Алена Малышева – Время потерь (СИ) (страница 5)

Эли, раскинув руки, загораживает Верховную жрицу.

Воздух со свистом пронзает чёрная молния. В белоснежную мантию, у самого долгожданного амулета. Эли отшатывается и падает на спину. Матушка едва успевает подхватить её у самого пола помоста. Укладывает Эли на доски, зарывает глаза.

Анела оцепенело не сводила глаз с чуть подрагивающего чёрного оперения стрелы в груди Эли. Тишина обступала со всех сторон. Перед глазами стояла лишь эта чёрная точка перед глазами и странная неподвижность подруги.

— Сёстры, щиты! — властный голос Матушки разбил кокон непонимания, возвращая в реальность. — Защитить девочек!

— Эли? — наконец выдохнула Анела и бросилась к подруге.

Упала перед ней на колени, с неверием прикоснулась к щеке. Она ждала, что подруга сейчас шевельнётся, откроет глаза и, улыбнувшись, крикнет: «Шутка!» Но Эли оставалась неподвижной. Анела с мольбой подняла глаза на целительницу Анфесу, стоящую рядом. Она должна помочь. Она сильная.

Анфеса покачала головой, отнимая последнюю надежду.

Анела, не поднимаясь, огляделась. Ведь хоть кто-нибудь должен помочь Эли! Но никто даже не смотрел на неё.

Она и маленькие послушницы находились в середине помоста. Четыре жрицы держали переливающиеся стихийные щиты. В них со всех сторон с треском врезались чёрные стрелы и падали на землю. Остальные жрицы не подпускали воинов с устрашающими масками на лицах и в чёрных доспехах. Враги появлялись из ниоткуда. Огненные шары возникали у них на пути. Острые льдины пронзали тела. Каменные глыбы прижимали к земле. Убийцы падали, но и их стрелы забирали с собой одну жрицу за другой.

— Отступаем к башне! — приказала Матушка.

За спиной раздались испуганные крики защитниц. Анела вместе со всеми оглянулась: путь к спасительной башне был отрезан. Убийцы с кривыми мечами и огромные чёрные псы теснили жриц. Воины двигались молча. Даже собаки не издавали ни звука. Чёрная стена надвигалась, оставляя после себя лишь мёртвых жриц.

Анела наблюдала за всем словно со стороны. Поверить в происходящее было невозможно. «Сон! Страшный сон!» — билось в голове. Она сейчас проснётся. Нужно потерпеть ещё немного.

Вдруг у башни началось движение. Убийцы оглянулись и на миг забыли о жрицах. Рык, крики, лязг металла разнеслись по саду. Строй воинов распался — капитан и адъютант прорубали проход.

— Послушниц — в башню! — приказала Матушка старшим жрицам.

Сама с остальными осталась прикрывать отход. К ней тут же присоединился капитан. Адъютант направился к башне.

Погибших пришлось оставить. Анела, было, бросилась к Эли, но властный окрик Матушки заставил подчиниться. Анела не переставала оглядываться. Но за мантиями жриц алтарь увидеть уже не могла.

Неожиданно появился просвет. У алтаря стояла высокая фигура в длинном колышемся от ветра сером плаще. Капюшон был надвинут на лицо, но Анеле казалось, что взгляд невидимых глаз направлен на неё. Она запнулась, всё же стоило хотя бы изредка смотреть под ноги. Благодарно кивнула поддержавшей за локоть жрице и снова оглянулась. У алтаря никого не было.

Последним в храм вслед за Матушкой вошёл капитан. Тяжёлые врата заперли на засов. Опасность осталась за ними. Но надолго ли?

На Анелу снова опустилось оцепенение. Она прижалась к стене у лестницы в подвал и обхватила себя за плечи, сдерживая дрожь. Поверить в происходящее было трудно, невозможно. Ведь ещё совсем недавно она готовилась к Посвящению, бежала, боясь опоздать, и ждала, с нетерпением, волнением ждала, благословения Богини. И рядом была подруга. Верная, весёлая Эли, которая успела получить желаемый, оказавшийся предсмертным, дар. Богиня, почему?!

Анела прикусила губу, сдерживая всхлип. Оглядела холл, где находились все оставшиеся в живых сестры. Мысленно пересчитала и похолодела. Их было меньше половины. Врата дрожали от ударов, того гляди разлетятся. Несколько жриц стояли напротив дверей, готовясь применить стихии. Анфеса помогала раненным. Матушка разговаривала с капитаном, рядом с ними находился и адъютант. Остальные жрицы, встав в круг и схватившись за руки, взывали к Богине — просили сил справиться с врагом. С ними и Нели, новоиспечённая жрица. Послушницы кучкой собрались у дальней стены и в ужасе оглядывались.

Анела глубоко вдохнула и выдохнула, справляясь с парализующим страхом, и направилась к девочкам. Единственное, чем она может помочь, — это успокоить и занять детей. От бездействия она точно сойдёт с ума.

От очередного грохота Анела запнулась, едва устояла на ногах, и резко обернулась на дверь. Та от удара чуть скрипнула, но, благодарение Богине, выстояла. Долго так продолжаться не могло. Сомнений в этом не было.

— Ну и чего носы повесили? — стараясь казаться беззаботной, спросила она малышек. — Неужто не знаете нашей Матушки? Она обязательно придумает, что делать и как поступить, — Анела села на пол рядом с послушницами, с надеждой смотрящими на неё. — Наша Богиня обязательно поможет. И эти, в масках, ещё побегут прочь, крича: «Спасите нас, мы больше не будем!»

Малышки слабо заулыбались. Лишь Софика с пониманием кивнула. На её лице возникло облегчение. Видимо, не знала, как успокоить девочек.

— И чем же мы пока займёмся? — спросила Анела, украдкой поглядывая на дрожащую дверь.

— Нарисуй сказку! — потребовала Висея, встряхивая золотистыми кудрями и забираясь на колени к Анеле. — Про Иридис Чёрную и Золотоволосую жрицу!

Алика, на два года старше малышки, тихо присела рядом и прижалась к боку Анелы, словно ища защиты. Карман на поясе зашевелился, и оттуда показалась серенькая мордочка. Анела едва удержалась, чтобы не отпрянуть от Флипи.

Стараясь не замечать выползшего на волю мышонка и унимая дрожь омерзения, Анела достала из кожаной сумочки на поясе тетрадь и карандаш, с которыми не расставалась. Даже на Посвящение прихватила их с собой. И начала рассказывать.

Эта история произошла давным-давно, когда Амбрания была ещё единой огромной страной, а не распалась на княжества. Правила страной королева Эленория — представительница древнего королевского рода Иридис. У неё было двое детей: сын-защитник и наследница Нория.

Нория была очень красивой. Лишь только кто взглянет на неё, так не мог отвести глаз и исполнял любое желание. И она выросла избалованной, своевольной и злой. Она никого не любила и требовала, чтобы всё было по ней.

Однажды во дворец приехал князь Чаврос — молодой красивый господин. С его красотой могли бы сравниться только его благородство и смелость. Один он не попал под очарование принцессы, и она решила, что Чаврос должен стать её мужем. Предложила ему в будущем стать соправителем. Но князь отверг предложение, сказав, что к власти не стремится и такая жена ему не нужна.

Нория пришла в ярость и поклялась, что он всё равно станет её. Чего бы ей это не стоило!

Услышала её Тьма и предложила силу, равной которой не будет в мире. Но всему есть своя цена. Она запросила жизнь её родных и души подданных — всех из рода иридис. И принцесса согласилась.

Под светом алой луны, в час власти Тьмы, Нория пролила кровь своих родных: матери и брата, кровь Иридис. В тот же миг её глаза и волосы стали темнее ночи, за спиной возникли чёрные крылья. И иридис Жизни вмиг превратилась в иридис Смерти. Она взмахнула крыльями, вспорхнула в небо и пронеслась по стране, сея за собой гибель и тьму.

Во дворце тогда находилась невеста принца — златоволосая Эйриния. Увидела она злодеяния Нории и решила остановить её. Обратилась за помощью к Солнечной Богине, и Создательница ответила. Она наделила девушку силой света — огненной стихией.

Эйриния, объединившись с князем Чавросом, выследила Норию и вызвала её на бой. После долгого, тяжёлого сражения Эйриния смогла одолеть принцессу, и иридис Смерти исчезла, королевский дом перестал существовать. Но Тьма плату свою должна была получить. Все женщины из родов иридис приобрели злую, сокрушительную силу, все тёмные стороны стихий. Они стали поклоняться Тьме. Их стали называть ведьмами.

Эйриния, видя это, отыскала девочек, избранных Богиней, и собрала в созданном Храме. В семнадцатый год жизни Богиня одаривала стихией и даром. И они уже могли сами, без защиты толстых стен храма, противостоять Тьме и ведьмам.

— Избранницы — это все мы. Послушницы и жрицы. Наш долг — защищать Амбранию от врагов и ведьм, помогать людям и почитать Богиню, — тихо закончила Анела, заключая в солнечный круг маленький схематичный рисунок Храма.

— А почему у тебя Эйриния убивает принца и королеву? — вдруг воскликнула Висея, тыча пальчиком в тетрадь.

Анела вздрогнула и перевела взгляд на предыдущие эскизы. На одном из них и вправду светленькая героиня занесла меч над фигуркой в короне.

— Ой, извини, — Анела быстро немного затемнила волосы и поправила фигуру.

Непонятно только, как она могла перепутать героинь. Они ведь совершенно разные. Да и легенду Анела рисовала ни раз и ни два.

— Анела, — раздался над головой голос.

Быстро подняла лицо — рядом стоял Китан. Она даже не заметила, как он подошёл.

— Да?

— Верховная жрица тебя зовёт.

Анела посмотрела на Матушку. Та о чём-то говорила с капитаном, изредка кидая взгляды на Анелу. Кажется, разговор был о ней.

— Да, конечно.

Анела отпустила малышку Висею и пошла к жрице.

— Значит так, Анела, — строго начала Матушка, когда Анела остановилась перед ней. Капитан отступил на шаг и, сложив на груди руки, испытывающе рассматривал Анелу. Он словно пытался что-то в ней разглядеть. — Ты должна увести отсюда послушниц.