Алена Медведева – Брачный капкан для ведьмы (страница 12)

Подхватив одну из наполненных снедью мисок, тщательно принюхалась к густой мясной похлебке, позволяя обонянию ведьмы определить безопасна ли еда. Со стороны казалось, что я наслаждаюсь запахами съестного.

— Полезно… — проблеял муженек и принялся грызть корнеплод. Еще один он протянул мне.

— Да, да, — воспользовалась моментом, — ведьме силы нужны.

Пришлось тоже вгрызться в оранжевый овощ. И это мне — отъявленной хищнице. Но угроза в виде мага под боком заставила поменять привычки. Буду пробовать удрать при первой же возможности, в такие моменты быть сытой предпочтительнее.

— После, — я кивнула на миски с дымящимся супом и опустевший котелок, — отнеси посуду в таверну. И отправься рыбы наловить! Хоть на что-то сгодишься — идиот или нет, но сын рыбака.

Наивно полагать, что я легко избавлюсь от надзирателя, но… пусть хотя бы под ногами не мешается. Увы, ответом мне стал пустой взгляд: демонстрация полного непонимания? Или нежелание идти на поводу у моих желаний? Теперь я не очень-то верила таким его взглядам.

— А чем жена займется?

Ага!

— Дел у честной хозяйки лавки много. Больных проведать, травы для снадобий собрать, зелья сварить… — Принялась я деловито перечислять. — А теперь у меня еще и муж имеется. Но и для тебя дело найдется.

— М-м?.. — Он что-то невнятно пробурчал, подъедая остатки своего супа.

— Буду пробовать на тебе новые рецепты, — счастливо улыбнулась в ответ. И была такой искренней в этот миг! — Это же первое правило семейной жизни: кушать то, что жена сварила.

Нет, сильного мага со свету не сживу. Но жизнь попорчу! А что если… сам сбежит?

— Ничто, сваренное женой, есть не буду, — заупрямился местный идиот. Да так натурально губы надул, что я восхитилась актерскому мастерству.

— Так!.. — Я припечатала мужа суровым взглядом. — Тогда будешь питаться одной морковью! Не знаю, где ты ее берешь в таких количествах, но… уверена: даже морковь со временем приестся.

И тут осенило. Зачем я иду напролом?..

— Впрочем, нет, — Вспомнился неупокоенный гробовщик, — лучше я обучу тебя своему ремеслу. Будет семейный подряд! И доход выше! Я хочу больше монет…

Вид вытянувшейся физиономии Трушика стал мне утешением, когда, деловито составив к нему поближе свою опустевшую миску, я натянула фартук и взялась за метлу.

«Выметайся», — немногим не кричал мой облик.

А я всего-то вознамерилась навести в лавке порядок перед приходом клиентов.

Муженек подавился остатками похлебки, должно быть, понял, что не всякий маг пройдет это минное поле — быть в подмастерьях у ведьмы. Ха! Это они, всей своей чистокровной братией, бывшую императрицу невзлюбили? Да им просто сравнивать было не с кем.

Глава 5

— Приветствую, достопочтенная Картрама!

Порог лавки пересекла знакомая мне жительница Удолья. Она не в первый раз являлась ко мне за снадобьем от болей в суставах. Когда у меня было хорошее настроение — она получала действенную мазь с целебными свойствами, когда не очень — ей доставалась настойка, способная лишь временно приглушить боль.

Спину напрягшегося Трушика она смерила равнодушным взглядом — очевидно, слухи о моем замужестве уже прокатились по городку, мы перестали быть сенсацией единой брачной ночи. Не удивительно! За последние пару дней возле мой лавки побывало полгородка.

— За чем пожаловали? — Засияла я дежурной улыбкой, одновременно размышляя о том, как бы ловчее спровадить обманщика-мага подальше и надолго. Чтобы успеть удрать, растворившись на просторах империи… Благо, нашелся способ улизнуть от магической сети.

— Извелась вся, какую ночь не сплю, — привычно запричитала горожанка. — А все мазь ваша закончилась, вот, думаю, зайду за новой порцией.

Увы, мое сегодняшнее настроение не подпадало даже под критерий скверного, оттого рассчитывать на многое посетительнице не предстояло. Я уже открыла рот, вознамерившись всучить ей бестолковую настойку втридорога, намереваясь разжиться монетами перед долгой дорогой, когда…

— Эх, да что суставы? С вашей-то помощью, и с ними жить можно. Другое дело: муж!

Моя рука замерла, не дотянувшись до склянки. Последняя фраза покупательницы как никогда нашла отклик в моей душе. Прежде подобные разговоры со мной не заводили — вот что значит перемена в матримониальном статусе.

— А что с ним не так? — Услужливо поддержала я тему.

При этом недобро зыркнула на медитирующего над пустой миской с края прилавка Трушика, давая понять: кое-кого заждались дела! Выглядел он при этом глупее некуда.

— Брюзжит, вечно всем недовольный! Кости так не донимают как этот нескончаемый зуд. И ведь, подумайте, все ему не так, во всем я виновата. А что без меня? Да без меня давно бы в земле лежал. И ухоженный, и накормленный, и дома все на порядке уже почитай тридцать годков. Детей вырастили, хозяйство обиходили, хвори его стороной обходят моими заботами, но все одно — ворчит. Как можно так жену не ценить?

— Да, да, — закивала я головой, вдруг осознав, что целый огромный пласт информации проходил мимо меня. По причине холостячества мои посетители не обсуждали со мной свою семейную жизнь! — Женская работа — она не заметная. У мужчин что? Забор поставил! Дом построил! Колодец выкопал! И все вот оно на виду годами. А мы? Едва наварили, как тут же все сметут подчистую. Одежду новую пошить? Через месяц за старую сойдет! Все же одно и одно, по кругу, и все неприметно. А без этого как? Да все сразу рухнет — и дом, и хозяйство!

— Вот-вот! — Горячо закивала пожилая покупательница, недобро зыркнув на моего идиота.

Трушик заерзал на стуле и явно почувствовал себя неуютно, словно предчувствуя, что слова женщины натолкнули меня на очередную идею. По избавлению от него, конечно.

— Порой думаю: досталась бы тебе другая жена! Отдать бы на месяц какой лентяйке, быстро бы понял какое я сокровище… — сокрушалась посетительница.

Решив ковать железо пока горячо, я уверенно выхватила действительно лечебную мазь и предложила:

— А ведите ко мне! — Чуть подумав, пока опешившая от моих слов клиентка недоуменно хлопала глазами — одно дело сотрясать воздух и совсем другое спровадить пусть и престарелого, но муженька к молодой и фигуристой ведьме. Женщина растерянно уставилась на мой рот, словно не верила собственным ушам. — Уж у меня не забалует! И дама я теперь замужняя: вот возьмусь своего муженька воспитывать, и вашему перепадет. А что? — Я решила подойти к делу масштабно. — Можно кликнуть клич по городу: всех неугодных мужей пусть ведут к ведьме! На перевоспитание!

— Н-но…

Посетительница не нашлась с ответом.

— Думаете, не пойдут? — Хмыкнула я, с глубокомысленным видом нахмурив бровь. В сторону замершего с отвисшей челюстью супруга, явно тоже сверх меры впечатленного моей задумкой, старательно не смотрела, боясь рассмеяться. — Так за хорошим делом проблемы не станет. Снадобье одно дам — подольете в супчик и готово: за ручку и приведете. А уж я… — грозно тряхнув кулаком, я мысленно потерла ручки: эх, вот бы в самом деле устроить такую суматоху! Тут бы удрать проблемой не стало. — Уж я их быстро организую! Шелковые станут! Быстро осознают женам своим цену!

Последнее я возвестила с прямо-таки богоподобным рыком, сама себе напоминая богиню возмездия.

— Д-да… госпожа вед… ээ… Картрама…. Вы… Да… уж… Вы сможете…

Пролепетав нечто нечленораздельное покупательница, перехватила из моих порхающих в такт идеям рук лекарство и, не глядя опрокинув на прилавок все содержимое кошелька, ринулась к выходу. Миг и дверь хлопнула, прикрывшись за ее спиной.

— Жена! — Немедленно затянул обретший дар речи маг, но был остановлен моим веским:

— Ты все еще здесь? Посуду в таверну кто вернет? Рыба свежая где? Почему обед не сварен? Фартук не нашел? — Развернувшись к навязанному хитрыми интригами супругу, уперла руки в бока. — Мой дом, моя лавка, мое дело — мои правила!

В самом деле, кто это тут решил приструнить своенравную ведьму? Мы живыми не сдаемся! Судьба и поставленное на широкую ногу дело не позволили продолжить судьбоносный монолог — колокольчик звякнул, возвестив о приходе нового клиента.

Классический случай: очередной охотник с насморком. В лавке он не задержался, получив традиционную в таких случаях порцию слабительного. Но еще до его ухода спешно ввалился рослый увалень и, громыхая перегаром, потребовал:

— Лавочница, а ну-ка мне от головы чего-то отвесь!

Бросив на него всего один чинный взгляд, я мигом определила: не местный. Из заезжих работяг, что по сезонам кочуют из местности в местность. И наше Удолье бывает поощряют вниманием, нанимаясь на стрижку овец в пригородных деревнях. Да и кто из местных додумался бы мне так хамить? Ведьме то…

Разумеется, я ему отвесила. Еще и отсыпала, с широкой улыбкой повелев принимать строго по норме и в расписанные мною часы снадобье собственного изготовления. Да какое! Водись в нашей местности драконы, они бы после него стали огнедышащими до достижения половозрелости! Вот и этого… хорошего человека участь не минует. Если к вечеру ближайшую речку не осушит — может считать себя рожденным под счастливой звездой!

А за ним…

И тут у меня, что называется, поперло. Чувствуя себя как минимум шестирукой я успевала дежурно улыбаться, уверенно разливать на право и на лево отвары да настойки, заламывать за все преувеличенные втридорога цены и… жевать принесенную муженьком морковь! Оголодала с такой-то переработки. Все жители Удолья словно пятой точкой почуяли мое скорое исчезновение и решили полечиться впрок.