Алена Ромашкова – Связанные туманом (страница 37)

Дроу сдерживался, так как знал, что Криссандра не оценит его ярость и убийство деда. В ней он чувствовал отчаянное желание обрести семью. Что ж, он обыщет в Даркмаре каждый угол, но найдет ту дрянь, которая бросила дочь, и раба, который… Его вину темный пока не мог сформулировать. Она заключалась пока разве что в том, что он светлый…

Глава 11

На следующий день произошла торжественная передача ростка темным эльфам. Я присутствовала на этой церемонии — очень торжественной и официальной, на которой кроме жреца присутствовало несколько десятков представителей высшей знати.

Нас провели к дереву, которое росло в дворцовом саду на достаточном удалении от его оживленной части. Высокое, пышное и зеленое, оно ничем не отличалось от своих обычных собратьев, разве что необычной формой листьев, которые были похожи на восьмерки. Жрец — эльф с легкой безуминкой в глазах, одетый в белый балахон с зеленой вышивкой, прочел какой-то текст, стоя возле ствола, а затем ему в руки упала веточка, которую тот положил в заранее приготовленную прозрачную колбу. Я разглядела, что на ветке уже отрасли корешки — это был готовый саженец. Чудеса.

Закрыв сосуд, жрец протянул его обоим дроу. Вперед выступил Хирон и взял колбу в руки, но случилось непредвиденное: по ней пробежал серый туман, и несколько листиков на ветке скрутились, продемонстрировав признаки увядания. Это заставило всех присутствующих картинно заохать и заахать, а жреца выхватить дар из рук темного. Как только колба вернулась в руки светлого, листья вновь раскрылись, а саженец явно повеселел. Толпа шумно выдохнула с облегчением. Настала очередь Талсадара, но и в его руках колба помутнела: охи, ахи, вздохи облегчения — все повторилось.

— Увы! Передать вам росток не получится, — громогласно объявил жрец, а король, который тоже стоял среди зрителей, подтвердил данное утверждение: он тяжело вздохнул и развел руками. Мол, ну не смогли мы, не смогли.

— Погодите, с нами есть еще третий член команды. И я бы сказал, универсальный, — ухмыльнулся не кто иной как Хирон. — Криссандра, попробуй ты принять этот дар из рук светлейших.

И жрец, и король не ожидали такого поворота, они явно предполагали, что росток не покинет территорию Гринлойда, и, возможно, потому так легко пошли на сделку. Из того, что я успела понять, это было весьма недальновидно — всему миру грозит гибель, а эти веточку жалеют.

Я выступила вперед и с готовностью протянула руки. Как только колба попала ко мне, она засветилась тысячами розовых искр, что в очередной раз вызвало хор «охов» и «ахов», но в этот раз с отчётливым вкраплением зубного скрежета нескольких эльфов, включая жреца. Может, он просто жадный от рождения?

— Какой приятный сюрприз, не правда ли, лорды? — ехидствовал Хирон. Было видно, что он доволен и удовлетворен. Некоторое злорадство и торжество победы я наблюдала и на лице Талсадара.

На этом церемония подошла к концу. Саженец доверили мне. Я рассматривала содержимое колбы и видела, как веточка шевелит листиками и корешками, и, кажется, пустила пару новых побегов.

— В почву его надо посадить не позднее недели, начиная с сегодняшнего дня, — промолвил жрец. Он с сожалением и тоской смотрел на утерянную часть древа. Возникало ощущение, что он расстается с ребенком, которого увозят на чужбину. Я сжалилась над эльфом и сказала:

— Я позабочусь, чтобы у будущего древа были солнце и уход. Его будут беречь.

На мои слова жрец вздохнул и кивнул в знак смирения.

Отплывали мы на следующий день на рассвете. До морского побережья добирались на лошадях, но на судно их брать не стали, оставив у светлых. Уж кому-кому, но животным тут вреда не причиняли, так что за свою Карамельку я была спокойна, полагая, что ей грозит только счастливая и сытая жизнь — благо, она не мясоедка. И все же на всякий случай я заручилась обещанием Лариэля, что наших лошадей будут беречь и выделят лучшие места в конюшне.

Яхта «Стремительная» принадлежала королевском роду, это было небольшое судно, обещавшее комфортное путешествие. Всего сутки — и мы должны были попасть на территорию Сабирии, а оттуда к моей бывшей деревне, где как рассказал Хирон, есть вход в подземелье, о котором люди даже не подозревают.

Это он, конечно, недооценил род людской — очень даже мы подозревали, просто отчаянно трусили, поэтому не лезли никуда. А так, баба Зуся давно просветила, откуда может "нечисть всякая" лезть.

Прощание вышло коротким Лариэль пожал мне руку и напомнил об обещании. Никакой теплоты я от него так и не почувствовала. Талсадар все это время старался находиться рядом, говорил он мало, а выглядел агрессивно, отпугивая всех, кто ко мне подходил. Когда мы поднялись на палубу «Стремительной», дроу заметно расслабился, избавившись от раздражающего внимания светлых. Из команды на корабле присутствовали капитан по имени Фарсиэль, который просил обращаться к нему исключительно «кэп», и пятеро матросов. Эти мужчины всем нам пришлись по вкусу: веселые, сыплющие морской похабной лексикой эльфы. Мне кажется, что вот эта шестёрка точно заделала паре-тройке человеческих девушек детей. Не было в них снобизма их знатных сородичей, зато любвеобильность и неожиданная живость характеров равняли их с человеческим родом.

Каюта меня вполне устроила. На самое видное место я поставила колбу, замотав ее в свою запасную одежду, чтобы не разбилась, если начнется качка. Судно быстро вышло из порта и направилось к Сабирии. Погода была хорошая, попутный ветер и навыки эльфийской команды позволили быстро лечь на курс. Устав сидеть в каюте, я вышла на палубу и, опираясь руками на борт, наслаждалась свежестью ветерка, подставляя ему лицо и щурясь от яркого солнца.

— В Даркмаре нет солнца. И освещение в столице сделали только потому, что у нас есть не видящие в темноте рабы, — раздался голос Талсадара, который подошел ко мне со спины, обнял за талию и прижался лицом к волосам.

— Что ж, это не помешает найти мне своих родителей, — ответила я.

— А выйти замуж за дроу и прожить с ним всю жизнь тебе это помешает? — прошептал мне на ухо темный.

Я вздрогнула, но не знаю, от чего больше — его слов или ощущения горячего дыхания.

— Ни один дроу мне этого не предлагал. Помню угрозы, помню обещание отвезти в подземелье чтобы пользоваться мною год, а потом отдать на потеху другим, — ответила я, чувствуя, что начинаю злиться, произнося это вслух. Что-то внутри меня было категорически не согласно, чтобы мною управляли — если раньше я вполне мирно сосуществовала со своим подчиненным и незавидным статусом, то сейчас нашла в себе гордость, самолюбие и желание посылать всех командиров во тьму.

— А теперь один дроу, Талсадар из рода Гаэр'Дааль, мечтает сделать своей законной супругой одну эльфийку, что признала его своим мужчиной, — спокойно, словно и не почувствовав моего бурления, ответил темный, еще теснее прижавшись ко мне. Одна его рука крепко обнимала за талию, а вторая заправила локон за ухо и опустилась к шее, поглаживая ее пальцами.

— Почему? Потому что я каким-то образом поставила вам клеймо?

— Потому что я хочу иметь на тебя постоянное право, моя мстящая, — низкий голос завораживал, я расслабилась и откинулась на грудь мужчине. — Поверь, дроу — отличные мужья. Список того, в чем мы хороши, до безобразия короток, — хохотнул Талсадар, — всего три пункта. Мы умеем любить своих женщин, воевать и плести интриги.

— Хирон говорил, у тебя есть невеста.

— Милая, у меня была любовница, — дроу сделал особое ударение на слове «была», — а теперь у меня есть невеста — ты.

— Но я же полукровка. Это не смутит вашу… знать?

Талсадар расхохотался и сквозь смех произнес:

— Мне глубоко плевать на проблемы знати. Единственный, кто стоит на пути нашего брака, это король, потому что обряд магический, и он должен одобрить его, так как сам является проводником тумана. И все. А тебя, Криссандра, все это вообще волновать не должно. От тебя мне нужно только согласие. И еще, чтобы называла меня на ты и по имени. Привыкай, имя сложное — нужно тренироваться, чтобы подо мной стонать правильно.

Однако, какое все-таки самомнение у этого зарвавшегося лорда! Да и что там сложного? Талсадар Гаэр'Дааль — полгода тренировки и пойдет! Вон, Хирон вообще до “Талса” сократил. Вот мое имя полное проорать в порыве страсти действительно сложно — так и с настроя сбиться недолго. А если и название рода добавить недавно приобретенного… Всего этого я говорить не стала, потому что, как бы я ни сопротивлялась, на самом деле его слова будили во мне томление и желание согласиться. Было ощущение, что я разогналась и лечу все быстрее, не думая останавливаться — жизнь у меня менялась каждую секунду, и прыжок от дочери светлого лорда до невесты темного захватывал дух.

— Ты согласна? — прервал мое молчание дроу, повторив вопрос.

— Я подумаю, — протянула я не без кокетства.

— Может, мне помочь тебе думать?

— Что имеешь ввиду? — перешла я на формальный тон, раз уж Талсадар так этого хотел.

Дроу замолчал, а я ожидала ответа, слушая, как глухо и часто бьется его сердце у меня за спиной.

— Да, пожалуй, вот это и имею… ввиду, — выдохнул он, подхватил меня на руки и понес в мою каюту, которая оказалась ближе, чем его. Свидетелями этой сцены стали несколько матросов, но для нашей с дроу истории публичность — это, похоже, норма.