Алена Бородина – Твоя по завещанию (страница 30)

— Тебе нельзя здесь оставаться. Рискованно.

От таких заявлений я растерянно захлопала глазами.

— Я отвезу тебя в безопасное место, где ты поживешь какое-то время.

— Хочешь сказать, мне опасно в моем доме?

— Да.

— Бред, — фыркнула я, зарываясь носом в одеяло. — Если ты из-за Громова так кипишуешь, то я с ним больше встречаться не намерена, так что не парься.

Я потянулась. Хотя мое состояние было все таким же паршивым, головная боль, медленно, но верно начала отступать. Видимо, таблетки стали действовать.

— Вставай, — застегивая сумку на молнию, требовательно проговорил он.

— Нет. Мне плохо. И я никуда не поеду.

Руслан в пару секунд сократил расстояние между нами. Я подняла на него глаза.

Сосредоточенный. Злющий.

Видно было, что он держится из последних сил, чтобы не стащить меня с кровати силой.

— Отстань. Не будь занудой, — равнодушно парировала я, демонстративно отворачиваясь.

— Машина нашего водителя, в которой ты должна была сегодня ехать на учебу, попала в аварию.

Я вновь посмотрела на дядю.

Нервничает, но пытается совладать с собой. С чего бы?

— С Егором Матвеевичем все в порядке? — справилась я о здоровье водителя.

— К счастью, да. Он пострадал. Находится в больнице, но жить будет. Повезло. Скорость, с которой он ехал, была маленькой.

— У машины внезапно отказали тормоза, — добавил дядя.

Он словно разыскивал понимания на моем лице, но я упорно не догоняла, как связан мой внезапный отъезд неизвестно куда и поломка тачки.

— Скорее всего, это не случайность, Кристин. Были перерезаны тормозные шланги.

Сквозь мутную пелену сознания до меня медленно доходили его слова.

— То есть, аварию кто-то подстроил?

— Именно.

— Но зачем кому-то желать зла нашему водителю?

— Водителю? — всего на мгновение лицо Руслана озарила грустная улыбка.

— Ну… Да… А кому ещё?

— Тебе, например.

— Мне? — я ткнула себя в грудь. По спине прошёлся липкий холодок. — Да кому я сдалась?

Дядя вздохнул, присаживаясь на край постели.

— Ты богатая наследница своего отца.

— Ты хочешь сказать, что меня убрать хотят из-за денег папы? — я была удивлена и возмущена одновременно. — И кому это надо?

— Вероятно, тому же, кто подстроил убийство Германа.

Неприятная волна страха опутала меня мелкими мурашками. Самые ужасные догадки невольно поползли в голову.

— Моя смерть может быть только в интересах наследника. Получается, это либо Ритка, либо… Ты…

Последнее я произнесла с опаской, механически отодвигаясь от Руслана. Он вновь одарил меня печальной улыбкой. Устало вздохнул.

— Причастность Маргариты сейчас проверяют. Что же касается меня… — он намеренно медлил, изучая меня своими темными глазами.

Я напряглась. Делая ещё одно неловкое движение, отстраняясь от дяди. Могу ли я ему верить?

— Ты совсем не читала завещание, да? — тихо, чуть хрипловато спросил он.

Я отрицательно кивнула.

— Я твой опекун, Кристин. Моя цель — оберегать тебя аж до двадцати семи лет. Подтирать тебе сопли, носиться, как курица с яйцом… Только в случае моего успешного исполнения этого условия я стану полноправным владельцем «Хэви Индастрис». То есть, даже при самом лучшем раскладе, на другое наследство Германа я претендовать не могу. И вопрос. Как думаешь, твоя смерть в моих интересах? Ведь если тебя не станет, получается я, как твой попечитель, с треском провалю свою миссию, — он звучал устало, отстранённо. Было видно, что мои подозрения его задевают и оправдываться ему неприятно.

Я примолкла. Зарождающийся страх сменило облегчение, затем пришло чувство вины. На языке крутилось извинение за подозрения, но озвучить его я не смогла.

— Не переживай. Махов знает, что я хочу тебя увезти и знает, куда мы направляемся. Собственно, именно он посоветовал спрятать тебя во избежание дальнейших покушений на твою жизнь, — добавил Руслан, окончательно развевая все опасения.

— А как же учеба? Универ? — спросила я, хотя на самом деле это волновало меня сейчас меньше всего.

— Решим. Собирайся. Уедем пока никого из обслуги нет дома.

— И надолго мы?

Дядя неопределённо пожал плечами.

— Даже Жанне не сообщим ничего?

— Никому.

Руслан поднялся на ноги, подошёл к моей сумке, поднял ее с пола.

— Мобильник свой оставишь дома, — сказав это, он сграбастал мой телефон, лежавший на подушке.

— Но! Как? Стой! Отдай! — запричитала я, пытаясь вырвать гаджет из его рук.

Строгий «родственник» был непреклонен. Молча сунув мобильник в карман он вышел из моей комнаты, напомнив, что через пять минут ждёт меня на улице.

Глава 17

Мы ехали долго. На заднем сидении машины меня укачало и я уснула. Когда открыла глаза, автомобиль все так же мчал по припорошенной снегом трассе, прямиком за горизонт.

Руслан был хмур и сосредоточен. Его руки мастерски управлялись с рулём, скользя на редких поворотах то влево, то вправо. Строгий взгляд устремлён вперёд.

Я подавила зевок, потёрла глаза. Голова прошла, тошнотворные позывы тоже. Осталась только слабость во всем теле и ужасная сонливость.

— Долго нам ещё добираться?

— Нет, — коротко отрезал дядя, не вдаваясь в подробности.

— Сколько?

— Минут семь.

Я выглянула в окно. Загород. Абсолютно незнакомая местность. Редкие поселения переодически сменяют лысые деревья, качающие корявыми ветвями. Жутковато бедные пейзажи совсем не внушали оптимизма…

— Где мы вообще?

— Там, где тебя точно не станут искать, — вновь ответил уклончиво Руслан.

На ближайшем перекрёстке машина свернула, ныряя на узкую просёлочную дорогу. Нас встретили неприглядные деревянные домики, многие из них покосились от старости, у большинства были заколочены окна. Длинная улица была безлюдной. Ни одной живой души вокруг, лишь вдалеке бегала чёрная дворняга, вынюхивая что-то в засохших кустах жасмина.