Алена Малышева – Свет Зимидара (СИ) (страница 49)

Вдруг губы мужчины скривились в полуусмешке, незнакомец едва заметно кивнул девушке. После чего, так резко развернувшись, что полы плаща взметнулись, исчез из виду.

Принцесса встретилась взглядом с Лисом, на её личике мелькнула мольба, янтарные глазки начали закатываться. Рыж едва успел подбежать и подхватить потерявшую сознание девушку.

Аристократы непонимающе зашептались, раздался громкий голос Стива, успокаивающего господ, что танцовщице просто стало душно в зале. Лис не стал дослушивать, чего там наплетет пират, он, с тревогой не сводя взгляда с бледного личика девушки, понёс её в комнату.

Там к нему сразу же подбежали испуганные друзья. Лис, не обращая на них внимания, положил девушку в кресло и попросил принести воды. Все его действия происходили словно в тумане, он не понимал, что произошло и это пугало. Было только одно предположение: Света раскрыла так долго мучающую её тайну.

— Вот возьми, — раздался полный тревоги голос Алии. Нехотя отвернулся от такой необычно беззащитной и хрупкой принцессы и забрал протянутый лютнистой стакан с водой.

Но вода не понадобилась. Девушка шевельнулась и открыла глаза, с недоумением огляделась.

По комнате пронёсся хоровой вздох облегчения. С сердца Лиса словно упал камень, позволяя, наконец, свободно выдохнуть.

Света обвела виноватым взглядом друзей и слабо улыбнулась стражу. Подняла дрожащую руку и осторожно прикоснулась к его щеке, словно желая успокоить.

— Света, что с тобой было? — с тревогой спросил Рос, стоящий за спиной стража.

Света едва заметно пожала плечами.

— Я вспомнила, кто такой Змей! — чуть дрожащим голоском ответила она. — Рос, ты видел человека у входа в зал?

Царевич помотал головой. Конечно, откуда ему увидеть? Он, словно завороженный, не сводил взгляда с лютнисты.

— Это был дядя Зелибор, убийца папы. Змей!

****

За окном темно, луна спряталась за тучами, будет дождь. Благословение Матушки Зимы для всех, кроме него и таких же, как он. Предательство смывается лишь кровью. Остаётся покорно идти до конца по дороге лжи и бесчестья, никуда не сворачивая. Другого он не достоин…

Проклятие, что за малодушные мысли?! Он, первый магистр Зелибор, правая рука Высшего магистра, второй человек в организации, ему подвластны тысячи человек во всём мире. Он способен получить всё, что захочет, стоит лишь только пожелать. А тут какие-то сомнения. С чего бы это?

Да кого он обманывает? Всему виной янтарные глаза, поднявшие прошлое с глубины сознания. С них всё началось и, вероятно, закончится, так или иначе.

С царицей Зимидара они, два воина, познакомились одновременно и одновременно же влюбились. Два Ледяных Воина, два друга, Кот и Уж, и одна прекрасная девушка, наделённая Богиней властью. Им, двоим, Верховная жрица поручила защищать молодую царицу по дороге из Храма до столицы Зимидара. Три дня определили судьбу не только их троих, но и многих других.

До последнего Зелибор был уверен, Ростислава выберет его: красивого, умного, серьёзного парня, который сможет стать ей достойным мужем и царём. Но девушка предпочла вольного, легкомысленного Кота.

Зелибор надеялся, что он смирится, привыкнет. Но каждая встреча с влюблённой парой всё больше его от них отдаляла. Он впервые завидовал своему другу и что угодно бы отдал, только бы быть на месте Всеслава. Чтобы на него Ростислава смотрела влюблённым взглядом, чтобы дети его также обожали. Он всё чаще стал отправляться в другие страны, рисковать без меры. Но каждое возвращение увеличивало тьму в груди и это, в конце концов, привело к ошибке.

Если бы он тогда не напился, глуша свою ревность, разъедавшую душу, если бы девушка не походила на Ростиславу, если бы… Как их много.

Надругаться над незнакомой девушкой не дал её жених-крестьянин. Зелибор взъярился и выхватил меч. Он бы убил парня, но появился Всеслав, с которым договорились встретиться. Царь попытался остановить друга, но в пьяном угаре Зелибор этого не понял. И поднял меч на друга, впервые не во время тренировки, а чтобы убить. Всеслав смог ускользнуть от удара, Зелибора занесло. Кот успел перехватить меч. Что-то Всеслав кричал, уговаривал успокоиться, но Зелибор был невменяем. Он так и не понял, как это случилось, но его же собственный меч прочертил острием черту на его же щеке. Черту, оборвавшую и ту тонкую нить, что ещё связывала друзей. Зелибор тогда ушёл.

Несколько месяцев он бродил по странам, напиваясь в каждом кабаке, пока не забрёл в Междуречье. Там к его столу подсел Высший магистр, как сейчас Зелибор понимает, совсем не случайно. За ним давно следили. Разговор с магистром привел мысли в порядок. Он понял, что Всеслав специально обезобразил его, чтобы устранить соперника, что это Кот предал его. А тут ещё магистр предложил новообращённому последователю Емзея возможность получить самое желаемое. И для этого нужно было сделать самую малость: устранить небольшое препятствие — предателя.

Зелибор вернулся в Зимидар и, не сомневаясь ни капли, убил бывшего друга. Смог избежать подозрения, даже стал героем, который спас малышку Светика от убийцы. Кажется всё, ещё немного и он добьётся, чего хотел, но эта девчонка всё испортила. Даже ничего не помня, она, которая до этого обожала своего дядюшку Зела, стала его бояться. При каждом приближении, при звуке его голоса впадала в истерику. Он объяснял это всем тем, что девочка боится его из-за шрама, и все поверили. Но это не помогло. Ростислава, которая и сама избегала намёков на новое замужество, на то, что Зимидару нужен царь, попросила уехать. Это нарушало все планы емзейцев, им нужно было царство. Магистр предложил силой заставить царицу дать согласие.

Зелибор не смог себя заставить. Янтарные глаза, в глубине которых притаилась боль, не давали поступить так. Смешно, убить своего лучшего друга рука не дрогнула, а вот навредить женщине, которую любил, совесть не позволила. Тогда она ещё у него была. Он первый и последний раз отказался выполнять приказ, поклялся, что полностью посвятит себя служению Емзею, чтобы только никакого покушения на жизнь Ростиславы ни сейчас, ни потом.

Каким наивным дураком он был. Нужно было следовать приказу, нужно было не обращать внимания на янтарные глаза, убить девчонку, воспользоваться болью царицы, жениться на ней.

Теперь он отлично это понимал. Если бы не та слабость, то под властью емзейцев сейчас были бы и Зимидар, и Озар с Предгарьем. И тогда хватило бы крови и жизненной силы для открытия прохода для бога. Пусть новообращённые верят, что помогают возвращению Творца, Зелибор-то знает, что это не так. Емзей сильнее, могущественнее и сможет противостоять этим лицемерным богам, которые кроме того, чтобы читать нравоучения, ни на чего больше не способны. И этот мир, в конце концов, провалится во тьму, куда ему и дорога. Зелибору, в отличие от многих из магистров, власть не нужна, обрести покой — вот его цель. А его ему теперь может дать только Емзей.

Ну что ж, всё, что мешает, должно быть уничтожено. А девчонка уже дважды нарушала его планы, пора это прекращать. Пусть послужит на благо Емзея…

Глава 12

Закат разукрашивал кабинет царя Зимидара в нежно-розовые цвета. Папы ещё не было. Но Светик всё равно вошла. Пусть его сейчас нет, но скоро должен прийти. Он всегда просматривал по вечерам какие-то бумаги, а потом рассказывал им, троим своим детям, сказки и истории. Светик займёт самое лучшее место: у папы на коленях. А братики пусть сидят на полу.

Раз она пришла первая, то можно поиграть в прятки. Она сейчас спрячется, а папа, который поймёт, что его дочка где-то в кабинете (он всегда как-то об этом узнавал) будет её искать.

Светик огляделась. За шкафом с тяжёлыми книгами она уже пряталась, под большим столом тоже, её взгляд скользнул по окну, и она радостно улыбнулась. Подбежала к нему и затаилась за тяжёлой шторой.

Из-за двери донеслись голоса, открылась дверь, раздались папины тихие шаги. Светик могла их узнать из тысячи, сколько раз она уже так, затаившись, прислушивалась к ним.

Скрипнуло кресло, раздалось шебуршание бумаг. Сидеть становилось скучно, но папа говорил, что если она выскользнет раньше времени, значит проиграла. А Светик проигрывать не любила.

— Так-так, кто это в мой кабинет забрался?

Светик прикрыла ладошками рот, удерживая вырывающийся смех. В добродушном голосе папы звучали такие знакомые любимые смешинки.

— Вот я сейчас найду этого маленького взломщика.

Скрипнуло кресло, раздались шаги.

— Так, и где же он может быть? — Светик затаилась, крепко зажимая рот, смех словно специально хотел её выдать. — Может под столом? Нет. И за шкафом тоже. А может…

Открылась дверь кабинета, и кто-то вошёл.

— Зелибор? — удивился папа. Дядюшка Зел?! Как же долго его не было. Интересно, какие подарки привёз? — Ты что здесь делаешь? — от появившихся сердитых незнакомых ноток в голосе папы Светик, собирающаяся выбежать из убежища и радостно поприветствовать дядюшку, испуганно замерла.

— Вижу, ты мне не рад, Всеслав. С чего бы это? — со странными шипящими нотками произнёс дядя.

— Ты знаешь!

— О-да, напоминание каждый день вижу в зеркале. Напоминание о предательстве друга. И из-за кого? Какого-то крестьянина?

— Ты его чуть не убил! Я сохранил тебе жизнь, честь, от тебя попросил одно: держаться подальше от Зимидара!