Алена Ромашкова – Магия жизни (страница 44)
— Я не понимаю. Я и принцесса… — Напившись, я смогла говорить.
— Принцесса станет моей женой. Мне нужно как-то узаконить свое воцарение в Ширтаде.
— Что? Вы хотите стать королем?
— Я вынужден пойти на крайние меры. Никто из королевской династии — ни Айдин, ни его отец — не захотели сотрудничать.
— Зачем я вам нужна? Вы еще в Троксе задумали меня похитить?
— О, там ты могла оказать мне только одну услугу. Убить Морона. Или ранить. Наследников у него нет, Империя ослабла бы, и даже Айдин не отказался бы от такого лакомого куска.
— Это вы… прислали посыльного, чтобы я понесла письмо?
— Я все сделал, чтобы ты пришла в ратушу на прием. И чтобы Кристиан сцепился с вервольфом. План был так себе, но я не мог не использовать свой шанс. Накормил оборотня волчьей ягодой, чтобы вызвать его агрессию, а императору подкинул твой запах. Я рассчитывал и на самого Роксвела, и на твою неуправляемую магию: я видел ее действие десять лет назад, когда ты почти убила будущего императора. М-да. Моя ошибка в том, что я не выяснил свойства магии жизни до конца. Я не знал, что как раз убить ты и не способна. Мне надо было это понять еще тогда, когда я снял стазис с принца Кристиана, а он не умер!
— Но… как вы узнали, что магия защитит оборотня? Я сама не знала ничего про это.
— Ну тот факт, что Роксвел на тебе помешался, был очевиден. Я видел его тогда в казармах. А еще я видел реакцию твоей магии на него. Аура начинала искриться рядом с оборотнем. До конца я не понимал, что это значит, но предположил, что между вами магическая связь. Это давало надежду. Морона мог убить злой оборотень. Морона могла убить твоя магия. Но в итоге он остался жив. Кстати, то, что ты оборотница, я выяснил только недавно. Так что прости, но тебя пришлось посадить на цепь. Она блокирует оборот и ослабляет перевертышей. Тогда в ратуше твоего волчонка только сетью из этого сплава и смогли успокоить.
— Откуда вы узнали, что я оборотень? Во всем мире только один человек… Нет. Только не говорите, что Фиран…
— Ты удивишься, узнав, сколько в Ширтаде магов, которым надоело сливать резерв в поддержку земли и климата Ширтада. И да, Самади-младший один из них. Очень перспективный молодой человек — собрал группу единомышленников. Они станут ударной силой нашей армии, которая захватит Империю Морон.
— То есть еще десять лет назад вы надеялись нанести вред Моронам? У вас не получилось, и вы попробовали убить Кристиана моими руками сейчас? И теперь вы хотите войны?
— Инцидент с твоим отцом не был запланирован. К ошибке твоей магии тогда я не имею никакого отношения. Я просто был придворным лекарем и шпионом в пользу Ширтада. Отец Айдина тоже не хотел войны, но информацию о Моронах собирал. Я не выдал тебя тогда, потому что мне была выгодна смерть герцога Веррона. Его казнь была нелегким решением для императора. Когда-то они дружили, но отец Кристиана был просто до фанатизма помешан на мнимой справедливости и государственном благополучии. Он поверил словам Кристиана и казнил твоего отца, убрав тем самым сильного союзника.
— А каким таким словам Кристиана он поверил?
— Тем, что мне удалось ему внушить после пробуждения. Что герцог намеренно сплел смертельное заклинание, что это не было ошибкой принца.
— Вы… вы чудовище. Вы убили моего отца.
— Я, прежде всего, слуга своего народа. И, скоро я стану королем Ширтада и мужем Висаль. Никто не знает, но обрести мощь, способную выдержать королевский источник, можно. Я смогу. И ты мне в этом поможешь.
— Я? Но как?
— Сначала я надеялся, что меня поддержит кто-нибудь из королевского рода, но они все против войны. Тогда я выяснил, что магию можно забрать. Присвоить. Мы провели эксперимент над Натали Ортис. Идеальный вариант. Это помимо прочего помогло отобрать женщину у одного из сильнейших соратников короля, поссорив их. Но, главное, я выяснил, что магия передаётся другому носителю с помощью специального ритуала. Но, к сожалению, оказалось, что не всякая магия может мне помочь. В библиотеке Моронов я нашел интересные манускрипты. Их никто не читает. Вы вообще на удивление пренебрежительно относитесь к магии и ее дарам! — Гриншоу усмехнулся. Поправив выбивший из хвоста белокурый локон, он продолжил:
— Оказалось, что только магия жизни и только после смерти своего носителя способна преобразоваться у нового хозяина в любой вид дара. Видишь, все просто. Я смогу получить силу королевского рода, отобрав твою. Не зря я пожалел тебя много лет назад.
— Вы собираетесь меня убить? — я была в ужасе.
Гриншоу посмотрел на меня долгим взглядом.
— И тебя, и Айдина с семьей, и северян. Зря Кристиан отправил сюда оборотня и Страйдена. Они его глаза, уши, а, порой, и руки. Теперь он их потеряет. И жаль, что император не приехал лично. Насколько все стало бы проще!
— Вы — чудовище, — меня шокировал цинизм и кровожадность этого человека.
— Это необходимые потери. Тебя мне будет жаль больше всего. Но твоя магия… Ее у тебя не должно было быть с самого начала. Я до сих пор не понимаю, откуда она в тебе, да еще и кровь оборотня. Но сейчас мне это уже не так важно. Ты — ошибка природы. Возможно, для того и созданная, чтобы твой дар послужил чему-то большему. Согласись, это очень символично: два мага жизни помогут взойти мне на престол и объединить территории двух сильнейших государств в единую империю. Один маг станет моей женой, а второй — источником силы. Тогда на балу у Самади я не поверил своим глазам, когда увидел тебя. Ты сбежала от меня в Троксе, но переплыла море и прошла через пустыню, чтобы мой план осуществился. Судьба мне благоволит.
Гриншоу встал и подошел к телу принцессы.
— Что с ней? — спросила я.
— Она погружена в глубокий и долгий сон. Разбудим накануне обряда бракосочетания. Хочешь, тебя тоже усыплю? Откроешь глаза только перед самой смертью?
— Нет! — меня затрясло. — Нет, я лучше так, как сейчас.
— Ну, как хочешь. Я не настаиваю. Все, девочки, не балуйтесь тут. А ты, Элизабет, береги мою невесту.
Мужчина хищно улыбнулся и с королевской грацией покинул камеру.
Бессильная злоба заставила меня совершить несколько тщетных попыток сорвать цепь со стены. Затем я попыталась вытащить руку из металлического наруча, ничего не добившись и только натерев запястье до крови. Обессилев от злости, сидела прикованная и могла только глотать слезы от собственной беспомощности. Я не знала, чего боюсь больше — своей смерти или других невинных жертв. В Амрате, во дворце скоро будут убивать… всех… и даже Дарена. Мне было физически больно думать об этом! Воскресила в памяти лицо оборотня и представила мертвым. Нет! Этого нельзя допустить. И вдруг меня осенило. Во время последней ссоры Роксвел сказал, что чувствует мои боль и страх. Это правда или фигура речи? Я вспомнила, как видела его в сновидениях, а, главное, как он появился в моей голове во время срыва Максура. Слабая надежда забрезжила в душе. Раз нельзя сделать ничего физически, буду пытаться ментально.
Закрыв глаза, я настроилась. Представила лицо Дарена в мельчайших подробностях и позвала: «Дарен!». Не знаю, какой результат я ожидала. Послушав тишину, я вновь принялась призывать вервольфа, рассказывая о своей беде: «Нас с Висаль похитили!». Сказав это, я задумалась, о том, что этой информации недостаточно. Куда он должен будет направиться? «Скорее всего, мы где-то в пустыне!», — добавила я. «На дворец и дипмиссию планируется нападение! Вас всех убьет Гриншоу». А вот это было самое важное, что я хотела бы донести до Роксвела.
Я повторяла все это снова и снова. Наверное, я сошла с ума, раз думала, что это как-то поможет. Связь на таком расстоянии без крохи ментального дара, скорее всего, невозможна. Сколько часов я так сидела, не знаю. Но жара потихоньку начала уходить. В помещении становилось прохладно и темно. Почувствовав, что дышать стало легче, я расслабилась и даже утекла в легкую дрему.
— Лиза!
— Дарен! Дарен! — мне хотелось расплакаться от счастья. Я видела у себя в голове лицо живого и здорового, хотя уставшего и небритого Роксвела, который напряжённо смотрел на меня.
— Лиза, где ты?
— Ты меня видишь? — невпопад ответила я.
— Я вижу только общие очертания. Девочка моя, сосредоточься! Чтобы я тебя нашел, мне надо хотя бы приблизительно понимать, где тебя держат. Пожалуйста, не отвлекайся и все расскажи.
— Я не знаю. Я в подвале, в камере. Как в тюрьме. Со мной Висаль, она спит и не просыпается. Это все Гриншоу. Дарен! Он хочет всех убить. Пожалуйста! Он хочет убить короля, его семью, тебя, Страйдена, всех! Спасайтесь.
— Так. Милая. Не надо переживать за нас. Мы готовы. Сейчас нужно найти тебя. Я прошу тебя постоянно держать связь со мной. Думай обо мне. Что угодно. Даже то, что я, идиот, обидел тебя и опять не смог оградить от беды. Злись, ненавидь, но чувствуй! Я найду, слышишь?
— Да, слышу. — Лицо оборотня затуманилось, а потом пропало, словно его сдуло ветром. Я вздрогнула и проснулась. Но, помня наставления мужчины, продолжила о нем думать. Максимально громко. И, надо сказать, что злиться как раз уже не получалось. Совсем другие эмоции преобладали в моем ментальном крике.
25
Покидая коттедж и направляясь вместе со всеми на встречу с его величеством Айдином, Роксвел нервничал. Ему не хотелось оставлять Элизабет. Он не желал расставаться с девушкой даже на полчаса по нескольким причинам.