Ален Пюиссегюр – Иномирье просыпается (страница 10)
Наконец Ковен выследил его, загнал в угол, дождался парового свистка и прыгнул в сторону, противоположную вращению. Сработало! Зверёк оказался в пасти у кота.
– Би-ба-ба би-би-би! – попытался он отчитать негодника.
Говорить с набитым ртом – верх неприличия для кошачьих. Особенно если рот набит собеседником. Ковен мгновенно устыдился. Правда, хорёк не судил его строго, поскольку от страха лишился чувств, обмяк, будто шматок растопленного масла, и безвольно повис.
Котик вновь надавил на рычаг. Его труды не пропали даром: механизм ожил. Куб затрясся ещё сильней, чем прежде. К сожалению, ловушки не исчезли и молнии не прекратились.
На потолке, у них над головами, с помощью системы блоков сдвинулась и отъехала в сторону деревянная панель. Ковен ожидал, что наверху распахнётся окно и внутрь куба польётся солнечный свет. Вместо этого он обнаружил в открывшейся нише уменьшенную копию камня-портала.
Шерсть хорька, прилипшая к игольчатому языку, больше не казалась противной. Перст судьбы! Ключ к спасению! Хорошо, что он-таки спас зверька. Оказалось, что без камнелаза из куба ни за что не выбраться.
Кот нашёл опору, дождался вращения. От нетерпения сердце буквально выпрыгивало из груди. К сожалению, камень-портал не оправдал его ожиданий. Поверхность с нишей превратилась из потолка в стену. Он не стал рисковать, дожидаясь, пока она переместится вниз и станет полом.
Электрические разряды участились, вокруг бушевала настоящая гроза.
Ковен сгруппировался, напряг каждый мускул. Сжался в комок перед прыжком. Молнии охотились за ним, словно догадались, что он задумал. Кот проворно увернулся от яркой вспышки, обдавшей его снопом искр, и взмыл вверх по отвесной стене. Он изо всех сил вытянул переднюю лапу и точным движением ударил в нижний край камня-портала.
Ему показалось, что куб разлетелся на тысячу кусков.
Глава 7
Над пропастью
Ковен был уверен, что удар молнии превратил их с хорьком в угольки и они навсегда остались в клетке Шарадея. Но тут он вдруг почувствовал, как трава, влажная от утренней росы, защекотала подушечки лап. Кот дрожал от усов до хвоста – то ли от изнеможения, то ли от возбуждения.
Плотный влажный туман нежился на поляне, обвивая её тугим кольцом.
Ковен принюхался.
Так пахнет осень в горах. По обожжённым чешуйкам струилась вода. Шерсть набрякла и стала липкой. Ковен с величайшим отвращением отряхнулся.
– Нам пора, поторопитесь! – приказал строгий голос совсем другой дамы. – Вы хотите попасть в число школяров или решили пустить здесь корни и превратиться в платан? Хватит стряхивать блох, следуйте за мной!
В тумане он еле различил тёмный изящный кошачий силуэт.
Но подчинился не сразу. Для начала он с громким фырканьем избавился от остатков ненавистной влаги. Хорёк, мокрый насквозь, как невыжатая тряпка на швабре, выскользнул из его пасти и засеменил рядом. Ковен посмотрел по сторонам. Преодолевшие второе испытание соискатели понемногу собирались вместе и тихонько переговаривались. Как ни странно, среди них оказался и соня анатолиец, дремавший всегда и везде. Его белоснежная шерсть почернела от копоти. Похоже, клетка Шарадея не пощадила ни одну кошачью шубку.
Заметив Брайну, Ковен подпрыгнул от радости.
– Ты прошла второе испытание! – поздравил он её.
– А надеялся, что не пройду? – парировала она, резко обернувшись, будто защищаясь от нападения.
Кот с жалостью посмотрел на шерсть подруги, некогда шелковистую, белую с сапфировым отливом, а теперь свалявшуюся и бурую.
– Механиматика – не самый мой любимый предмет, – продолжила она запальчиво. – Вот я и взорвала всё коту под хвост, вызвав цепную реакцию. По крайней мере выбралась из куба
Хорошо, что Брайна – оптимистка. Он бы ни за что не решился назвать её «целой и невредимой». Бедняжка хромала на все четыре лапы и походила на грязную ветошь. Попытка вылизать шубку не помогла: она только наелась сажи, оставив повсюду серые разводы.
– Вижу, ты тоже немного подкоптился.
– Верно, не без этого.
– Любопытно, отчего моя палёная шерсть так вкусно пахнет жжёным сахаром?
Ковен подавил смешок и лишь ухмыльнулся в усы. Всё-таки отрадно сознавать, что Брайна верна себе даже после всех этих опасностей и переживаний.
– Как ты себя чувствуешь? – осторожно спросил он.
– Оказалось, что камень-портал я переношу лучше, чем обычный.
И Брайна с нежностью посмотрела на своего хорька-камнелаза.
– Нет, – вдруг вмешалась строгая дама. – Школярами вам не стать. Скорее, болтунами.
Соискатели притихли и умолкли.
– Так-то лучше. Подойдите ближе!
Пять десятков уцелевших соискателей, готовых к новому состязанию, сгрудились вокруг одинокой полуразрушенной колонны, что возвышалась в тумане. На ней, гордо выпрямив спину, восседала абиссинская кошка. Ковен мгновенно узнал эту породу по особенной грации, короткой шерсти, оранжево-коричневой с медным отливом, и большим треугольным широко расставленным ушам.
– Меня зовут Мирра. Как вы уже догадались, я преподаю в замке магию и волшебство под руководством Ксантоса.
Ковен с удивлением заметил, что Брайна смотрела на красавицу недоброжелательно и настороженно. Будто боялась её. Неужели ангорская кошечка, подобно ему самому, не уверена, что пройдёт третье испытание? Нет, не может быть! Он же видел своими глазами, как она с лёгкостью обратила в бегство громадного совца.
Тут кот ощутил, что подушечки его лап источали страх. Хорошо, что окружающие не заметили позорного запаха из-за влажной травы.
– Докажите, что владеете простейшими заклинаниями, и моё испытание не покажется сложным.
– Что за легкотня! – презрительно отозвались из толпы.
Ковен сейчас же узнал характерную интонацию рыжей лесной кошки. Вот уж кто любил привлекать всеобщее внимание!
Мирра уничтожающе посмотрела на дерзкую соискательницу.
– Кем ты себя возомнила?! Перебиваешь наставницу, даже не узнав, о чём идёт речь?
– Меня зовут Дареза, – лесная кошка высокомерно вскинула голову. – Я единственная наследница великого рода Северных котов.
По толпе пробежал восхищённый шёпот.
Северных котов издревле почитали по всему континенту. Они царили над ледяными просторами там, где погожими ночами зеленоватое северное сияние украшало небо, а в непогоду свирепствовали снежные бури. Прославленные могучие маги рождались на севере. К тому же, лесные коты хранили чистоту породы и не смешивались с другими семьями.
Ковену захотелось повнимательней рассмотреть гордячку, что вступала в пререкания с каждым наставником. Дареза, видимо, его ровесница, была куда крупней и мускулистей. Она единственная из всех нисколько не пострадала в клетке Шарадея. Безукоризненно чистый и яркий рыжий мех без малейшего пятнышка. На шее – подобие ослепительной львиной гривы. Величавые уверенные движения.
Несомненно, одарённая волшебница.
Между тем абиссинская кошка осталась невозмутимой и равнодушной.
– Думаешь, меня впечатлило твоё выступление? Если успешно пройдёшь все испытания и вступишь под своды замка Каслкотц, узнаешь, что все школяры равны. Никаких привилегий. Порода и род ничего не значат. Так что мой совет тебе: сотри презрительную ухмылку с усов и впредь НИКОГДА не перебивай меня.
На месте Дарезы Ковен сквозь землю провалился бы со стыда: спрятался бы, уменьшился, мечтая, чтобы его отсюда унёс кто угодно, хоть демон. Но рыжая лесная кошка ничуть не смутилась. Лишь обиженно отвернулась, прищёлкнув языком.
– Как я уже сказала, простейшие заклинания вам пригодятся. Но если бы ими всё ограничилось, разве вы назвали бы это испытанием?
Для Ковена любое заклинание – суровое испытание, но своё мнение он придержал при себе.
– Используя магию и волшебство, более того, считая себя самих магами и волшебницами, готовьтесь к неожиданным трудностям и препятствиям.
Мирра посмотрела вдаль, хитро улыбнулась и ловко начертила коготком магический круг. Передними лапками вступила в середину, произнесла заклятье. Туман вокруг мгновенно рассеялся и сбежал вниз, будто нашкодивший котёнок.
Ковена затошнило, желудок отяжелел и ухнул куда-то вниз. Остальные соискатели замяукали от неожиданности и страха, испуганно заверещали хорьки. Даже Брайна тихонько охнула.
Оказалось, что они находились на площадке, парящей высоко в небесах.
Над ними сомкнулся громадный облачный купол. Сероватые и белые круглые тучки образовали плотные своды.
– Неужели та игрушка внизу – это замок Каслкотц? – с удивлением спросила храбрая кошечка, посмотрев вниз с края площадки.
Не поверив своим ушам, некоторые соискатели последовали её примеру и тоже приблизились к краю. Остальные замерли, не решаясь пошевелиться.
– Да, это он, – подтвердила Мирра.
Взглянув на Брайну, Ковен тоже сделал шаг вперёд, хотя лапы его слушались с трудом, и заглянул в бездну. Сладкий пирог шеф-повара Бриара тут же попросился наружу. Стоило большого труда удержаться и не запачкать шубку подруги, опалённую молниями, ещё сильней.
Прежде Ковену никогда не случалось подниматься так высоко! Отсюда Каслкотц и вправду казался миниатюрной копией замка.