал начальник. – Ты знаешь, как я не люблю опоздания.

– Да. Знаю. Поняла. – Ксюша смотрела на блестящие ботинки начальника.

– Иди. Эти двадцать минут отработаешь после смены.

Ксения кивнула и двинулась в ординаторскую. Купидон последовал за ней, ощущая себя так, словно это его отчитали. А так и есть! Это ведь из-за него все происходит! Слишком много неприятностей всего после щепотки порошка. Видимо, он переоценил свои силы, когда подумал, что справится сам, без помощи старухи.

Ксюша быстро накинула халат, но из раздевалки не вышла. Она села на низкую скамейку, спрятала лицо в ладони, и ее плечи начали вздрагивать от рыданий. Купидон достал и открыл мешочек, наполняя его болью этой несчастной девочки. Ему было так жалко ее, что заболело несуществующее сердце. Купидон стоял рядом и поглаживал Ксюшу по сгорбленной спине, пытаясь успокоить. Но она не успокаивалась. В ней было столько боли, что одного мешочка явно маловато.

А потом она достала телефон и включила видео со спасением умирающего старика. Слезы не сразу, но высохли на лице, и даже появилась легкая, едва заметная улыбка. Незнакомый парень стал островком нормальности, спасательным кругом в ее личном аду. Она совсем не знала его, но тянулась, как цветок к солнцу. Внутри сжималось от боли и тепла одновременно: она знала, что Юра никогда ее не отпустит, но этот парень с его красивыми, нежными глазами пробуждал в ней новые, неизведанные чувства. Она думала о нем, когда засыпала и когда проснулась, и так хотела увидеть его снова, но опоздала.

Огонек в сердце Ксюши дрогнул и вырос. Купидон застонал. План провалился. Это конец. Огонек должен был стать меньше, а он стал больше! Она влюблялась, даже не видя Алексея, от одних воспоминаний, подогретых неудачами. Но так не бывает! Любовь растет от встреч, от взглядов и касаний. В этом и особенность купидоновской магии – она дает искру, а люди разжигают огонь. Но они даже не знакомы, всего две короткие встречи, и такой эффект.

– Ты другого любить должна, Ксюха! – сказал Купидон ей на ухо. – Тебя Юрок дома ждет, его любить надо! Почему же ты его не любишь?

Он понимал почему. Он видел почему. Такого любить нельзя – это противоречит всем небесным и земным законам. Писатели связали ее с монстром, а душа отчаянно рвалась в другие, здоровые отношения.

Купидон грустно вздыхал на ухо Ксюши, а она снова и снова включала видео, смотрела на Алексея, не понимая, что делает себе только хуже. И тут появился Смерть.

– Унюхал тебя, Амурчик, – хмыкнул он. – Как дела?

– Плохо дела, – буркнул Купидон. – Что тебе надо?

– Да я по работе здесь, – Смерть подошел к Ксюше. – Там бабуля умирает, скоро заберу ее.

– Ну так иди, а то другие заберут! – Купидон совсем не хотел разговаривать с ним.

– Твоя жертва? – спросил Смерть, кивая на девушку. И провел ладонью возле ее головы.

Купидон закатил глаза и не ответил. Сам он жертва, болван он!

– А жизнь-то у девочки короткая, немного ей осталось, скоро и за ней приду, – спокойно, даже с жалостью сказал Смерть.

Купидон замер на месте, а потом медленно повернул голову к Смерти:

– Как это?

– Да, – он кивнул. – Погибнет. Ты разве не читал судьбу своей подопечной?

– Читал, – соврал Купидон. – Не думал, что ты за ней придешь.

– Я приду. В моем списке она. Наверху решили кого-то напоследок любовью одарить? – хмыкнул Смерть. – Даже мне это кажется жестоким. Хотя иногда они такое чудят, писаки эти, что трудно удивляться чему-то.

– Неужели я слышу жалость от циничного Смерти? – с удивлением спросил Купидон.

Смерть пожал плечами.

– Циничного? А то попробуй по десять душ в день забирать на протяжении столетий. Мне нельзя по-другому. Иногда души так сильно цепляются за свои тела, что выдирать приходится. – Смерть смотрел на Ксюшу пустым взглядом. А потом резко поднял взгляд и улыбнулся: – Это не твои розовые сопли, это жизнь! Ладно, пошел я за бабулей, она уже почти все. Не грусти, Амурчик!

И Смерть удалился так же быстро, как и появился, оставив после себя звенящую тишину и понимание: Ксюша погибнет, и Лешин огонек погаснет. Только эта мысль тоже не вызывала радости.

Купидон вернулся к старухе Неудаче, кинул на стол тяжелый мешок с Ксюшиными слезами и посмотрел на довольное лицо перед собой.

– Ты мне не сказала, что твой порошок работает не только на одном человеке! Что он притягивает неудачи всем, кто рядом! – сказал Купидон, нахмурив свои густые брови.

– А ты не спрашивал, – хмыкнула Неудача. – Я же тебе говорила: щепотку! А ты своей лапищей перестарался!

Купидон машинально посмотрел на свои ладони и пальцы. И правда большие.

– Тебе бы поучиться у старших товарищей, – с сочувствием сказала Неудача. – И узнать, что вмешательство небесных существ никогда не остается без последствий.

– Что это значит? – испуганно спросил Купидон.

– Одно важное событие тянет за собой другое.

– Но ничего важного не произошло, – воскликнул Купидон. – Порвала платье, упала… опоздала на работу… лишилась премии… скоро лишится работы… – последние фразы он произносил медленно, растягивая каждое слово.

– Вот именно! А еще она едва не погибла под машиной! Пришлось сестрицу вызывать, иначе все, судьба бы изменилась полностью. И не только ее, но и смертного за рулем.

– Ой, ой, – протянул Купидон. – Как плохо, как плохо. Я дурак…

– Всегда думай о последствиях своих действий. Мы не зря вмешиваемся в жизнь смертных только в крайних случаях! Написано в книге человека, что он должен упасть, чтобы запустить цепочку событий, я насылаю неудачу. В остальном мы, простые существа, не имеем права вмешиваться. И ты должен был знать об этом!