Ален Пюиссегюр – Иномирье просыпается (страница 25)
– А где охота на чудовищ? – удивилась Дареза.
Юные коты как раз сидели на уроке магии и колдовства, а Мирра уточнила, какие их ожидают дисциплины.
– Не всё сразу, юная слушательница! Не стоит спешить. Идёт первая четверть первого года обучения.
Лесная кошка только вздохнула.
Занятия были в основном не теоретические, а практические, поэтому походили на испытания, особенно те, что приобщали к магии и колдовству. Мирра их не обманула: колдовство требовало очень много сил. Им следовало стать сильней и крепче. Беда в том, что они не знали, как это сделать.
Несколько часов свободного времени коты и кошки тратили на дополнительное чтение и тренировку в начертании рун. Некоторые зубрили законы механики или просто-напросто спали. Дневной сон, необходимый всем уважающим себя кошкам, не включили в расписание. И его отсутствие сказывалось. В сумерках школяры беспрестанно зевали. Многие буквально падали от усталости и ложились спать сразу после ужина. Закалённых подмастерьев сонливость младших крайне веселила, хотя они и сами когда-то точно так же зевали и засыпали на лекциях.
Несмотря на требовательность наставников, Ковену и его друзьям нравилась жизнь в замке. Кот-туполап понемногу привыкал к когтям-протезам. Поначалу его смущали любопытные взгляды, иной раз даже неодобрительные, однако воодушевление и радость друзей его поддерживали.
Впервые в жизни он был не одинок, рядом были друзья, защита и помощь.
Брайну по-прежнему мутило после порталов. В конце концов по настоянию друзей она обратилась за помощью к Косу, главному целителю замка. И никому не позволила сопровождать её. Сирения, Лексиос и Ковен встретились с ней через час. Врач снабдил её массой флаконов с микстурой, помогающей от приступов тошноты.
Само собой разумеется, слухи о страшном гарвафе постоянно витали в замке. Разговоры о нём не смолкали. Напротив, они слышались всё чаще. Множество необъяснимых происшествий постоянно подпитывали всеобщую тревогу. Например, всё новые и новые пропажи. То один, то другой кот жаловался, что у него что-то украли. А потом произошло нечто совсем небывалое: о гарвафе заговорили автоматоны! Один из них объявил, что видел «эту тварь» в коридоре, и все они мгновенно включили режим сплетен. Пришлось Эркенбальде вмешаться и отрегулировать их как следует, чтобы прекратить всеобщую панику.
Неожиданно нагрянули холода. Деревья охапками сбрасывали листья. В замке во всех каминах ярко пылал огонь. Cтаринное здание всеми силами старалось не выпустить из своих стен тёплое лето. Во всех коридорах появились жаровни – небольшие ящички на четырёх ножках, в которых пламенели угли в окружении камней, предохранявших от пожара. Коты и кошки, проходя возле жаровни, останавливались и распушали шерсть, прогоняя застрявший в шубке холод.
Ещё по замку бродили печки-самоходки. Их неуверенное ковылянье вызывало у каждого опасение: ещё шаг, и самоходка упадёт – двигались они со скоростью улиток, а то и вовсе останавливались и замирали. Зато молодые автопечки, те, что были сделаны позже, двигались с невероятной скоростью, так что школярам приходилось бегать за ними и ловить их. Ковен целых пятнадцать минут обнимался с одним из таких бегунов. Прогрел каждую шерстинку. Приятное ощущение.
И не он один так грелся.
Большинство школяров охотились на бродяжек, которых специально придумали для них. Одна Дареза мужественно переносила холода и держалась ото всех в стороне.
В день второго обряда посвящения друзья сидели вместе перед высокой красивой двустворчатой дверью. И ждали. День этот наступил как-то быстро. Ковен считал, что даже слишком. Его по-прежнему мучили сомнения. Из-за них он несколько ночей не мог сомкнуть глаз. Что выбрать? Механиматику? Или всё-таки магию и колдовство?
За две последние недели все убедились в его технической одарённости. Винтики, сцепления, передачи с детства стали частью его существа и не таили от него секретов. Сама Эркенбальда приглашала его вступить на этот путь.
Зловещий грозный скрип дверей заставил его вздрогнуть. Створки распахнулись. Померкли огни свечей в канделябрах. Угольки ходячих жаровен подёрнулись пеплом.
Школяры поняли: их приглашают войти.
Они вступили во тьму со всполохами огня.
И оказались в просторном квадратном гроте с неровными каменными стенами, похожем на древнюю пещеру, где проходил первый обряд посвящения.
Холодный пол посередине грота обрывался в пропасть, теснину без дна, заполненную непроницаемым мраком.
К двустворчатым дверям их доставил портал. В какой же части замка они находились? Сквозняки, проникающие в щели, и царивший в гроте холод подсказывали, что они парили высоко в небесах.
Школяры застыли на краю пропасти, а по другую сторону, с вершин трёх причудливых скал за ними наблюдали магистры ордена Благого Знания. В двух каминах пылали целые деревья со стволами толщиной больше котов.
– Посмотрите вверх, – прошептала Брайна друзьям.
Там блестело множество глаз.
– Снова подмастерья и мастера, – догадалась Сирения.
Старшие ученики находились на висящих в воздухе балконах. Казалось, они вот-вот рухнут. Приглядевшись, школяры поняли, что всю конструкцию удерживало особое заклятье.
– Замок Каслкотц приветствует вас! Добро пожаловать на второй обряд посвящения, – провозгласил Говард.
Говард вызывал трепет у новичков. Единственный из всех в замке он не был котом по сути. И дело не в отсутствии шерсти. Бесшёрстные коты – неотъемлемая часть кошачьего племени.
Дело совсем в другом. В первую очередь, в особой манере держаться.
Глава ордена Благого Знания лишён привычных, характерных кошачьих движений. Никогда не шевелил усами, не настораживал уши, не морщил нос.
Смотреть на него было страшно.
– Выбор пути нельзя доверить случаю, – продолжал сфинкс. – Чтобы принять столь важное решение у вас было время поразмыслить. Надеюсь, и наставники вам помогли.
Действительно, в течение двух недель наставники постоянно напоминали школярам, какой важный выбор им предстоит.
– Разумеется, выбор пути не определяет вашу суть раз и навсегда, – сказала Иллена. – Вы лишь наметите направление ваших усилий. Вполне вероятно, в дальнейшем оно изменится, по мере того как вы накопите знания. Может случиться, с годами вы захотите избрать другой факультет. Это возможно, но, разумеется, очень сложно.
– Обдумайте свой выбор хорошенько. Не следуйте по пути наименьшего сопротивления, – напомнил Ксантос.
Ковен уставился на свои протезы.
– Когда мы назовём ваше имя, – продолжал тигр, – подойдите к краю и объявите ваш выбор. Затем, чтобы попасть к нам, перепрыгните через провал. Разделяющая нас теснина – Зияющая Бездна. Одолеть её означает превозмочь бездну сомнений. Если упадёте, канете в ней безвозвратно.
Ветер таинственно прошелестел в глубинах.
– Выбор пути требует твёрдости и решимости.
Все огни погасли, и вокруг стало темным-темно. Школяры удивлённо и испуганно замяукали.
Кошки видят и в полутьме, но не в полной темноте.
– Школярка Дареза, встаньте у края Зияющей Бездны и объявите, какой путь вы избрали.
Послышалась уверенная поступь.
– Магия и колдовство, – объявила рыжая лесная кошка с присущим ей высокомерием.
Пространство грота заполнилось ровным размеренным мурлыканьем. Как и во время первого обряда посвящения, старшие ученики поддерживали младших.
Через несколько секунд Зияющая Бездна осветилась слабым голубоватым сиянием, постепенно оно становилось всё ярче. Из глубины выпорхнули лазурины, хранительницы Аквамарина.
Ковен с изумлением смотрел на синих стрекоз. Неужели второй обряд посвящения проходил над пещерой кристалла?
Лазурины окружили Дарезу изящным ореолом, сели на рыжую шубку, так что она теперь казалась голубоватой. Лесная кошка равнодушно взглянула на стрекоз, напружинилась и легко перелетела через Зияющую Бездну.
Синекрылые лазурины спрятались.
Второй обряд посвящения шёл своим чередом.
Школяры, один за другим, из темноты шагали к краю, сообщали о своём решении, затем их окружали светящиеся лазурины, и они прыгали через Зияющую Бездну. Мягкое ритмичное мурлыканье сопровождало каждый прыжок.
Настала очередь Брайны. Она, как и собиралась, выбрала алхимию. Лексиос, когда очередь дошла до него, объявил, что выбирает механиматику. Сирения тоже. Уверенность не покидала ни одного из школяров.
– Школяр Ковен, подойдите к Зияющей Бездне и скажите, каков ваш выбор.
Ковен ступал медленно, надеясь, что колотящееся сердце успокоится. Он вспоминал свои мечты, думал о том, чего так долго хотел. И вдруг все его сомнения исчезли. Тяжесть, которая вот уже две неделидавила в груди, покинула его, растаяла, улетучилась.
В непроглядной тьме он отчётливо вспомнил, кем всегда хотел быть.
И вот он у Зияющей Бездны почувствовал край подушечками лап, гордо вскинул голову и произнёс:
– Магия и колдовство!
Тишина. Она затянулась и стала грозной, словно чудовище, затаившееся в засаде. Потом в глубинах вновь очнулся ветер, грот наполнился негромким пением, невнятным уму, но отозвавшемся в сердце.
Ковен напрягся.
Неужели лазурины, что окружали его друзей, к нему не прилетят?