Ален Пюиссегюр – Иномирье просыпается (страница 4)
Брайна уже хрустела вовсю, не слушая предостережений.
– А это что за лапчатая штуковина? – спросила она с набитым ртом.
– Это торбоход. Несёт мои вещи.
Механиматика – его страсть. Он гордился собственным изобретением. Конечно, пришлось немало повозиться, пригодились и техническая смекалка, и ловкость лап. Правда, он раз десять менял чертёж и оживил его не без помощи одного из старших братьев.
Большинство котов и кошек применяли к багажу заклинание левитации, и он следовал за ними по воздуху. Брайна – не исключение. Старый проверенный способ, ничего нового. Торбоход нравился Ковену куда больше. Необычный, забавный, на него все обращали внимание.
– Какой славный! Милашка!
Торбоход смущённо переминался с лапки на лапку. Похвала ему явно польстила. И у Ковена нежно замурлыкало сердце.
– Я УМИРАЛА С ГОЛОДУ! – выпалила Брайна, съев половину пирога. – Собираясь в Каслкотц, я, само собой, взяла кое-что перекусить, думала, мне хватит до самого замка, но… Всё слопала за первый же час пути. Идти пешком так утомительно!
Ковен подпрыгнул от радости.
– Ты тоже хочешь учиться в замке Каслкотц? – пролепетал он в восторге.
– Ме-аю, и-у-я-ть, ал-хи-ию…
– Что, прости?
Неимоверным усилием кошечка проглотила целиком гигантский кусок пирога, мешавший ей говорить. Ковен даже испугался, что она задохнётся.
– Мечтаю изучать алхимию. Чтобы стать самым лучшим поваром на свете!
– Ну а ты? – спросила Брайна, запихнув в рот остатки пирога.
– Мечтаю стать Котом-магом.
Кошечка оглядела его с головы до ног, облизнулась и громко рыгнула. Даже испуганный воробушек вылетел из гнезда и отчаянно забил крыльями.
– Прекрасный выбор! Молодчина! – ничуть не смутившись, довольная собой, одобрила Брайна.
Такого Ковену сроду никто не говорил! Эти простые слова одобрения потрясли его до глубины души.
– Что, если мы пойдём в замок вместе? – робко предложил он. – Не возражаешь?
– Не возражаю, но при одном условии…
И ведь она поступила бы разумно, убедившись, что новый попутчик не спасует и защитит её, если кто-то на них нападёт. Но Брайна думала совсем о другом. Она с жадностью принюхалась к торбоходу и снова облизнулась.
– При условии, что у тебя в запасе достаточно еды. Иначе я упаду в обморок от недоедания, и тебе придётся тащить меня на спине.
Ковен с облегчением выдохнул и рассмеялся.
Глава 3
Портал в Аллозе
Вскоре выяснилось, что Брайна не только невероятно прожорлива, но и ужасно болтлива.
– …Вот я и подумала: «Такого позора мне не пережить!» – торжественно произнесла она и подпрыгнула.
Уже битый час она рассказывала Ковену о своей мнимой неудаче: дерзкой идее покрыть пирог с тунцом глазурью из белого шоколада.
– Ну почему, почему я боялась, что белый шоколад и тунец не сочетаются?!
Но вслух своих мнений больше не высказывал. Один-единственный раз кот прервал поток её красноречия и неосторожно признался, что всегда терпеть не мог чёрный корень, козелец. Брайна смерила его таким негодующим взглядом, будто он оскорбил всех её родственников, начиная с отдалённейших предков. И потом всё никак не могла успокоиться.
За время их совместного пути о ней самой Ковен узнал не так уж много. Да, он угадал верно, она ангорской породы, той ветви, что издавна жила на западе Квентрии. Но на расспросы о родителях и братьях-сёстрах кошка давала уклончивые ответы. Заметив, что облачко грусти омрачило усы новой знакомой, Ковен отступил.
Им обоим недавно исполнилось тринадцать. Ничего удивительного: именно в этом возрасте соискателей допускали к вступительным испытаниям в замке Каслкотц. Совершенствуя веками практику магии и волшебства, коты и кошки значительно увеличили срок своей жизни. Некоторые доживали до ста лет, а то и дольше!
– А поесть правда больше нечего? – в третий раз жалобно спросила Брайна.
Ковен снова заглянул в торбоход. Счастливый малыш, избавившись от тяжёлой ноши, радостно подпрыгивал на ходу. Кошечка уничтожила всё припасы. Не осталось ни крошки.
– Повторяю: ты всё слопала!
– Просто ты мало взял с собой.
Перед ними был спуск в лощину, вдали синела морская гладь.
– Гляди! Мы пришли в Аллоз! – возликовала Брайна.
Внизу расстилался огромный портовый город. Извилистые улочки, огибая каменные дома, сбегали к широкой набережной. Гавань походила на муравейник: здесь непрерывно разгружали прибывшие суда и нагружали отплывающие. Корабли всех видов и размеров – крутобокие, узкие, причудливо украшенные – поражали воображение. Разноцветные паруса полоскались на ветру и отражались в воде. На центральной площади возвышалось нечто вроде скрюченной колокольни со множеством куполов. На самом деле это была стоянка для неторопливо бороздивших небеса летучих кораблей, столь же многочисленных и пёстрых, как плавучие.
Из века в век в Аллозе, точке пересечения моря, земли и неба, кипела торговля. Каждый день разыгрывался красочный пышный спектакль.
Брайна и Ковен пришли сюда ранним утром и всё равно застали столпотворение у ворот. Рынок уже открылся. Только в Аллозе можно всегда найти самые лучшие, самые редкие и изысканные товары. По всеобщему мнению, если вы не обнаружили чего-либо здесь в магазинах и лавках, то этого просто в природе не существует. В город съезжались коты всех пород и мастей со всего континента. Кричали зазывалы, кто-то ссорился, спорил, торговался – повсюду стоял неумолчный шум и гам.
– Обожаю Аллоз! – восторженно воскликнула Брайна.
– Ты уже здесь бывала? – удивился Ковен.
Ангорская кошечка, насколько он понимал, родилась довольно далеко отсюда.
– Ещё бы! И не раз! Всегда готова пуститься в путь и разузнать побольше новых рецептов. А ты хорошо знаешь город?
– Не очень. Мы с мамой дважды привозили сюда котовник на продажу.
Вообще-то он редко выбирался из дома с родительской фермы. Так что отправился в замок Каслкотц с трепетом, будто в кругосветное путешествие, самое важное в жизни.
– Поверь, Аллоз тебя покорит!
Они с трудом пробирались в толпе. Торговцы ещё не закончили раскладывать снедь, а лакомки и любопытные уже облепили прилавки. Лавочник обсыпал льдом свежий утренний улов: розоватые, серебристые, тёмные, золотые рыбины всех оттенков, маленькие и большие карпы, щуки, окуни, скумбрия, камбала. Разглядывая горки помидоров на лотке огородника, Ковен поразился, насколько яркими и блестящими они были!
В животе у него заурчало.
– Ага! – обрадовалась Брайна, навострив ушки. – Наконец-то и ты проголодался, да? Аллоз ты знаешь плохо, так что следуй за мной, и я отведу тебя к лучшему кондитеру в городе!
Ковен хотел было возразить, что они и так опаздывают в замок, но вместо этого послушно побежал вслед за кошечкой, которая умело лавировала между прилавков, мешков и корзин на большой скорости.
– Сам убедишься! Он печёт самые вкусные на свете сладкие пироги!
Ковен подозревал, что Брайна, как всегда, преувеличивала, однако живот верил обещанному и при слове «пирог» заурчал громче.
Их встретили горы пирожных, круассанов, лоснящихся булочек, покрытых глазурью, кремом и цукатами. Ароматы ванили, цедры, кардамона благоухали на всю округу. Ковен почувствовал, будто кто-то гложет его прямо изнутри.
Два десятка котов ожидали своей очереди.
Заметив, что друг раздосадован, Брайна подошла к нему, в её зеленых глазах заплясали озорные искорки.
– Доверься мне!
С самым невинным видом она миновала очередь и обратилась к седоватому изящному оцелоту-кондитеру, который один ловко управлялся с печами, блендерами и прочей кухонной техникой за спиной у взмыленного продавца.
– Эй, Бриар, старый хрыч, хапуга! Всё ещё борешься с тараканами?