Алена Реброва – Становясь легендой (страница 13)

– Верно, – человек удивленно моргнул.

– Пэтр Лиховскы? – Есень улыбнулся ему, как приятелю. Это имя он заметил на верхнем поле одного из разложенных на стойке листов. Листов, которые должны были скоро стать статьей.

– Так точно, – удивленно подтвердил он. – Откуда вы знаете?

– Как не знать? Я читал все ваши статьи! – румяное лицо Есеня лучилось такой искренней улыбкой, что сомневаться в его словах было просто невозможно.

– Правда? – Петр искренне удивился.

– Конечно! Именно поэтому я сейчас здесь. Я и мой друг искали именно вас, – бард перешел на серьезный тон. – Мы стали свидетелями события, о котором не можем заявить открыто: нам нужен кто-то, кто смог бы написать о нем вместо нас. Кто-то, кто не боялся бы опорочить свое имя неудобной правдой… если вы понимаете, о чем я говорю!

– О, я понимаю! – кивнул молодой журналист. Он заметно оживился, серые глаза заблестели. – Газеты теперь выбирают «правильные» статьи, а не правдивые… Честных мало ценят! – он с досадой махнул рукой и отвел взгляд в сторону. – Я сам немало настрадался, пытаясь протиснуться в редакции. Им все равно до правды: подавай материал поживее, да покрасочней!

– Поверьте, наша история отнюдь не скучна, она скорее опасна, – сообщил Есень. – Мы уже несколько дней не можем найти издательство, которое не испугалось бы таких новостей. Вы ведь нам поможете?

– Что ж… расскажите мне вашу историю. Я послушаю и решу, что можно из нее сделать, – он выбрал чистый лист бумаги, взял в руки перо и устремил на Есеня внимательный взгляд.

– Мы с моим другом остановились в городке Конево неделю назад… – Есень подмигнул сидящему рядом Валдису и начал свой рассказ, потягивая холодное пиво.

Из закусочной журналист и бард выбрались добрыми приятелями.

– Я немедленно покажу статью своему редактору, уверен, он оценит ее. Мы будем первыми, кто расскажет людям правду!

– Нейверцы должны знать, что происходит в их стране, – кивал Есень.

Они пожали друг другу руки, молодой человек остановил ближайший желтый колесник и, вскочив внутрь, умчался в свое издательство.

– Делов-то, – усмехнулся бард, провожая взглядом удаляющуюся машину.

– Быстро ты его уговорил, – улыбнулся Валдис.

– Что поделать? Хорош, как всегда, – бард ослабил пояс на пузе. – Дело сделано. Может, еще прогуляемся? Денек хороший такой!

– Пройдемся, – согласился Валдис. – Я помню, тут был парк. Идти недалеко, если прямой дорогой в Верхний город.

– Парк? Тот самый знаменитый Нейверский парк? Конечно, пойдем, раз неподалеку!

До парка неподалеку идти оказалось всего час пешком, к тому же дорога вела на подъем, потому этот час дорого стоил барду. К тому моменту, когда Есень получил возможность воочию увидеть самое красивое место в столице, ему было уже не до прекрасного: бедняга обливался потом и хватался за грудь, мучаясь одышкой.

– Сесть… Боги милостивые, где тут хоть одна лавка!?…

– Беседки находятся в яблоневом саду, – Валдис, хотя ему было и жаль толстяка, не мог сдержать улыбки.

– Еще куда-то идти?… – казалось, Есень сейчас заплачет. Он оперся спиной о ближайшее дерево и съехал на траву. – Я не смогу!

– Сможешь! Поднимайся, – воин протянул ему здоровую руку и помог встать, улыбаясь. – Оно того стоит.

– Не верю… – прокряхтел бард.

– Мраморные фонтаны, белые беседки, фонари – все как на картинках, пойдем!

– Эх…

Поддерживая барда плечом, воин повел его в сторону сада. Вскоре они оказалась на лужайке посреди плодоносных деревьев. Вокруг огромного белого фонтана были разбросаны белоснежные беседки с ажурными крышами. Везде вокруг ходили люди, отдыхающие после работы: молодые пары, семьи с детьми, степенные старички. Все хорошо одетые, холеные, веселые, в преддверии выходных дней. Совсем не так, как в Железном нагорье.

– Спокойно здесь, – сказал воин.

– И прохладно… – блаженно прокряхтел Есень, откидываясь на спинку белой скамейки.

Они сидели и наслаждались видом жизни, мирно текущей мимо, когда рядом прошел невысокий мужчина с тростью. Он бросил косой взгляд на Валдиса, прошел еще немного, а потом вдруг остановился, развернулся и подошел к сидящим.

– Валдис? – спросил он, вопросительно глядя на военного. – Это правда ты!?

– Якоб!?

Валдис поднялся и подошел к мужчине, они пожали руки, смотря друг на друга во все глаза.

– Вот дела! Я думал, тебя уже похоронили!

– Жив-здоров, – улыбнулся Валдис старом приятелю. – Знакомься, это Есень. Есень – Якоб.

– Бард, – заметил толстяк, улыбнувшись незнакомцу. – Я еще посижу, с вашего позволения.

– Тайный сыск, – кивнул мужчина. – Так какими судьбами в столице? – он обернулся к Валдису.

– Во дворце живет лекарь, говорят, он творит настоящие чудеса, – Валдис кивнул на свою руку.

– Так тебя направили к… нему? – Якоб нахмурился.

– Что-то не так?

– Боюсь, что сейчас к нему не попасть. Он исчез два месяца назад, какое-то время его искали, но потом свыше отдали особый указ, чтобы мы даже имя его забыли. Сам понимаешь, что это значит: можно считать его мертвым.

– Может, ты знаешь другого лекаря?

– Знаю нескольких хороших, но равных ему нет в этом мире – я уверен, – вздохнул Якоб. – Мне жаль, что пришлось сообщить тебе эти новости. Что будешь делать?

– Судя по всему, задержусь здесь дольше, чем планировал, – вздохнул Валдис. -Найду на время работу.

Есень с изумлением наблюдал за тем, как стойко воин перенес известие о том, что его последняя надежда исчезла. Можно подумать, Якоб сообщил ему о закрытии любимого кафе, а не о том, что Валдис потерял последний шанс не остаться на всю жизнь калекой.

– Знаешь, у нас будут счастливы принять ветерана. Приходи в главное здание, как соберешься, я уверен, тебе предложат занятие по душе, – сказал Якоб, участливо положив руку на здоровое плечо друга. – Будем чаще видеться, совсем как в старые добрые времена!

– Я подумаю об этом, – кивнул Валдис, улыбнувшись. – Спасибо.

– Где ты остановился? Хочу встретиться с тобой как-нибудь.

– «Мокрая Выдра».

– О, знаю это место! Загляну туда как-нибудь. А теперь, извини, мне пора бежать: служба, сам понимаешь.

Попрощавшись с приятелем, Валдис вернулся на скамейку.

– Может, найдется еще умелец на твою руку? – предположил бард, сочувственно глядя на военного.

Легкая светлая улыбка появилась на лице военного. Он медленно покачал головой.

Посидев еще немного, Валдис с Есенем тоже пустились в обратный путь. До «Выдры» им было идти несколько часов, и вернулись они туда только когда уже стемнело.

В зале народу заметно прибавилось, почти все столы были заняты вернувшимися наемниками: многие из них служили охранниками на пристани. Выпивка лилась рекой.

– Ох… мне же еще выступать! – Есень хлопнул себя по лбу. – Иначе этот проныра не разрешит мне остаться.

– Думаю, ты справишься, – подбодрил его воин.

Пока Есень настраивал инструмент и тихо распевался в углу, Валдис поднялся к себе, чтобы умыться перед ужином. Когда он спустился, бард уже собрал вокруг себя нескольких человек, распевая веселую деревенскую песню. Его жуткий на вид музыкальный инструмент звучал звонко и резво.

– А неплохо он исполняет, – заметил Акива, когда Валдис подошел к стойке. – Ну как, успешно сходили в издательство?

– Скоро узнаем, – ответил воин. – Если напечатают, выйдет в ближайшие дни.

– Посмотрим, – кивнул Акива. – О! – леннай увидел кого-то за спиной Валдиса и его лицо оживилось. – Серый Ворон! Давненько ты сюда не захаживал.

– Дела, – пророкотал мужчина, усаживаясь за стойку за три места от Валдиса. Леннай поспешил к знакомому.

На вид Ворону около пятидесяти, одет в черный походный костюм и темно-серый плащ – один из сотен тысяч наемников, расхаживающих по этой части города. Мощный череп с густой черной порослью, похоже, не так давно голова была обрита. Черные глаза смотрели из-под густых нависших бровей угрюмо, широкий волевой рот расслаблен.

– Как твои девочки? – устало спросил он у Акивы.