Алена Малышева – Время потерь (СИ) (страница 96)

— Хорошо! Ты уведешь малышку.

Это его не устраивало. Китан не собирался оставлять Анелу одну с мессиром. Но знать об этом ей пока не стоило.

Анела махнула на тайный ход:

— Он выведет за пределы города?

— Да.

— Идём!

****

Лабиринт подземных ходов вывел в лес, в нескольких милях от дворца и примерно в двух милях от места встречи. Утренний воздух после душных подземелий кружил голову. Медленно просыпалась природа. В трель жаворонка вливался писк пищухи. Уханье филина, запоздало отправившегося спать. Шелест травы под мелкими пичужками и животными, разбегающимися от приближения людей. Небо светлело и окрашивалось в нежно-жёлтые цвета. Предвещало скорое появление Ока Богини.

Лесу, природе не было никакого дела до двух человек в тяжёлом молчании шагающим по высокой сухой траве. И когда напряжение стало невыносимым, Китан вдруг заговорил о Старом мосте.

Мост должен был стать одним из символов силы и единства Амбрании и выстоять до конца времён. Чаврус повелел выстроить его, когда закладывалась основа столицы. Камни привозили из Западного перевала целыми вереницами телег, оттуда же привезли два десятиметровых камня, из которых ваятель создал скульптуры: мужчина и женщина — Короля Чавруса и Святой Эйринии. Мост через быструю реку показал бы, что они едины. Что Богиня поддерживает короля во всём.

Но то ли камни оказались непрочными, то ли подвели строители, а может и правы простолюдины, что на этом месте лежит проклятие иридис, но прошло немного лет и мост развалился. Сколько не пытались его отстроить — безрезультатно. И остались только две опоры-статуи на противоположных берегах быстрой глубокой реки. Их можно разглядеть из самой высокой башни дворца.

Король, в конце концов, запретил к мосту притрагиваться. Построили в отдалении другой, провели дорогу. Старая дорога заросла, и свидетелями об одной из неудач короля остались лишь эти статуи.

От голоса брата напряжения чуть ослабло. Анела была бесконечно благодарна ему, что разрушил сдавливающую тишину. Анела ни одна — это вселяло надежду. Брат поможет, они вдвоём справятся. И этот невыносимый холод внутри, за которым тлела ярость и страх, становилось легче переносить. Не дать себе воли, не поддаться стихии и не разнести к Тьме всё вокруг. Тёмная стихия словно робела лишний раз напоминать о себе рядом с Китаном, защитником.

Деревья расступились. В глазах зарябило от поляны золотарника, а за ней блестела быстрой говорливой водой раздольная Акванга.

Каменное изваяние высилось по правую руку с сотню сажень от них. Не смотря на то, что трава окутывала статую, ещё можно было различить женщину в развевающейся одежде, с протянутой рукой, на которой мирно горело пламя. Она его дарила. Предлагала исполину на другой стороне реки. Но соприкоснуться им не удастся. Никогда! Чистое течение, которое не перейти, не перепрыгнуть, разделяло их. Как при жизни что-то разделило Чавруса и Святую.

Тёплое касание стихий предупредило, что охотницы рядом. А где они, там и мессир.

Стоило обойти статую и путь загородили два солнечника и охотница. Обыскали. Китану пришлось расстаться с мечом и ножом. И только после этого их пропустили дальше. Ряд солнечников стоял напротив ряда охотниц. Ненависть на лицах охотниц, настороженность и опаска у солнечников Анела отметила мимоходом. Она не могла отвести взгляда от расширенных от ужаса глаз Висеи, дорожек слёз на маленьком личике и, казалось, огромного кинжала у горла.

Изверги! Какая Тьма вселилась в них?! Нельзя использовать детей в своих разборках. Ничто не стоит и слезинки в их глазах.

Рука, держащая кинжал дрогнула, девочка вскрикнула.

Анела вцепилась в руку Китана, заглушая огонь стихии. Она требовала уничтожить, разнести в пыль. Убить причинившего боль дорогому существу. Нельзя! Пока нельзя!

Туман перед глазами стал рассеиваться.

Рука с кинжалом чуть расслабилась.

Анела отвела от девочки взгляд на крепкие руки в серебряных перчатках, сжимавших кинжал, на золотистую мантию и встретилась с чёрными холодными, ничего не выражающими глазами жрицы-охотницы. Фейс, кажется, так её назвал капитан солнечников. Что за амулеты на них? Неужто они действуют с такой силой, что жрица становится способной убить ребёнка? Жрица, которую всегда учили защищать и оберегать! Учили, что малейшее зло расширяет лазейку для Тьмы. Что пусть лучше преступник останется на свободе, чем невиновный будет казнён. Не хотелось верить, что жрица может нанести вред малышке. Но набухающая от крови царапина на нежной коже девочки доказывала обратное.

— Малейшее проявление стихии — девочка умрёт, — нарушил тишину мессир.

Он ничуть не изменился. Всё та же худощавая фигура в чёрной мантии. Глубокие цепкие глаза над орлиным носом. Тонкие губы искривлены в довольной усмешке.

Стихия снова огнём кольнула сердце. Но и только. Она продолжила сжиматься тугим горячим комком в груди. Вместе с ненавистью, ужасом и отчаянием.

— Отпусти малышку! — потребовала Анела. И сама удивилась от холодной решимости в голосе. Словно внутри и не было никаких чувств.

Мессир будто не услышал. Кивнул на Китана:

— Я ждал тебя одну!

— Китан проводит Висею в безопасное место.

— Не смеши! Думаешь, я расстанусь с цепью, сдерживающую тебя?

— Я клянусь…

Мессир покачал головой:

— Глупо! Я вырос из того возраста, когда верят в клятвы. Мне нужна ты и гарантия, что не наделаешь глупостей.

— Я могу заменить Висею, — вдруг вмешался Китан.

Всё внутри Анелы восставало против этого решения. Но если выбирать: взрослый парень, который может постоять за себя, или беззащитная малышка — выбор очевиден. Но оставить девочки одну. В незнакомом месте… Главное подальше от мессира и охотниц!

— Камень находится далеко отсюда. Висея ехать верхом не сможет. Не умеет. Она быстро устанет и будет нас задерживать. А я уверена, сир, вам хочется как можно быстрее заполучить венец, — бросила она.

— Ты знаешь, где остальные камни?

— Да!

— Где?!

Анела развела руками, стараясь не смотреть на малышку. От ужаса и надежды на бледном личике хотелось кричать самой и уничтожить всех вокруг. Рано! Мессир от возмездия не уйдёт! Это она себе обещает!

— Зачем мне сейчас это говорить?

Мессир зло прищурился:

— Ты мне всё равно расскажешь, в независимости отпущу твою девчонку или нет.

От уверенных слов стало неприятно. Мессир поднял руку, давая кому-то знак. Молча наблюдающие, ловящие каждое движение солнечники расступились и вперёд, прихрамывая, вышел Рысь. Про него-то она и забыла. От амулета, покачивающегося в его руках, Анела лишь усилием воли не сдвинулась с места.

Чёрный янтарь! Ещё живы воспоминания о беспомощности и пустоте внутри. Не хочет она снова это пережить!

Взгляд скользнул по малышке, и Анела заставила себя успокоиться. Ради девочки она выдержит всё!

— Вижу, помнишь его, — усмехнулся Рысь.

— Если у вас есть чёрный янтарь, зачем ещё заложники? — спросила Анела мессира, игнорируя Рысь. Он здесь не главный. Ещё один подпевала мессира. Но что их связывает?

— Гарантия, детка, гарантия. Охотницы рассказали, на что ты способна, кто ты такая. С наследницей Чёрной Иридис по-другому нельзя. Хорошо, заключим договор. Ты добровольно позволяешь надеть на себя амулет, мы отпускаем девчонку. Принц остаётся заложником.

— Вы проводите девочку до города, — а как Анела может быть уверена, что они не оставят Висею одну? Как может быть уверена, что они отпустят девочку, а не спрячут, чтобы и дальше влиять на Анелу? А разве её саму оставят в живых? Стоит мессиру заполучить венец, и корорлева иридис ему будет не нужна, даже опасна. Навряд ли знает, что венец отвечает лишь на зов королевской крови. Мысль о смерти промелькнула на удивление спокойно. Не проходила уверенность. Анела не умрёт. Её спасут. Злат спасёт. — Он уведёт девочку! — ткнула в знакомого солнечника с чёрными глазами.

Капитан Анс удивлённо на неё посмотрел. Она и сама не знала, откуда появилось это её ощущение, что он поможет. Из-за сочувствия, мелькнувшего на его лице? Или из-за тревоги за девочку, которую как бы он не пытался скрыть, была видна невооруженным глазам. Ей видна.

— Ты не в том положении, чтобы ставить условия! — отрезал мессир.

— А как же договор? Надеть на себя амулет я не позволю, пока девочка не окажется в безопасности. А вы не можете её отпустить, да и убить тоже, так как боитесь моей стихии. Ведь стоит упасть с головы Висеи хоть волосок, я всё разнесу здесь. Пусть умру и сама. И ваши охотницы это чувствуют. Не так ли? Фейс, кажется?

Заслужила полный ненависти взгляд от жрицы. Будь её воля, глава Охотниц разорвала бы Анелу на части, но подчинение мессиру заложено у неё внутри.

— Так что будем делать? — спросила Анела, дождавшись подтверждающего кивка от охотницы.

Чувствовала бы она на самом деле такую уверенность, как звучала в голосе, как старалась показать внешне. От качающего в руке Рыси янтаря холодело всё внутри и подкашивались ноги. Лишь тёплая рука Кита придавала сил.

— Хорошо! — наконец согласился мессир.

Анела даже пошатнулась от облегчения. Но рано расслабляться. Висея ещё в руках мессира. И если только они чуть отпустят малышку…

— Лучники! Стрелы на принца. Один знак от охотниц — стреляйте. Ведьма, на два шага в сторону от принца. Ты ещё нужна мне живой, — разочаровал мессир.