Алена Медведева – Дилетант широкого профиля (страница 37)

– Доченька, – голос её был мягок, но взгляд сохранял властность, – я счастлива и горда, ты выдержала испытания, моя Лиса. Испытание скорбью в Зале туманов, испытание предательством в Поле пустоты и испытание верности в Лесу сердец – ты справилась со всем, доказав решительность, мудрость и цельность натуры. Ты повзрослела… Именно к такому исходу я стремилась, наказав тебя. Теперь понимаешь теперь? Я проверяла Стража и твоё сердце, желала увидеть, готова ли ты нести ответственность за свой выбор, за любовь и за свою свободу. Все получилось, как я и задумала. Теперь ты доказала всем и самой себе, что достойна быть богиней Глубинного царства и сама выбирать свою судьбу.

Продолжая отчаянно искать Олэга и недоумевая куда ему вздумалось запропаститься в такой момент, я подняла взгляд на мать:

– Слишком жестоко, чтобы твоим решениям имелись оправдания. Я не приму их, но подчиняюсь, как и прежде, велению Великой богини, – склонив голову в положенном по этикету жесте, я отступила. Даже вернув божественные силы и память, я не понимала почему должна была пережить смерть и перерождение. – Полагаю, что с людьми из другого мира, служившими для меня приманкой, все в порядке?

Об Инне и Марине я помнила.

– Конечно. Они благополучно вернулись в свои кровати. Посещение нашего мира останется для них лишь сном.

– А где он? Мой страж? – голос покрылся рябью словно по водной глади прошелся ветерок. – Я зову его, медальон – его подарок, но отклика нет и от него. В чем причина тишины? Ты опять не позволила Олэгу явиться в Глубинное царство?

Мать окинула встревоженную меня долгим взглядом и… погладила по плечу:

– Олэг выполнил свой долг и свою клятву. Не в моих силах было бы сдержать его. Но наше Царство – мир бессмертных. А он лишился бессмертия ради тебя, стал человеком. Его призванием было – защитить твою душу, но теперь его путь – путь человека из мира людей, с радостью и болью обычного человеческого существования. Он сохранит память обо всём и будет жить, пока его звезда горит на небе. А ты вернулась домой, став мне достойной преемницей.

Слёзы обожгли глаза: как я могла так отвлечься, что не подумала о любимом? Недавняя радость показалась горькой, сердце наполнила бездна скорби: он лишился бессмертия! Ради того, чтобы я вернула свое…

– Верни его мне, прошу! – взмолилась, впиваясь взглядом в безмятежное и вечно юное лицо Верховной богини. Как быстро ликование обратилось в горе, а победа перестала быть значимой. – Без него я… пуста, одинока.

– Невозможно, – тихо качнула головой Богиня. – Прости. Я бы и желала помочь, но он сам выбрал этот путь. Именно Страж принес клятву, предложив в залог свое бессмертие. Высшие силы приняли его дар. Тут нет моей воли, я лишь стремилась разлучить вас. Но он решил провести ритуал. И ты получила своё возрождение.

Ноги задрожали – я рухнула на холодный пол собственного дворца. Окружающая пустота вдруг стала невыносимой, а холод – губительным. В груди словно образовалась дыра, что разрасталась с каждой секундой. Победа обернулась поражением! Напрасно я была так самоуверенна, напрасно торжествовала. К чему мне этот мир, без Олэга? Вечность, пусть и со сверхсилами, но без него? Ведь даже возможностей водной богини не хватит, чтобы вернуть любимого.

Но надежда забрезжила в груди, я посмотрела прямо в глаза матери:

– Если я откажусь от своей божественной сути и стану смертной, вернусь в мир людей, смогу ли я быть с ним?

Взгляд Великой богини омрачила грусть:

– Да. Отречение вернёт тебя к жизни Лизы – обычного человека. Ты не сможешь полагаться на силы и возможности богини, проживёшь короткую человеческую жизнь с Олэгом. Но… – она запнулась, на миг замерев, – стоит ли оно того? Жизнь людей так скоротечна, полна лишений, болезней и трудностей. Тут же тебя ожидает безмятежная как водная гладь и такая же безграничная жизнь. Я понимаю: сейчас ты расстроена, но пройдет время, и Олэг в том мире исчезнет, а затем и ты забудешь о нем…

Я ощутила, как сердце ёкнуло от ужаса и торжества одновременно. Больше нигде не было мне места – ни в мраморных залах, ни в смертных землях без него. Я поднялась, ощущая абсолютную решимость:

– Я согласна. Я готова! Пусть короткая и трудная, но полная любви жизнь с Олегом, чем одинокое страдание длиною в вечность здесь. Любить и быть любимой важнее всего.

– Дитя, ты неразумна, – Великая богиня поджала губы, демонстрируя недовольство. – Я живу так давно, что помню сотворение мира людей, и знаю, что бессмертие важнее любви, а время – лучший лекарь.

– Ты же не только богиня! – закричала я, теряя последние крохи самообладания. Ужасала мысль, что сейчас она исчезнет, оставив меня ни с чем. – Ты моя мать! Поступи хоть раз как мать, молю! Прими мой выбор! Он как и в прошлый раз в том, чтобы быть с Олэгом. Никакое бессмертие не сделает меня счастливой. Это будет вечность мук и страданий, ты готова видеть их?

Верховная богиня, застыв в своей вечности, выглядела неописуемо прекрасной и холодной. Она молча взирала на мои мольбы, не произнося ни слова. Мне оставалось лишь надеяться, что в ее сердце сражаются любовь к дочери и вера в свою правоту.

Казалось, время остановилось для нас двоих. Казалось, надежды нет. Но Верховная богиня дрогнула:

– Хорошо. Пусть это станет искуплением моей ошибки, – она указала на меч Олэга, появившийся в моих руках. – Возьми клинок, в рукояти запечатлен осколок души Стража, ведь меч мага – продолжение его сердца. Оттого этот меч отзовется на твой призыв. Сожми рукоять, наполни своей силой – и откроется портал сквозь зеркало воды. Но знай, это путь в один конец: назад возврата не будет. Нет таких сил и таких ритуалов, чтобы отменить решение.

– Спасибо! – я рухнула на колени, простирая руки к матери, испытывая безмерную благодарность. – И прощай, матушка…

Не оглядываясь, я сжала киноварную рукоять меча, сосредоточенно вливая в металл всю свою сущность. Веки сомкнулись от напряжения, губы шептали древние слова. Вдохнула глубоко, и запустила в клинок всю свою суть: и бессмертную силу, и человеческую жажду любви.

В глазах передо мной поплыл мраморный пол, тёмный портал расплылся водой, словно зеркало. Верховная богиня отошла в сторону и, устремив взгляд в бездну, произнесла:

– Пусть вода мира людей примет тебя и перенесёт к тому, кого ты любишь.

Едва скрипнуло оружие, разлетаясь на куски, как в следующий миг холодный ветер с примесью снега обдал моё лицо.

Я открыла глаза – и оказалась в знакомой чаще, где высокие ели хранили тишину ночи. Передо мной блестел родник, видимый в приоткрытую дверь каменной купели. Внутри, слегка освещённый лунным светом, сгорбившись сидел Олег. Он склонился над водой, проводя ладонью по ее глади, словно ища ответы в её глубине.

– Олег! – выдохнула я, голос звенел радостью и неуверенностью.

Парень подскочил, обернулся, и на его лице промелькнул ужас:

– Лиза? – он прошептал, и голос его дрогнул: – Не получилось?.. Ты не смогла вернуться?

Сердце застучало так громко, что звук, казалось, заглушал поющий родник. Голос пропал от избытка чувств, но я надеялась, что мой взгляд, полный надежды и страха, говорил яснее любых слов: я здесь, живая, готовая принять новую жизнь вместе с ним.

Капли влаги поблескивали на щеках моего стража, лишь подтверждая, что для каждого из нас существование друг без друга стало бы невыносимым испытанием, когда даже короткая жизнь превращается в бесконечную дорогу мук и страданий. Мы сделали свой выбор, предпочтя друг друга…

Эпилог

На прощанье коснувшись рябившей от каплей родниковой воды поверхности заводи, мы вышли из купели. Ощущали ли мы растерянность? Конечно. Но и радость самой желанной встречи, облегчение от возможности больше не расставаться. Переплетясь пальцами, мы так и держались за руки, бросая друг на друга взгляды украдкой и не решаясь заговорить о будущем. Страха не было, выбрав свой путь, свой мир, мы решительно готовы были двигаться дальше. Только…

– Машина-то стоит во дворе… – хором простонали, осознав, что сюда явились, пользуясь еще моими божественными возможностями.

Оба дернулись шарить по карманам в надежде обнаружить телефон: идея вызвать такси ночью куда-то в зимний лес, конечно, так себе, но хоть какой-то шанс. Но к чему Богам телефоны? Увы, мы и не подумали их прихватить, не предвидя подобной развязки.

Вот и первая трудность. Предстоит в довольно легкой одежде брести по снежному лесу до шоссе, а там? Уповать на удачу, что удастся перехватить какого-то полуночного водителя? И согревающего кулона больше не было – он истаял в моих руках при переходе между мирами, исчезнув как и все атрибуты той, другой жизни.

Впрочем, Олег отыскал в одном из карманов зажигалку. Не магический артефакт, но хоть что-то – если совсем подмерзнем, разведем костер.

– Надо учиться полагаться на себя и продумывать такие моменты наперед, – вздохнул Олег, снимая с шеи шарф и наматывая его мне и на голову, и на шею. – Будем выживать в этом мире уже на общих основаниях, – поддержала я, в душе не ощущая демонстрируемой беззаботности: зима, холод, лес – не лучшее испытание для человека. А мы отныне обычные люди… – Начнем с движения, с первого шага…

Но не успели мы преодолеть и десятка метров по сугробам, как… впереди замигали фары подъезжающей машины. Нашлись еще полуночные посетители источника? Мы переглянулись, не веря своему счастью и дружно запрыгали, замахав руками.