Алена Егорова – Убийство по графику (страница 7)

«Счастье! Кто-то выходит из квартиры, теперь он точно не осмелится меня преследовать!»

И Надя буквально влетела в подъезд. Она проскочила мимо электрощитового шкафчика подъезда, рванула на себя вторую дверь и уже поставила ногу на первую ступень лестницы, когда яркий свет ударил ей в глаза. Надя чуть не заплакала, она поняла: «Это мама, моя мамочка, вышла меня встречать, моя любимая мама». Сразу пришло успокоение, она спокойно поднялась по лестнице и зашла домой. Она раздевалась и спрашивала мать:

— Мам, ну почему ты не выглянула в окно? Я такого натерпелась, я так перепугалась.

— Милая, да я фонарик положила куда-то и не запомнила, искала. Пока искала, не успела в окно выглянуть.

Мама почему-то внимательно и хмуро смотрела на дочь.

— Почему ты на меня так смотришь? Что-то не так?

— Милая, ты ничего не заметила? — беспокойно спросила она.

— Нет. Что такое?

— Когда я посветила фонариком, за твоей спиной стоял мужчина. Он быстро от света опустил вниз лицо. Чтобы, видимо, я его не рассмотрела, и скользнул в темноту, под лестницу.

По спине Нади пробежал холодный пот, крупными каплями стекая по позвоночнику, её резко затошнило, желудок свернулся в тугой ком.

— Этого не может быть. Не может! Слишком быстро. Так никак не могло получиться!

У Нади заработала мысль: «Так, на дверях пружины… мужик на углу дома… я слышала хлопок закрывающейся за мной двери, буквально через пару секунд!! Я не слышала шагов!! Господи… не мог так быстро… не мог… так тихо… так быстро… как… кошка!» — резануло мозг. Тут она вспомнила свой ночной кошмар. На нее навалилась слабость. Она медленно, еле волоча ватные ноги, добралась до своей кровати. Какая-то тяжесть упала на все тело. И Надя провалилась куда-то в темноту. Она резко уснула. Мать, глядя на ее реакцию, сняла трубку телефона и позвонила в милицию.

Посиделки затянулись. В семейном кругу так было хорошо, что не хотелось расставаться. Родители предложили молодым заночевать, но те твердо решили скоро выехать домой. У Сергея зазвонил мобильный. За столом разговоры прекратились. Родные с Машей притихли. Сергей слушал и становился мрачнее и мрачнее.

— Да. Я понял, сейчас буду. Адрес, фамилия потерпевшей. Какой-какой?! — на его лице сначала появилось удивление, потом шок. Но он быстро взял себя в руки.

— Срочно нужно ехать. Маш, собирайся быстро.

Мария встала. Но Антонина Ивановна остановила ее.

— Сына, ты поезжай, а за Машу, не переживай, мы сами отвезем ее.

— Хорошо, спасибо.

Сергей быстро оделся и вышел из квартиры.

Когда он подъехал по адресу, машина оперативной группы стояла уже у подъезда. Он спустился в подвал. Ребята поздоровались. Поздоровалась и представитель ЖЭКа.

— Арсений, почему тут осматриваете? — спросил Сергей.

— Мама потерпевшей рассказала, что, после того как она позвонила в милицию, какое-то время она слышала грохот в подвале, как будто ломают что-то, такой шум стоял. А так как преследовавший спрятался под лестницей, когда мать вышла встречать свою дочь, видимо, он спустился сюда и дал выход эмоциям, громил тут все. Бесился, наверно, урод, что ему девчонка не досталась. Злость нужно куда-то выместить? Вот мы и решили, может, найдем что-нибудь. Может, этот гад ниточку какую к себе оставил.

— Что потерпевшая?

— Очухалась, Пашка показания у нее берет. Завтра в отдел ее. Фоторобот составим.

— Нет, сегодня, — решительно отрезал Сергей.

— Не поедет.

— Поедет, обязательно, договорюсь. Это подруга моей жены.

Арсений присвистнул. Сергей обратился к экспертам:

— Иннокентий Павлович, ну что? Есть новости?

— Нет пока, Сереж, он точно заведомо готовился, в перчатках работал. Мы ищем, ищем. Каждый сантиметр проверим. Не мог же он совсем не наследить.

— Да, вы правы. Когда-то и он должен оступиться.

— Оступился то он уже давно, — по-философски заметил Павлович.

— Давайте, родные, давайте. Нам важно определить, Оборотень это или очередной псих. Первый раз живой свидетель. Мы не должны такую возможность упустить.

Сергей повернулся к представителю ЖЭКа:

— Дверь подвала была закрыта? — строго спросил он. — Только не врите, это очень важно для следствия.

Тетка вся затряслась, плача, напуганно проговорила:

— Закрыта, закрыта точно. Вот те крест. Все двери обязательно закрываются. Если что не так, жильцы нам сообщают о взломе, мы сразу, сразу же, — тараторила она так, будто сама себя пыталась в этом же убедить, — сразу чиним дверь и закрываем на замок. Что мне теперь будет? — чуть не плача, охала она.

— Да вам за что? — удивился Сергей. — Если все как положено, то ничего.

— Ребята, — обратился Сергей к экспертам, — ну дайте женщине успокоительного. Человек весь на нервах, белая как полотно стоит. Замок тоже на экспертизу заберите. А вы, — он обратился снова к женщине с ЖЭКа, — успокойтесь, подождите, пока ребята закончат, составите акт, закроете подвал, и свободны. Да, пока тут не прибирайте. Пусть будет пока так, как есть. Вдруг нам понадобиться еще вернуться. Ваших работников предупредите, чтобы сюда пока не ходили, а то лишнего наследят. Мы скажем вам, когда этот подвал нам уже не нужен будет.

Женщина быстро закивала головой.

— Арсений, я наверх, к потерпевшей.

— Хорошо.

Сергей вошел в квартиру, поздоровался с мамой Нади, та пригласила его на кухню. Заплаканная Надя увидела Сергея.

— Сережа, — крикнула она и подалась к нему навстречу, обняла его и зарыдала. — Меня… он… я… — плача, Надя не могла начать говорить.

— Тихо-тихо, Нюш, успокойся.

Но она не могла остановиться.

— Тихо! — прикрикнул он. — Ну-ка, возьми себя в руки, родная, ты нам нужна.

Мама Нади подала дочери очередной стакан воды с валерианой. Надя выпила, села на стул, чуть всхлипывая. Глядя на Сергея красными опухшими глазами от слез, она слушала его.

— Милая, ты сейчас успокоишься, просто попытайся сначала ровно дышать. Дыши.

Надя пыталась выровнять свое дыхание. Сергей подбадривал, она кивала в такт дыханию, старалась контролировать себя и спокойно дышать.

— Успокоилась? — спросил Сергей.

— Вроде да.

— Точно? Мы можем сейчас с тобой поговорить?

Надя положительно кивнула в ответ.

— Сейчас мы с тобой посидим, ты мне расскажешь весь свой день, до мелочей и желательно по часам, до того момента, хорошо?

Надя, видимо, снова вспомнила недавнее событие и всхлипнула.

— Нюша, Нюша, — строго сказал Сергей, — держись, нам надо поговорить.

Надя принялась выравнивать свое дыхание, пытаясь остановить свою вновь нарастающую истерику. Мама Нади захлопотала, налила чаю. Сергей отказался, но она настояла.

— Так надо, для душевности, — тихо сказала она.

Надя отхлебнула несколько раз горячего, душистого чая и вроде стала приходить в эмоциональную стабильность.

— Ну, что, поговорим? — спросил Сергей, она кивнула. — Рассказывай Нюш.

И Нюша начала. Рассказывала все. От утренней прогулки с Машей, вечеринки в клубе и про свой страшный сон. Сергей не перебивал, дал ей выговориться полностью и иногда что-то писал в свой блокнот. Когда Надя закончила свой рассказ, он сказал:

— Надюш, ты должна с нами поехать. Помочь нам. Нужно составить фоторобот преследователя.

— Может, завтра? — возразила её мать.

— Чем быстрее, тем лучше. Мы её сами доставим домой, не переживайте.