Алена Ромашкова – Связанные туманом (страница 31)

— Нам не нужна война, идеи отца разрушительны и приведут всех в никуда, — сказал Дарсиэль.

— Хорошо, а что ты хочешь от нас? — уточнил Талсадар.

— Того, что вы сделали со стенами ваших покоев. Немного разрушения. Нужно вытащить Карнаниэля и дать ему возможность вернуться на трон.

— А ты не можешь это сделать? Отец тебе доверяет — тебе это проще простого, — вмешался Хирон.

— В том-то и дело, что не могу. На место пленения его величества наложили магический щит, который нам, светлым, не сломать. Этот же щит был и на ваших покоях, но вы с поразительной легкостью преодолели его и выжгли дыры в стенах, тем самым доказав, что как раз вы мне и нужны.

— Плату мы возьмем ростком древа жизни. Если Карнаниэль заартачится, ты убедишь его, — предупредил Талсадар Дарсиэля.

— Я согласен, — кивнул головой светлый.

Мужчины договорились, а потом посмотрели на меня. Их внимание я привлекла тем, что воспользовалась секундным ослаблением хватки Талсадара и предприняла отчаянную попытку побега. Извернувшись и замерев в неимоверно сложной для любого живого существа позе, я смогла вновь взглянуть на объект моих воздыханий. Вопреки моему же разуму, тело потащило меня к Дарсиэлю: я сползла с кресла, встав на четвереньки, и устремилась к нему, однако дроу схватил меня за шкирку и вернул на место.

— М-да. Даже я признаю, что не способен настолько вдохновлять женщин. Это действительно мои чары. Возможно, с полукровками не работают законы светлой магии, — говорил Дарсиэль, пораженно глядя на мою акробатику. — Может, мне все же взять ее в постель? Снять напряжение, так сказать, — предложил он с хищной ухмылкой. Похоже, его увлекла моя мания: сейчас светлый лорд по-настоящему заинтересовался. Он наблюдал за каждой моей эмоцией, считывая готовность на все, и ему нравилось, то, что он видит. Бросив очередной продолжительный взгляд и представив что-то, похоже, очень воодушевляющее, лорд прикусил губу и сверкнул глазами, затем повернулся к Талсадару и более настойчиво повторил:

— Одолжите свою полукровку на ночь? Я слышал, что у дроу есть такая практика.

— Нет! — рыкнул Талсадар так резко, что даже я на секунду очнулась. — Криссандра неприкосновенна. Предупреждаю: дотронешься — убью.

— Как скажете, — вздохнул Дарсиэль, особо, впрочем, не расстраиваясь. — Главное — вызволите короля из плена. Эльф замолчал, а потом все же добавил, опять поймав меня в плен своих глаз:

— Однако же, какое необычное имя. На древнеэльфийском, кажется, «мстящая»?

Ему никто не ответил. Вместо этого Талсадар потребовал:

— Я бы хотел на некоторое время остаться с ней наедине. Нужно привести ее в чувство перед тем, как идти за Карнаниэлем.

— Пожалуйста-пожалуйста! — поднял руки в примирительном жесте светлый лорд. — Только недолго. Отца не будет еще несколько часов во дворце, но все же стоит поторопиться.

Дарсиэль встал и вышел из зала, дав сигнал своим людям тоже нас покинуть. Я задышала свободнее, как только объект обожания исчез из поля зрения. Хирон хмыкнул, глядя на нас, и отошел подальше.

— Криссандра! — сказал мне Талсадар, ухватив за плечи. Он наклонился, переместил ладони на мои щеки и притянул к себе мое лицо. — Смотри мне в глаза! Ты не будешь реагировать на Дарсиэля! Включи голову!

— Я ничего не могу поделать. Я его вижу и все, он такой… — краснея от этих признаний, но все же мечтательно прикрыв глаза, прошептала я.

— Криссандра! — встряхнул меня дроу.

— Талс, попробуй свою магию применить! Клин клином… — вступил в разговор Хирон.

Талсадар тяжело глянул на напарника, но, похоже, тот сказал что-то толковое, так как мужчина вернул свой взгляд мне и приблизил свое лицо почти вплотную.

Я смотрела в его затянутые дымкой глаза и ждала каких-то действий. В теле разлилась приятная нега, я вдруг сама потянулась к губам темного, заставив его вздрогнуть от прикосновения. Но вместо поцелуя, неожиданно для себя, укусила, сжав зубы на нижней губе Талсадара так, что из нее хлынула кровь. Увидев струйку, лизнула и рвущимся из нутра злым хрипом произнесла:

— Не смей! Меня! Принуждать!

Талсадар замер, в глазах полыхнул кровавый пожар. Но вместо того, чтобы разозлиться, он обрушился на мои губы, оккупировал рот и устроил порочный танец наших с ним языков. Прижав меня к своему телу за ягодицы, мужчина глухо застонал, но его стон вдруг перешел в громогласный рык, когда прямо над ухом раздался вкрадчивый голос:

— Хорошо вам? Понимаааю. Не время спасать Гринлойд и выполнять сверхважное задание темного короля. Мелочи это. Не стоят они вашего приятного времяпрепровождения. Что ж, не отвлекайтесь.

Пока Хирон издевался, я пришла в себя, и Талсадар тоже вернул дыханию размеренность. Я прокашлялась и сказала:

— Постараюсь сдерживать свои порывы. Это все так странно.

Хирону надоела эта тема, поэтому он закрыл ее одной фразой:

— Увижу, что липнешь к бледному, вырублю. Пошли!

Я задумалась над значением слова «вырубить» и поежилась, представив, как после удара дроу уже не поднимусь. Был у нас случай в Вершках, когда я лечила разбитую голову одного неверного супруга, которого жена “вырубила” скалкой, объяснив свое действие тем что “совесть потерял”. В итоге мужик потерял сознание и дар речи. Если меня ударит дроу, то я потеряю мозги. Буквально.

Пока я углублялась в ностальгию по деревенским драмам, Дарсиэль вновь предстал перед моими очами, и мужчины двинулись в направлении, которое он показывал. Светлый лорд и трое эльфов в военной форме шли впереди, затем мы с темными лордами, за нами еще несколько солдат. Не похоже было, что мы таились. Насколько я поняла, главного злодея сейчас во дворце не было, поэтому наша миссия заключалась исключительно во взломе места, где держали Карнаниэля. Битв пока не планировалось.

Фигура идущего впереди Дарсиэля неимоверно волновала, и я подключила всю свою волю, чтобы не опуститься до уровня мартовской кошки. Старалась мысленно отстраниться от светлого лорда, представляя что угодно, только не эти совершенные черты лица… В какой-то момент я настолько увлеклась выталкиванием образа Дарсиэля, что почувствовала, как мою голову наполняет что-то другое — темное, туманное. Оно заворочалось, пропитывая мое существо липкой прохладной субстанцией и выталкивая все бурлящие розовые мечты. Кончики пальцев зачесались, требуя какого-то действия, а разуму стало намного легче: словно во время засушливого лета, жара которого вышибает дух, ты спускаешься в прохладный погреб.

— Его величество заперли не в основном замке, а в Малом холме. Мы сейчас выйдем наружу и перейдём туда, — тем временем сказал Дарсиэль и открыл перед нами проход в стене, которая вела в огромный сад. Похоже, это была обратная сторона Лунного холма, по крайне мере, при въезде в центральные ворота я видела несколько другую картину.

Что это был за сад! Никогда не видела розы с тыкву. Аромат цветов настолько кружил голову, что все предыдущие мысли, намерения и страхи показались ненужными и незначительными, а чувства сократились до одного — желания остаться в этом саду навечно. И быть тут похороненной. Вот хотя бы под этим розовым кустом.

— Да, забыл предупредить. Сад зачарован, чтобы не пускать чужих. Могут появиться мысли о самоубийстве, не обращайте внимания. Без меня вы бы тут заблудились и уснули под кустиком. Недавно только чьи-то кости выгребали. Цветы хорошо растут на таком удобрении.

Опять чары! Меня затошнило, и я отпрянула от очередного цветка, который поднесла к носу. Теперь мне казалось, что я иду по человеческим костям, а аромат цветов превратился в запах разлагающейся мертвечины. Я пошатнулась, а Талсадар крепко ухватил меня за руку, снова на секунду прижав к себе.

Через пару минут мы подошли к небольшому озеру, через которое был перекинут изящный ажурный мост. На другом конце моста виднелся вход в небольшое строение, по форме напоминающее малую копию Лунного холма. По мосту мы прошли без приключений, а потом нырнули в спасительную тень второго дворца, отрезав себя от удушающей вони сада.

Дарсиэль повернулся к нам и сказал:

— Его величество держат внизу, я покажу.

Мы спустились вниз по винтовой лестнице в подвал, который я совсем не ожидала увидеть у светлых эльфов. Зачем существам, которые не могут без солнечного света, копать подземные помещения? Теперь мне стало понятно, что и светлым во всех отношениях эльфам периодически приходится кого-то держать в тюрьме. Светлый образ жителей Гринлойда в моем воображении помутнел и стал стремительно покрываться волнами серого тумана.

Спустившись на несколько пролетов, мы подошли к стене. Дарсиэль указал на нее и сказал:

— Его величество за ней.

Талсадар и Хирон подошли, переглянулись и приложили к ней руки. На наших глазах начали появляться сначала тонкие струйки тумана, потом небольшие тучки, а затем серые клубы, которые медленно просачивались в стену. Глаза дроу сверкали настолько ярко, что на поверхности ветвей, формирующих плетение, в приглушенном свете подземного этажа засветились четыре кровавых пятна. Это было жутко и одновременно прекрасно. Мне понравилось на это смотреть и ощущать: и темные лорды, и сам туман были прекрасны, воспринимаясь очень знакомо. Захотелось поднять руку, ухватить туманную нить, потянуть, намотать на руку и оплести вокруг тела, закутавшись в серые воздушные ленты как в пуховую перину. Все это отвлекало от очарованности светлым лордом, поэтому внешне я выглядела почти уравновешенно.