Алена Малышева – Время потерь (СИ) (страница 63)

— Что? — сама невинность. Ни за что не поверит, что он не понимает, как воздействует его голос.

Как заставить его освободить жрицу? Что Анела может противопоставить ему? Призвала стихии. Безрезультатно. Стихии никуда не исчезли. Они привычно текли по венам тёплым потоком, но не отвечали.

— Вижу, обезопасилась, — неожиданно произнёс незнакомец, кивнув на браслет. — Никак боишься остаться здесь навсегда? Напрасно. Сейчас мне здесь иридис совсем не нужна… А вот в будущем…

Внезапно незнакомец на миг исчез и появился совсем рядом за спиной. Анела застыла, боясь шевельнуться. Волос коснулась тёплая рука, нежно поправляя прядь. И незнакомец, чуть ли не касаясь губами её уха, шепнул:

— Как ты сильно хочешь освободить жрицу, принцесса? Чем готова пожертвовать, что предложить?

От тёплого дыхания щёки обжёг жар, распространяясь по телу. Она испуганно отшатнулась:

— Прекрати! — только это прозвучало как-то жалобно, больше похоже на просьбу, чем на требование.

Анела глубоко вздохнула. Она бы и сама не могла сказать, что чувствовала. Чем-то было похоже на то, что она ощущала при приближении генерала, но примешивался страх и ненависть.

— Что ты хочешь?

Незнакомец ухмыльнулся и также быстро, как до этого соскользнул с камня, вернулся на него.

— А вот это правильный вопрос, малышка. Предлагаю соглашение. Я отпускаю жрицу, а ты… Ты выполнишь мою просьбу.

— Какую?

— Ты придёшь сюда добровольно. На столько, на сколько я захочу и когда захочу. Приглашение ты не пропустишь.

Нет. Нельзя соглашаться. Всё внутри кричало об этом. Но оставить жрицу?

— А если я не приду?

— Придёшь!

От едкой уверенности Анела поежилась. И нехотя кивнула:

— Я согласна!

— Правильное решение, малышка.

Вот только ей уже от его тона так не казалось.

— До новой встречи! — ухмыльнулся незнакомец словно кот, перехитривший хозяйку и объевшийся сливок, и растворился в воздухе. Лишь отзвук голоса чуть запоздал, исчезая за ним.

Богиня! На что она согласилась?

Анела бросилась к клетке, отодвинула холодный засов. Едва успела коснуться жрицы, тут же перед глазами всё поплыло…

*****

Анела рассказала Верховной жрице всё, что узнала во время пути, с чем встретилась и что пережила. Не скрыла ничего. Ни встречу с Чёрной Иридис, ни откровения Анфелии, встречи с незнакомцем, ни то, что узнала в замке Игнис…

Замолчала и затаила дыхание, боясь поднять лицо на жрицу и увидеть подозрение. А ещё хуже — презрение и брезгливость.

Сейчас уже не казалось хорошей идеей поговорить со жрицей наедине. Нестерпимо не хватало поддержки Китана и генерала. Она привыкла, что они рядом.

Руку, теребившую ладанку, накрыла тёплая ладонь. Анела вздрогнула и посмотрела на жрицу. От сочувствия и понимания в её глазах защемило сердце и появился ком в горле.

— Аннета была права, — вздохнула жрица, убирая руку и разминая пальцы. Она без конца двигалась. То мяла руки, то качала ногой… Словно до сих пор не верила, что может шевелиться, — тебя ждёт необычная судьба. Ты изменишь нас всех и мир вокруг. Конечно, будет трудно. Менять что-либо всегда трудно. Особенно если все будут этому противиться. Тебе придётся бороться с предрассудками людей, с эгоизмом ведьм и непримиримостью жриц. Венец в этом тебе мало поможет. Но собрать тебе его нужно. Без него у нас ни единого шанса выжить. Нас: жриц, ведьм — с каждым годом становится всё меньше и меньше.

— Вы мне верите? — выдохнула Анела.

— Конечно, — и видно, заметив вопрос на лице Анелы, пояснила: — Я жрица в десятом поколении. Вижу, ты знаешь, что это значит. Аннета также была неподвластна амулету, как и Харриэт. Но первая, кто открыла нам глаза, была Аннета. Я до сих пор не знаю, откуда она всё узнала. Думаю, в странствиях до возвращения в Храм. Именно она создала наш триумвират Верховных жриц. Но даже нам что-либо изменить было трудно. Жрецы следили за всеми нами, особенно мессир и его люди. Приходилось выверять каждый шаг и искать из послушниц тех, на кого амулеты будут действовать слабее. Совсем отказаться от них мы не могли. Солнечники бы сразу насторожились. Я надеюсь, да и Аннета тоже надеялась, что венец сможет избавить нас от власти амулетов и позволит выбрать свой путь. Собственной волей.

— А если я не хочу собирать этот венец? Не хочу становиться королевой иридис? — и сама же Анела поморщилась от своего жалобного просительного тона. Словно обиженный ребёнок, которого заставляют делать то, что он не желает. И он до последнего надеется, что если очень-очень сильно попросит, с ним обязательно согласятся.

— Богиня укажет тебе твой путь, Анела. Хочешь ты этого или нет, — жрица сняла с шеи цепочку с серебряным ключом и протянула Анеле. — Вот возьми. Думаю, пришло время.

Анела спиной почувствовала тяжёлый взгляд. Оглянулась через плечо. Лания стояла неподалеку и с ненавистью и подозрением смотрела на неё. На душе стало тяжело и неприятно. Если остальные жрицы прислушались к своей Верховной и благожелательно отнеслись к Анеле и её попутчикам, только к Люсилии с лёгким опасением, то Лания продолжала излучать неприязнь и враждебность.

— Ведьмы убили ученицу Лании. Ей непросто смириться с присутствием одной из них. Но она, как и другие сёстры, верят мне. Я надеюсь, когда власть амулетов исчезнет, она поймёт, что не стоит всех ведьм грести под одну гребёнку, — тихо объяснила Верховная жрица. Видимо, догадалась, что встревожило Анелу.

Для ночёвки им выделили две пещерки с удобными тюфяками: одну для Злата с Китаном, другую для Анелы и Люсилии.

Но сон не шёл. Днём о толще скалы над головой удавалось забыть в разговорах, знакомствах, а сейчас мысли были только об этом. И уже не казалась хорошей идеей остаться ночевать в пещере со жрицами.

Окружающая темнота давила и сжимала, обволакивая холодом. Только от Огневика в ладанке на груди было жарко…

Жарко? Анела села. На соседнем тюфяке завозилась Люсилия, но через миг снова ровно задышала.

Анела медленно сняла ладанку и открыла. Из неё вырвался тусклый свет. Темнота отступила, затаившись в углах и вдоль стены. Блики заиграли у выхода.

Захотелось на открытый воздух, с небесной крышей, в которой парят звёзды-птицы. К тёплому летнему ветру, облетающему свои владения. И к тайне светящего камня, который бликами показывал дорогу.

Анела медленно встала и последовала за огоньками. Мысли невольно обратились к разговору с Верховной жрицей. Сердце снова защемило от боли. Матушка верила, что именно от Анелы многое будет зависеть в будущем. Она надеялась на свою ученицу. А что Анела сделала? Ничего!

Радостный лай отвлёк от тяжёлых мыслей. Из темноты выскочил Малыш и бросился к ней. Едва не свалил, когда с разгона встал на задние лапы, а передние положил ей на плечи. По лицу прошёлся влажный язык.

— Малыш! — возмутилась Анела, отталкивая влажного от росы пса. — Прекрати.

От радостного оскала Малыша, словно он век не видел своей хозяйки, Анела разулыбалась и позвала:

— Пойдём со мной!

Малыш гавкнул, обнюхал красные блики от Огневика, отбежал за ними и обернулся на Анелу. Мол, ты идёшь или нет?

Анела хмыкнула и зашагала за псом. Блики вели к Храму. Тёплый, обволакивающий зов также шёл оттуда. Такой же зов, какой был, когда она нашла Огневик. Неужели второй камень там? И он призывает именно её?

Анела прибавила шагу. Нетерпение и предвкушение подгоняли её вперёд.

У ворот в Храм она замешкалась. Что она там увидит? Мысленный пинок заставил сделать шаг.

Ещё можно было догадаться о белых стенах, картинах, коврах, представить, как по этим широким коридорам степенно ходили старшие жрицы, спешили послушницы. Разносились разговоры, смех, воззвания к Богине.

А сейчас… тишина. Давящая, пугающая и отнимающая надежду. Никогда не станет всё прежним. И если бы в этом виновато было только нападение. События далёкого прошлого не желают оставаться в безвестности, и вновь и вновь напоминают о себе.

Малыш гавкнул, привлекая внимание. Анела уже некоторое время стояла у стены, на которой играли блики от Огневика. Вход в подземелье не отличался от входа в храме Игнис. Но привёл не в подземелье Храма, а в огромную пещеру. С такими же, как дома, светящимися узорами на полу: огромный круг, в котором ещё четыре, соединённые линиями. Нет, три круга. Красная линия на земле горела ярко. Но ещё ярче сверкала тёмно-синяя, которая должна была вести к четвёртому. Она упиралась в широкую трещину в полу, пересекающую пещеру. Из неё поднимался пар. От горечи дыма запершило в горле. Сердце сжалось. Неужели камень потерян навсегда?

Несколько быстрых шагов — Анела у трещины. Выдох. Светящая линия огибала край и застывала на расстоянии вытянутой руки в центре круга на каменной стене. Прямо на скважине для ключа. Глубоко внизу трещины бежала пламенная река, с изредка разрывавшимися на ней грибами лавы. Красиво и страшно.

— Малыш, сидеть! — приказала Анела псу.

Сняла с шеи цепочку с ключом и с сомнением посмотрела вниз. Вроде скважина недалеко. Анела сможет до неё дотянуться. А если нет?

Анела помотала головой. Камень там! Она справится. Должна справиться!

Решительно выдохнула и легла на горячий камень. Одной рукой упёрлась в край пропасти, а другой, с ключом, потянулась к скважине. Осталось чуть-чуть… От пота рука заскользила. Анела едва успела выпрямиться. Ещё бы немного и свалилась в пропасть. Богиня! Скважина была так близко!