Алена Медведева – Дом на краю звезд (страница 12)
Конечно, все это не про нас. Но на миг чувство одиночества затмевает страх. И я поступаю как свойственно моей природе – отвечаю сближением на сближение.
В первое мгновение сама толком не понимаю, что чувствую. Осознание свершившегося запаздывает, я обняла плечи склонившегося надо мной для укуса мужчины, что зовется моим мужем, обняла чтобы «почувствовать» близость всем телом. Испытать ощущение общности хоть на миг, хоть так… ограниченно и ущербно. Мозг быстрее анализирует тактильные образы, нежели факт страшной ошибки – я совершила непозволительное, словно страшится признать свершившееся!
Сорвать с места в спасительном рывке побега? Но куда спешить в этой тьме. Погибнуть, в ярости уничтоженная «супругом»? Это вероятнее, но я не чувствую гнева. Скорее… недоумение! Оно разливается тонким флером в окутывающей наши тела тьме.
Мы оба не дышим несколько секунд в напряжении задумчивой паузы. Или это все мерещится мне в кошмаре?.. Даже наши тела замирают в вынужденной паузе –
Моим предположениям не суждено сбыться –
- Не делай так, - в забытом уже голосе (а кроме первого раза, он не говорил мне ничего) мне чудится некоторая доля сомнений!.. – Навредишь себе.
Но меня запоздало «накрывает» новым открытием – мозг наконец-то смог проанализировать тактильные ощущения. И я только сейчас понимаю что, скользнув ладонью по его спине, почувствовала совсем не кожу… Чешуйки? Тут же всплывает и другое – острая боль, словно от укола. Непроизвольно соприкоснувшись пальцами злосчастной руки, уверяюсь в правдивости собственных ощущений: палец поранила, есть крошечный порез, каплю крови из которого я только что размазала по подушечкам пальцев.
Прежде чем ответить, шепнув в темноту над собой, где предположительно находится его лицо, я делаю глубокий вдох.
- Это получилось невольно… Захотелось обнять, и я не сдержалась.
Оправдываюсь, сама не понимая зачем. Ясно одно – убивать меня не будут, катастрофой он случившееся не воспринял – я паниковала напрасно. Но вместе с облегчением, возвращается холод – пробежавшая по телу дрожь напоминает мне об ознобе. Невольно руками обнимаю себя за плечи, стремясь согреться и укрыться от невидимого в темноте взгляда. Не знаю как, но я чувствую его.
- Обнять?
Удивительно, но он снова откликается. В этот раз его голос звучит безразлично, не позволяя судить о впечатлениях на мои слова.
- Д-да… - с непривычки говорить с ним трудно. Я подспудно жду вспышки ярости. Угрозы! – Так… теплее. И это свойственно тем, кто занимается… сексом.
Заминка перед последним словом – я не могу подобрать название для происходящего между нами. Точно не любовь. Но и сказать – совокупление – язык не поворачивается, слишком стыдно признаваться в правде. В собственной незначительности, что сношу подобное отношение к себе.
- А тебе холодно?
Определенно в тоне удивление! Моя трактовка происходящего между нами его не заинтересовала.
- Д-да… - я с трудом выдавливаю из себя признание и тут же, словно прорывает плотину, льется поток оправданий – мне так страшно прогневить… супруга. – Это ничего, мне всегда удается не заледенеть до возвращения. А дома – толстое одеяло, горячая ванна и мне обычно удается избежать простуды.
- Простуды?
Словно бы ему не знакомо и не понятно это слово.
- Болезни… недуга.
Да, как нелепо это не звучит, но пневмонии мне однажды не избежать.
Тут, прерывая мои размышления, вокруг разливается тепло. Что там – жар! Миг и ощущения меняются: если раньше меня не покидала мысль о склепе, то теперь я как будто рядом с жерлом проснувшегося вулкана. Потрясенная переменой выдыхаю:
- Оо..
- Так лучше?
- Да! Спасибо, – с искренним восторгом откликаюсь я. И тут же опрометчиво добавляю. – А свет?
Но по мгновенно повисшей паузе осознаю, что захотела слишком много. Мне и так только что открылась потрясающая истина – мой супруг не чудовище! Иначе он не стал бы что-то менять. И не во внешности дело.
«Но почему тогда он так жесток ко мне во всем остальном?»
- Свет нельзя, – наконец, звучит заранее известный мне ответ.
- Как и обнимать, - киваю я, зная, что он видит и, стараясь продемонстрировать «понятливость».
Тут же нервно замерев, ожидаю дальнейшего – сегодня и так невероятнейшее «свидание» с супругом. Некоторое время он бездействует – нет ни ответа, ни единого движения рядом. Я уже начинаю волноваться, что невидимый муж и вовсе покинул меня.
«Но раньше он всегда перемещал меня назад»
Рядом возникает другое тело, в котором я узнаю супруга. От него веет теплом! Это, а так же состоявшийся между нами разговор, немного притупили страх перед ним, живущий в моей душе. И мое тело, лишенное «заморозки» реагирует куда податливей на давление притиснувших его мужских бедер. Я сама шире развожу ноги, подаваясь навстречу его рывкам. Ощущения куда острее!
Удивительно, но боли нет. Или она была надумана мной, или стала следствием онемения от «анестезии»?.. Наоборот, впервые в полной мере прочувствовав движение его плоти глубоко в себе, осознаю очередную изумившую истину – это приятно.
Он медлит. Непривычно долго и плавно двигаясь, словно ожидая чего-то?.. Я же впервые забываю об окружающей тьме, полностью погрязнув в самых сокровенных ощущениях. Стремительный рывок и… плавное, намеренно растянутое, скольжение наружу. И почему я раньше не замечала как это… восхитительно? Нестерпимо приятно, жарко, невыносимо остро?! Но сегодня впервые я во всей полноте прочувствовала наше «совокупление». Вероятно, раньше оледеневшее тело не способно было подарить мне эти ощущения?
Но сегодня… сейчас это случилось. И словно пробудив всю, неизвестно сколько дремавшую во мне женственность, потребность хотя бы так ощутить себя близкой и необходимой, мое тело откликнулось. Не осознавая этого, я больше не лежала, замерев неподвижной оледеневшей статуей, мечтая лишь о прекращении пытки и возвращении домой. Сжимая пальцы рук в кулаки, не осознавала, что выгибаюсь навстречу каждому движению мужских бедер, стискиваю их коленями в инстинктивной попытке удержать, мечусь по поверхности странного ложа, забыв о прическе и упираясь затылком в матрас. Но думать обо всем этом не получалось – слишком все мое существо захватила неведомая жажда… потребность… голод.
Но никто не протестовал моему вопиющему непослушанию!
В горячке охватившей страсти я не сразу осознала, что он впервые коснулся губами не моей шеи. И совсем не с целью укусить. Просто в какой-то миг этого долгого контакта (а время для меня как будто остановилось!) почувствовала его язык скользящий по моей груди… Не сразу вспомнила, что именно там немного раньше пробежала кровавая капелька.
Но прикосновение его языка возымели на меня эффект взорвавшегося снаряда – меня словно оглушило. Замерев от неописуемого удовольствия, вызванного этим плавным скольжением, я непроизвольно застонала, прогнувшись в груди. Супруг, кажется, вздрогнул и замер сам.
Но для меня это значения уже не имело – неизвестно откуда накатила волна абсолютной неги. Прокатившись по телу от макушки до кончиков пальцев волной жара, она сосредоточилась где-то в низу живота, чтобы начать пульсировать нарастающей с каждым мгновением… болью? Скорее да, но это была приятная боль, понукающая… требовательная… желанная. Она тугой пружиной скручивалась во мне, обещая восторг освобождения.
И он случился, стоило все быстрее двигавшемуся во мне мужчине, притянув вверх мои руки, лизнуть подушечки большого и указательного пальцев, которыми я размазала капельку выступившей на ранке крови. Вздрогнув, испытав неописуемое напряжение, осознала что скрытыми глубоко в моем лоне мышцами, стиснула мужскую плоть, прежде чем с громким стоном обмякнуть с ощущением выплеснувшейся из меня в окружающую тьму силы.
Словно меня отключили от подпитки, израсходовав все на эту вспышку грандиозного восторга, обмякла, безвольно рухнув на слегка колышущееся ложе. На секунды утратив способность слышать и ощущать, лежала в абсолютном потрясении – таких ощущений прежде не знала. Не предполагала что мое тело способно на такие… реакции.
Чудеса на этом не закончились. Замерший в мгновения моей неожиданной разрядки супруг, привычно потянулся к шее. Вот только когда его губы коснулись кожи, я почувствовала как его пальцы обхватили мою… руку.
- Обнимай, - единственное что произнес он, разрешив мне и это, прежде чем завел мою руку себе за шею.