Алена Медведева – Брачный капкан для ведьмы (страница 36)
С этим напутствием мы перешагнули порог: на полшага впереди маг и я, совершенно удрученная дурным предчувствием. И… волной жутких ощущений, накативших вновь. Снова голоса многих и многих, овевая сквознячками, безмолвно кричали для меня: спаси… убегай…
Крошечные каменные мешки, лишенные света и притока воздуха — вновь и вновь. Сейчас их наполняла пыль и мрак, но они не могли скрыть того, что случилось здесь в прошлом. Скелеты, обвитые теми оковами, что я видела наверху, снова и снова скелеты.
Мы ведьмы — лучше чувствуем жизнь, даже ту жизнь, что некогда присутствовала в теле. Мне не надо было даже касаться их, чтобы распознать сестер… Снова и снова, камера за камерой в бесконечной тьме узкого коридора.
Так страшно мне еще никогда не было: страшно и плохо. Больно…
Глава 14
— Картрама?
Обеспокоенный голос заставил прийти в себя. Я помнила свой липкий страх и отчаянное неверие: это же невозможно?.. Слишком кошмарно, чтобы быть правдой.
Но лишь маги судят поверхностно, ведьмы же способны распознавать суть вещей, ощущать их природу. Нас в этом не обмануть: как не жутко было принять подобное, я осознала насколько заблуждалась.
— Картрама?
Лба коснулось что-то прохладное, возвращая меня в реальность. Открыв глаза, увидела совсем рядом обеспокоенное лица «мужа». Скользнув взглядом дальше, опознала балдахин в «нашей» спальне.
— Ты напугала меня, рухнула там в обморок, прямо посреди этого склепа… Я перестарался с демонстрацией? Прости, совсем не подумал о твоих чувствах.
Точно! Погибшие сестры…
— Почему вы не забрали их оттуда?
К ведьминой колоде мои чувства! Мое сердце истекало кровью при мысли о страданиях сестер.
— Не смогли, — после паузы признался Тиарон. И вздохнул. — Спасли лишь тех, кто был еще жив.
— Те ожоги у жены куратора Сонхо, и у других — это следы тех оков?
Магистр кивнул, не отводя расстроенного взгляда:
— Сонхо выхаживал ее, чудом спас. Ее не меньше полугода продержала в плену безумная ведьма, почти обескровив.
— Как она смогла остаться в этом месте…
— С ним и осталась. Впрочем, в ковен они вернулись года три назад, до этого жили в южной гавани, где он проходил службу. Многое пришлось восстанавливать: порождения тьмы, призванные императрицей, нанесли немалый урон. Да и численность магов существенно… понизили. По сей день они бывает где-то проявляются, стремясь убивать.
Слышала я про случаи таинственных исчезновений и в удольской глуши, но привычно всегда винила в них магов. Да и с годами подобное происходило все реже.
— Нет, не понимаю, — вздохнула в отчаянии. События тех лет стояли перед глазами так же живо. Но рассказать о них магу не получалось — изменить себя, начав доверять ему, сразу не могла. Но я помнила день, когда еще на подъезде к столице почувствовала призыв верховной сестры, помнила, как бежала, не думая о себе, оставив позади зарево сражений на улицах города. По той самой дороге, что вчера преодолела в компании юных магов. Помнила встречу с самой древней из живущих на тот момент ведьм в одном из каскадных садов… Каждое словечко отпечаталось в памяти, словно бы выжженное каленым железом. — Как она могла творить все это, но и одновременно заботиться о своем ребенке? Ее тревога о сыне была неподдельной.
— Не могу ответить, — магистр присел рядом, опираясь плечами о спинку кровати. — Не мне — мужчине — судить о материнских чувствах. Возможно она любила сына, пока способна была любить. Но…
— Что?
— Порой думаю, даже его она использовала ради изощренной мести, понимая, что сможет и после своей гибели манипулировать нами через этого ребенка. А тогда она уже понимала: план сделать из мужа бездумную марионетку и продолжить свои кровавые игрища с большим размахом — провалился, маги были на подступах к ее «логову». Предполагаю, что вы встретились в тот момент, когда мы расчищали столицу и окрестности от полчища насланных ведьмой борогов.
— Почему? — Вот этого я не понимала. — Как манипулировать?
— По той же причине по которой сохранила жизнь императору, пусть и разрушив его разум. Она не могла просто свергнуть его или убить. Ты слышала про камень рода? С ним связана история основания империи.
Пожав плечами, призналась:
— Немного.
— Изначально им владели жрецы кровавого культа, в те времена вся магия строилась на крови. По любому поводу — жертвоприношение или ритуал, связанный кровью. Достоверных источников мало, но из самых древних свитков можно предположить, что однажды мужчина и женщина, наделенные силой и жившие на этих землях, воспротивились общему порядку. Он должен был принести ее в жертву, но… вместо этого полюбил и спас.
Магистр чуть сместился, немного съехав по спинке кровати, подставив мне плечо. Доверять ему или нет я еще не определилась, но разузнать побольше о первопричинах имперской смуты желала. Опять же, сегодняшние изыскания и первое в жизни столкновение с борогом, не прошли для меня даром — тело ломило от усталости. Пристроив голову на удобно подставленное плечо, я приготовилась слушать.
— Как романтично, — зевнула, сдаваясь перед натиском пережитого. — Но, наверняка, все было куда прозаичнее, поскольку таких мужчин, способных пойти против всех ради избранницы, не существует.
Маг глухо закашлялся:
— Знать точно не можем, может не существует, а может быть существуют женщины до крайности недоверчивые и не способные рассмотреть очевидное у себя под носом.
— Что? Что?
В мыслях все путалось из-за накатывающей сонливости: ночка выдалась ударная, да потом еще денек не из простых. И намеки Тиарона воспринимались сложно.
— Не важно, — как-то даже смиренно вздохнул «муженек», — вернемся к артефакту. Его выкрала эта парочка, они рискнули использовать его для совершенно другой магии, объединив свою кровь при ритуале. Это, во-первых, изменило сам артефакт, во-вторых, положило начало исследованиям, которые позволяют нам сейчас знать так много о природе магии и использовать собственные магические силы иначе. А артефакт превратился в своего рода столп — нечто стабилизирующее баланс магических сил на подвластной его влиянию территории. И подчиняется он лишь кровным потомкам той самой пары. Как легко догадаться, они стали первой императорской четой. Артефакт повлиял и на них, разделив возможности. Можно сказать, они стали первыми магом и ведьмой.
— Намекаешь, что наша верховная сестра, опасалась потерять без императора или своего сына контроль над империей?
Я снова зевала, а веки тяжелели. Еще и большая мужская ладонь ласково поглаживала по волосам, усыпляя.
— Это тоже. Но в конце она желала связать нам руки. Ее ребенок — единственный кровный наследник, безумная ведьма позаботилась о том, чтобы у императора никогда больше не было детей. Она знала: лишившись мальчика, весь наш ковен будет в отчаянии ждать момента, когда срок отведенный ее мужу выйдет. Тогда магическая защита империи падет, а с ней и сила, питающая и ведьм, и магов. Придут сложные времена!
Резко сев, я отстранилась от Тиарона. Он так спокойно рассказывает мне об этом? И не скажешь, что тот самый маг, который больше всего в жизни желает отыскать наследника. И меня — единственную, кто, возможно, способен указать ему путь к нему — даже не пытается вынудить рассказать. Или… вот как раз, так и пытается?..
Сонливость слетела, я всем корпусом развернулась в сторону магистра, одновременно пытаясь запоздало вспомнить, когда успела сменить мужские рубашку и брюки на собственную ночную рубашку?..
— Император живет на пятом этаже в правом крыле, так? — Дождавшись спокойного кивка Тира, вздорно откинула настойчиво ползущую в глаза прядку волос. — Я его слышала… И теперь понимаю почему вы его от всех прячете. Как понимаю и то, что он никак не мог издать указ об обязательном браке для всех одиноких жителей империи! Маги его подделали.
Нахал-супруг даже не смутился разоблачению!
— Чрезвычайные обстоятельства требуют крайних мер, — развел руками, улыбаясь от уха до уха. И во взгляде мужчины при этом сверкали смешинки.
Присвоил мое правило!
— Это вероломный обман, — так словно в жизни никого не обманывала вскинулась я в праведном гневе, с шипением подавшись ближе к магу. Еще и потрясла у него перед носом своей «окольцованной» ручкой. — Господин-законник, не пора ли вернуть мне свиток и отменить этот фарс?
Вопиющая улыбка на физиономии мага стала шире, хотя куда еще шире?!
— Уже никак не отменить… И поэтому для вас, госпожа Картрама, просто Тиарон.
— Что значит: никак?
Поведение мага обескураживало — что-то же крылось за этой его абсолютной убежденностью.
— К слову о нарушениях закона, — проигнорировал мой протест магистр, пытаясь осторожненько приобнять за плечо. Но я не поддалась показной заботе, отшвырнув руку супруга словно ядовитую змею. — Нарушение запрета на посещение императорской половины дворца, взлом магической защиты подземелья, несанкционированное проникновение в закрытую зону и, вишенка на торте, активация призыва борога, что могло стать причиной гибели не только одной неугомонной ведьмы, но и кого-то еще… Что же полагается за эти вопиющие деяния?
— Да, мне не интересно, — сказала — как отрезала. Ведьмам всегда прощались подобные мелочи, мы — исключительная каста империи. — Императору явно немного осталось, а раз завтра крах, то к чему мне переживать о паре несерьезных проступков?