Алена Медведева – Только после свадьбы (страница 10)

Маг все так же улыбался.

– Не надейтесь, – категорично, одновременно обещая себе, что найду способ покинуть семейство лорда-надзирателя, заверила мага, отводя взгляд. – Вам однозначно не грозит оказаться лучшим мужем.

Запал гнева начал спадать, я пожалела, что позволила Фаусу младшему себя раззадорить. Он наверняка специально так распалил меня, стремясь вывести на чистую воду. По его ухмылке стало очевидно: я попала в очередной коварный капкан, невольно приоткрыв его взору свое истинное «я».

Но в искренности своих заверений не сомневалась: этот тип – не моя мечта! И если он не рад заполучить меня в супруги, то и я не рада! Опять же, я и не набивалась в жены!

– И женой Тарнела Фауса я никогда стать не стремилась! – Твердо прошипела в сторону мага. – Не надейтесь свалить вину на меня.

Мне нестерпимо хотелось фыркнуть, но почему-то была уверенность: так только позабавлю мужа.

– Думаю, мне пора… – голос Эл прозвучал словно гром посреди ясного неба.

Мы с Тарнелом синхронно оглянулись на нее, словно вырванные из единого кокона забвения. Как так дружно забыли обо всем на свете?! И поссорились… в первый же день знакомства.

– Займусь вещами, – чувствуя стыд из-за своей несдержанности, спешно отвернулась к полкам.

– Помогу, – сразу поддержал маг, ринувшись следом, чем поверг меня в ступор.

Когда Тарнел мягким движением руки начал поднимать с полок мои вещи, я так и топталась на месте, не зная за что схватиться. Подобная растерянность мне никогда не была свойственна, но… сегодня я сама была на себя не похожа – близкое присутствие мага действовало слишком раздражающе.

Это была не та магия, что я привыкла видеть в семинарии – простая и утилитарная, без изысков. Тарнел словно касался каждой вещи, будто она была ему знакома и дорога. Старое платье, которое я носила ещё на ферме, тихо парило в воздухе, аккуратно складываясь, как будто его кто-то нежно разглаживал. Корзина, которая казалась переполненной, вдруг стала выглядеть вместительной, будто магия Тарнела позволила уместить в неё все мои пожитки так, что они заняли ровно столько места, сколько было необходимо.

Элая, так и не сумевшая сбежать под благовидным предлогом, тоже наблюдавшая за этой сценой, кажется, забыла, как дышать. Слова сами слетели с её губ, когда она попыталась сменить тему и сделать ситуацию чуть менее напряженной:

– Удачно ли прошла встреча с главой семинарии?

Вопрос прозвучал немного неловко, словно она знала, что не должна вмешиваться, но не могла удержаться от любопытства. Мне было понятно, что подруга искренне переживает за меня, и в то же время хочет узнать, что привело Тарнела в это старое и промозглое место, где определенно давно не ступала нога сильного мага.

Тарнел отвечать не спешил, что-то обдумывая, и, только завершив упаковку моих вещей, остановился и повернул голову к Элае. Его взгляд удивил мягкостью, но в нём затаилась некая задумчивость. Маг явно подбирал слова, решая, насколько откровенным можно быть.

– Встреча была… познавательной, – начал он, его голос звучал медленно, словно он пробовал каждое слово на вкус. – Условия жизни семинаристок, это заметно с первого взгляда, мягко говоря, оставляют желать лучшего. Я потрясен тем, насколько сильно они отличаются от того, что должно быть обеспечено согласно ежегодного отчета попечительскому совету магов.

Мы с Элаей удивленно переглянулись: имеет место какой-то отчет? Попечительский совет магов? Я почувствовала, как моё сердце сжалось. Слова Тарнела Фауса прозвучали, как гром среди ясного неба. Мы привыкли выживать в нужде, не задавая лишних вопросов, ведь такова была наша жизнь, и мы не видели и не знали другой. Но теперь, стоя рядом с ним, я начала осознавать, что наша судьба могла быть другой.

Элая, услышав это, нервно сжала руки. Она словно чувствовала, что этот разговор принесет что-то важное, но не знала, как к этому отнестись.

– Сегодня я выяснил, что значительные средства, которые должны идти на улучшение условий жизни семинаристок, на самом деле исчезают, – Тарнел продолжал, его голос стал немного более жёстким, как если бы его злило то, о чём он говорил. – Эти деньги выделяются Попечительским советом, и, как выяснилось, они просто не доходят до тех, кому предназначены.

Я стояла молча, пытаясь осознать его слова. В голове всё перепуталось. Деньги… деньги, которые должны были сделать нашу жизнь хоть немного легче, пропадали где-то на пути. В принципе, нас это не удивило. Внутри меня росло возмущение, но было и кое-что ещё – удивление тем, что Тарнел вообще заметил условия нашего существования. Он не обязан был вмешиваться, но, кажется, сделал это по собственной воле.

– Сегодня глава семинарии спешно начали ремонт, и я настоял, чтобы сегодня же девушкам раздали новую форму, – он бросил взгляд на мою корзину с вещами. – Все семинаристки получат новую одежду. Теплую! С наложенными заклинаниями самоочистки и прочности! Плюс, тепло. Сейчас группа магов прибудет в семинарию, чтобы обновить плетение заклинаний – это место перестанет быть продуваемым всеми ветрами.

Элая смотрела на него широко распахнутыми глазами, и я знала, что она старается понять, почему Тарнел Фаус так внезапно заинтересовался жизнью семинаристок. Сама задавалась этим вопросом, стараясь с тереть с лица ошеломление. Нет! Первая мысль о причине, побудившей его действовать, просто не могла быть верной. Из-за вчерашней незнакомки затеять такую суматоху?.. Нет…

– Но почему вы этим занялись? – спросила Эл, не в силах удержать своё любопытство.

Меня оно тоже снедало, при этом присутствовала и радость, что маг в данный момент выражения моего лица не видит.

Тарнел посмотрел на собеседницу с загадочной улыбкой, которая таила в себе много тайн.

– Потому что теперь я понимаю, насколько это важно, – ответил он, его голос стал чуть тише, словно он открывался нам. – В прошлом я не придавал значения многим обязанностям сильного мага. Ответственность перед теми, кого судьба наделила меньшей силой и возможностями. Столкнувшись с этим, я внезапно осознал собственное безразличие. Когда я увидел, в каких условиях жила Мариэлла… и другие девушки… я не мог оставить это без внимания. Теперь это мой долг, тут все изменится.

Элая замерла, её взгляд смягчился. Она подозревала, что за этими словами стояло нечто большее, чем просто желание улучшить условия в семинарии? Тёплая волна благодарности прокатилась по моему телу. Впервые за долгое время кто-то заботился о нас. Со смертью бабушки я забыла каково это чувствовать поддержку близких. Тем страннее, что Фаус младший встретился мне сегодня впервые.

– Спасибо, – прошептала Элая, её голос звучал слабо, но искренне.

Тарнел кивнул, словно завершая разговор, и обратился ко мне:

– Мы готовы, Мариэлла?

Я спешно кивнула, чувствуя, как на сердце стало чуть легче. Мы вышли из комнаты, и Элая провожала нас взглядом, полный надежды и благодарности. На пороге она вдруг застыла, будто решаясь на что-то.

– Мариэлла, значит, я могу как-нибудь к вам… заглянуть? – робко спросила она, надеясь на положительный ответ.

Да, ей требовалось подтверждение. И я надеялась на возможность встреч с подругой. Тарнел улыбнулся и, не дожидаясь моего ответа, сказал:

– Конечно, вы всегда будете желанным гостем у нас, Элая.

Мы обменялись с Эл взглядом, и в её глазах я увидела скрытую радость. Мы обе знали, что это приглашение значило для неё многое.

Глава 7

Когда мы вернулись в дом, я вновь почувствовала себя немного скованно. Вернулась прежняя неуверенность, сдобренная растерянностью от непонимания поведения мага – слишком противоречивыми казались его поступки и слова. Мы снова остались вдвоем, храбрость, навеянная присутствием подруги, рассеялась – мне вновь оставалось гадать о том, что еще преподнесёт будущее? Можно ли довериться чувству возникшего между мной и магом понимания?..

Просторные комнаты, свет от магических светильников, мебель, которая казалась слишком дорогой для того, чтобы на неё просто садились. Всё это навевало на меня странное ощущение нереальности происходящего. Я буду жить теперь в этом месте: поверить никак не могла.

Тарнел, похоже, это заметил. Он подошел ко мне ближе, его голос звучал мягко и заботливо:

– Не волнуйся, Мариэлла. Это твой дом теперь. Здесь ты можешь чувствовать себя свободно.

Слова мага звучали искренне, порождая в душе отклик теплоты и благодарности. Он пытался успокоить меня, но я никак не могла избавиться от чувства, что нахожусь в чужом мире. Чуждом! И совсем скоро все вокруг опомнятся и изгонят меня… Будет ли куда вернуться?

Я слабо улыбнулась и кивнула, но, вероятно, Тарнел заметил мои сомнения.

– Давай, я покажу тебе, как обращаться с фантомами, – предложил он, пытаясь отвлечь.

Мы стояли на залитой теплым предзакатным светом террасе. Мне понравилось это место при первом осмотре, плюс, я помнила, как отсюда добраться до спальни, что муж предоставил мне. Оттого я охотно согласилась, и Тарнел начал демонстрировать, как призывать фантомов и отдавать им простые команды. Фантомы были призрачными, эфемерными существами, но они двигались и выполняли приказы с точностью, которую я никогда не видела ранее. Они складывали бельё, подметали пол, даже подносили к столу еду словно были реальными… живыми. Наблюдая творения магии Тарнела, я поразилась той силе, что была дана ему от рождения.