Алена Ромашкова – Магия жизни (страница 42)

— Я хочу разобраться в этой истории. Год назад, когда обнаружилась ваша внезапная утеря магии, брат запретил мне вмешиваться, и как сестре, и как магу жизни. Но сейчас мне нужно понять, что происходит. Хм, и как удачно, что сейчас тут почти все участники драмы. Только вместо главного виновника — его брат. Где асури-старший?

Я наблюдала за Висаль и размышляла, есть ли между нами сходство. Общий дар должен где-то проявиться. Принцесса была невысокой яркой блондинкой, на полголовы ниже меня, хотя и я не относилась к рослым женщинам. Цвет глаз и остальные частности в подвальном сумраке было сложно разглядеть. Внешностью мы разные, но, может, характером?

— Брат был на допросе, насколько я знаю, — ответил Райан.

Принцесса повернулась к Натали и сказала:

— Я хочу услышать правдивую историю. Мой дар требует справедливости.

Натали побледнела. Ну или так мне показалось благодаря игре света. Затем снова поклонилась и без возражений начала рассказывать все то, что уже поведала мне. Я вместе с принцессой еще раз прослушала всю историю, отмечая, что теперь Натали была менее эмоциональна.

Разговор длился около часа. Райан стоял рядом и слушал, прислонившись плечом к стене. Затем наступила пауза — каждый думал о своем. Разорвала тишину Висаль:

— Я услышала все, что хотела. Намерена провести собственное расследование и выступить в суде. Вас, Натали, я прошу поговорить с женихом… с асури Карвишем, когда он придет вас навестить. Не гоже другим рассказывать о ваших чувствах и поступках. Это ваша ответственность. А его… — принять судьбу.

А затем она повернулась ко мне, в очередной раз растеряв серьезность:

— А с вами мы идем погулять в нашем саду. У меня столько вопросов. Я хочу стать вашей подругой. Если я выйду замуж за Кристиана, то мы будем жить в одной стране. Вы хорошо знаете императора? А правда, что вас любит вервольф? А вы видели его зверя? В Империи женщины не знают магии? А как же вы тогда оказались магичкой? Расскажите мне все-все!

Девушка шла по направлению к выходу и задавала миллионы вопросов, на которые мне оставалось пока только молчать, но предстояло ответить. Не похоже было, что она потерпит отказ с моей стороны.

Некстати подумалось, что Роксвел со своими уже точно вернулись в коттедж, и мне предстоит выдержать бурю. Хотя, стоп. С чего вдруг я должна отчитываться? Я же не пленница. Или да? Вздохнула и смирилась.

Снаружи перед входом стоял изящный белый экипаж. Кучер быстро открыл дверь, я и Висаль расселись внутри. Райану принцесса помахала рукой и сказала:

— Вы нам сегодня не нужны. Поверьте, вы уже сделали для судьбы брата и айсы Ортис все, что возможно. Остальное сделаю я.

— Но мне надо вернуть рину Элизабет…

— Не ваша забота, я сама все устрою, — властно отрезала Висаль.

Все же королевская кровь, привычка повелевать и, подозреваю, особые привилегии дара были в принцессе очень заметны. Надеюсь, она не взбалмошна и не натворит дел, чтобы лишь скуку развеять.

Карета двинулась, и мы поехали к повороту на центральную часть дворца. Несколько минут и вновь вернулся цвет, свет, роскошь и вычурность ширтадской эстетики. Проезжая мимо фонтана, которых в королевском парке было множество, я уже без удивления увидела фигуру дракона, изо рта которого вместо пламени извергалась вода. Так, ну и какие драконы были прародителями правящей династии?

— Бриллиантовые, — сказала Висаль, а я вздрогнула. Она мысли читает?

— Не пугайтесь, у вас было очень говорящее выражение лица. Ширтадская аристократия очень кичится своими драконьими предками. Поверьте, мне тоже это непонятно. А если бы основателями были обезьяны? Что бы сейчас мы увидели в фонтане? — принцесса рассмеялась своей шутке.

— Давайте пройдемся! — Висаль крикнула кучеру, он остановился, и мы вышли. — Вон моя любимая беседка, там и поговорим.

Возразить мне было нечего. Принцесса обладала особым очарованием, которому было сложно сопротивляться. При свете дня я рассмотрела зеленые глаза, черные брови вразлет — большая редкость для блондинок — и очаровательные ямочки на щеках. При этом в глазах все-таки было что-то, что нас сближало. Они говорили: жизнь прекрасна, но требует контроля. Видимо, вот так выглядит обученный маг жизни, который родился и вырос в комфортных условиях.

— Я люблю бывать в этой беседке. Она находится достаточно далеко от дворца, здесь меня никто не беспокоит, — произнесла Висаль присаживаясь на лавку. — А еще, тут я могу помечтать, что свободна, что могу сорваться с места и полететь смотреть мир. Но я с самого детства знала, что буду разменной монетой в политических манипуляциях. Не наследница, всего лишь младшая дочь. Однако в определённых условиях это не «всего лишь». И если честно, рина Элизабет, — Висаль наклонилась ко мне и почему-то продолжила шепотом, — я хочу замуж за вашего императора. Тогда я стану значимой. Я стану той, кто научит ваших женщин магии. Я уже не буду просто принцессой, я буду императрицей. И возможно, — она вдруг улыбнулась, — меня когда-нибудь назовут великой, как отца.

— Ваше высочество, я уверена, что император не сможет отказаться от брака с вами, — вежливо ответила я.

— А вы, рина Веррона, будете моей соратницей. Мы с вами сможем столько всего сделать. Я это чувствую. Это судьба. — Висаль вскочила, волнуясь. — Ну скажите мне, каков Кристиан Морон? Он красив?

Я прокашлялась. Это что, я сейчас сыграю роль свахи? У вас товар, у нас купец…

— Кристиан — красивый, высокий, очень мужественный. Маг четырех стихий — все в нашем государстве знают, что он очень сильный, так как может контролировать и сдерживать свой дар. Вы станете прекрасной парой, — с чувством начала описывать я.

Ну вот, свою лепту в развитие дружественных отношений между нашими государствами я только что внесла. Аплодисменты! Рассказывать, что он виновник смерти моего отца, я не стала. Это моя беда, принцессе такие мелочи не нужны. Вон как глаза горят. Одно слово — великая.

— А Дарен Роксвел? Он же оборотень? Он вас любит? Разве у вас такие браки не запрещены? — принцесса с удовольствием продолжила задавать вопросы. Вот уж кого надо в дознаватели! Такой энтузиазм!

— Я не знаю, ваше высочество. И вовсе не уверена, что он меня любит. Браки запрещены, да.

— И это все? Я ждала романтическую историю, как вы собираетесь бежать, чтобы навечно быть вместе. Это сухо и пресно!

— Я, правда, не знаю, что вам сказать.

Висаль посмотрела на меня обиженно и с укором. Но потом, вдруг, сбросила маску ребячливости и произнесла совсем другим тоном:

— Я старше вас, но общаясь с вами, чувствую себя нашкодившим ребенком. Что ж, у нас еще будет время узнать вашу историю. Вы, верно, хотите вернуться к себе?

— Ваше высочество, мне очень приятно беседовать с вами, но да, сейчас я хотела бы вернуться в коттедж.

— Хорошо. Вас доставят в карете.

— Не стоит, я могу прогуляться…

— Не спорьте. Так будет лучше.

Я кивнула и позволила Висаль дать приказ своему кучеру доставить меня в коттедж, где поселили нашу делегацию.

24

Уже вечерело — солнце спускалось к вершинам деревьев. До коттеджа дорога заняла минут пятнадцать. Карета не проехала бы по тропинке, которая использовалась для верховой езды или пеших прогулок во дворец, поэтому направились в объезд. У меня было время обдумать сегодняшние встречи: день оказался очень насыщенным. Я размышляла о том, насколько непредсказуемым является жизненный путь, о том, что нам приходится почти на каждом шагу этого пути делать выбор, плетя узор своей судьбы. Взять нас, трех женщин. Какие разные ситуации, но в каждой своя драма. Натали, потерявшая магию и любимого; я, столкнувшаяся с семейной трагедией, но обретшая магию и ипостась; Висаль, которая ничего не теряла и не находила, но тяготится своей незначительностью. Каждой нужно свое: любовь, безопасность, признание, свобода.

С такими философскими мыслями я подъезжала к коттеджу. Но до крыльца карета принцессы довезти меня не успела: я услышала крик, экипаж резко затормозил. Я и охнуть не успела, как дверца распахнулась, злющий Роксвел схватил меня за руку, вытащил наружу и, перекинув через плечо, понес в сторону коттеджа. Первые секунды я пребывала в шоке, поэтому никак не отреагировала, однако постепенно до меня дошла суть всего происходящего, и я начала сопротивляться.

— Отпустите, вы что с ума сошли? — кричала я. Было очень неудобно и унизительно. Я барабанила кулаками по спине оборотня, но тот никак не реагировал.

Через минуту меня занесли в дом и сгрузили на диван гостиной. В комнате находилась пара незнакомых мужчин, видимо, членов дипмиссии. Они боролись с любопытством и желанием досмотреть скандальную сцену. Но воспитание взяло верх и оба ретировались.

Я была в ярости. Дарен тоже не мог похвастаться спокойствием. Заострившиеся черты лица, вытянувшиеся клыки и светящиеся глаза говорили о высшей форме гнева, которая грозила явить черного волка. Но острота момента была даже не в этом. Я почувствовала, что из моего тела тоже рвется волчица. Вот это был бы сюрприз! Отвернулась, спрятав таким образом глаза и руки.

— Я сказал тебе никуда не выходить!? Я сказал не рисковать!? Ты знаешь, как я ощущаю твои боль и страх? Что мне стоит чувствовать их без возможности помочь? Мне убивать хочется! — вервольф припечатывал резкостью и рычащими нотами своих слов.