Алена Бородина – Твоя по завещанию (страница 35)
— Да. Судя по всему, врачам удалось купировать твою память.
— Ага. Ровно до сегодняшней ночи.
Руслан неопределённо пожал плечами.
— И где теперь она? Ты знаешь?
В ответ он отрицательно помотал головой.
— Она сбежала и из той клиники. А через несколько лет ее вроде как нашли мертвой на обочине какой-то трассы. По крайней мере, так рассказывал твой дед.
Я скривилась.
Пренебрежение. Брезгливость.
«Собаке-собачья смерть». Я больно прикусила язык, чтобы эти слова случайно не сорвались с губ.
Ни капельки сожаления о судьбе матери. Ничего. Лишь тошнотворный осадок от внезапно накатившего прошлого. Паршиво, будто в душу наплевали. Видимо, врачи хреново постарались с гипнозом, раз спустя время я все вспомнила.
На улице была темнота, стрелки часов стремились к полуночи. За окном завывал ветер. Что же, зато теперь стала ясна причина моего страха темноты. Вот тебе и прямая отсылочка в детство… Видимо, именно этот триггер и послужил толчком к воспоминаниям...
— Ты как?
На плечо легла ладонь Руслана, а я настолько была увлечена своими заунывными раздумьями, что даже не заметила, как он приблизился.
Я вздрогнула. Попыталась улыбнутся.
— Нормально.
Он сел рядом.
— Я тебя разбудила?
— Нет.
— Ты не спал?
— Нет. Я не спал.
— Не хочется или свет мешает?
— Ты чего такая дотошная? — ухмыльнулся он.
— Просто пытаюсь отвлечься на тупые разговоры. Мне теперь точно глаз не сомкнуть.
— Тяжело?
Я кивнула, опуская голову.
— Многое бы отдала, чтобы заново все забыть. Без осознания того, что твоя мать наркоманка жилось как-то легче.
— Мне жаль.
— И мне.
Непроизвольно из глаз сорвались слёзы. Горькие. Обжигающие. В груди клокотала жгучая обида на родительницу. Всеобъемлющая. Раздирающая.
Руслан чуть приподнял мое лицо за подбородок, ловко размазывая соленые ручейки пальцами.
— Оно того не стоит. Оставь прошлое в прошлом. Ты ничего не изменишь, сколько не переживай.
Его слова были искренними, касались души. Боже, и кто бы мог подумать, что его поддержка будет так нужна сейчас. Захваченная эмоциями, я обняла Руслана, уткнувшись носом в его шею, вдыхая аромат парфюма, который так чертовски гармонировал с запахом его кожи. Чуть помедлив, нерешительно, он положил свои руки на мою спину, крепче прижимая к себе.
— Поспи со мной сегодня, — пробормотала я. — Не уходи, пожалуйста. Я не хочу быть одна.
При других обстоятельствах я бы никогда в жизни не сказала подобного, но сейчас, когда я была подавлена и эмоционально растоптана, такое предложение являлось совершенно невинным и обыденным.
— Ложись, — выпуская меня из объятий и кивая на подушку, произнёс дядя.
Я послушно растянулась на кровати, поворачиваясь лицом к стене. Руслан лёг позади меня, обнимая за плечи.
Все лишние мысли улетучились. Чистый лист. Пустота. С ним надежно и ничто не тревожит. В мгновение ока я уснула.
Открыв глаза, я столкнулась взглядом с Русланом. Темным. Хитрым. Изучающим.
Мои левые нога и рука покоились на его торсе, голова удобно устроилась на плече. Со стороны мы больше походили на ночующих вместе любовников, а вовсе не на дядю с племянницей. От такой близости я смутилась, поспешила отодвинуться.
— Выспалась? — мягким баритоном проговорил он.
— Да. Вполне. Спасибо.
Я села, машинально прихорашиваясь, поправляя волосы.
— Давно проснулся? — как бы между делом поинтересовалась я.
— Наверное, с полчаса назад.
Я соскользнула с кровати. Ноги тут же обдало холодом от пола.
Ужас какой. Он полчаса меня рассматривал?
— Извини, что развалилась на тебе. Ты бы разбудил...
— Зачем? Ты так сладко спала. Кстати, во сне ты намного дружелюбнее, чем в жизни. Такая милая, беззащитная, слюни пускаешь… — поднимаясь следом за мной, ответил он.
Прикалывается или я реально слюни пускала? На автомате я вытерла рот рукой.
— Пойдём умываться и завтракать, — хохотнул он, двигаясь в сторону кухни.
Я поспешила за ним, только не завтракать, а в ванну. После сна не помещало бы немного привести себя в порядок.
Потягивая пережженный и горький кофе из несуразной толстой чашки, я размышляла обо всем, что недавно со мной произошло и понимала, что шансы на дальнейшую беспечную размеренную жизнь стремятся к нулю. Смерть отца, покушение на мою жизнь, «воскресшая» и вновь погибшая мать… Гадости концентрировались вокруг меня, как в каком-то дерьмовом фильме. Сколько я ещё пробуду в этом доме? Что будет с моей учебой? Увижу ли я подруг? Вернусь ли вообще домой?
Неизвестность угнетала.
— Есть какие-то новости от Махова? — в надежде спросила я.
Молчание. Затем отрицательный ответ.
А чего я ожидала? С чего я вообще взяла, что вся эта фигня быстро разрешится?
— Как ты себя чувствуешь? — серьезно спросил Руслан, допивая остатки коричневой жижи. Его бодрый и радостный утренний настрой похоже сейчас сошёл на нет.
— Нормально.
— Мне жаль, что тебе пришлось это пережить.
Я кивнула.
— Если что я всегда готов выслушать, поговорить. Можешь рассчитывать на мою поддержку, — дядя мягко уложил свою ладонь на мою руку, бережно укрывая ее.
Тысячи мелких иголочек нервными импульсами рванули по всему телу. Его касания были словно отрезвляющий ледяной душ. Я вздрогнула. Судя по взгляду Руслана он почувствовал тоже самое.
Дядя отвёл взгляд в сторону, убрал руку.
На меня накатили воспоминания о наших поцелуях. Яркие и такие запретные одновременно. Дядя смотрел в сторону, избегая контакта глаза в глаза. Таращился в окно, словно мёртвый ноябрьский пейзаж доставлялся хоть какое-то эстетическое удовольствие.
Я поднялась, в пару шагов оказываясь рядом. Он, наконец, обратил на меня внимание, глядя снизу вверх.