Алексис Паттон – Те немногие, что несут тьму (страница 6)

Халани нахмурилась.

– Как долго ты здесь?

– Меня приговорили к тюремному заключению двести шестьдесят два дня назад.

– Ты помнишь точный день?

– Большинство не помнит. – Он провел грязной рукой по лицу. – А я предпочел бы сохранить в памяти последнее подобие свободы. Это лучше, чем будущее, в котором мы истекаем кровью в бесконечной пропасти. Так у меня есть хоть какой-то контроль.

– Нет у нас никакого контроля. – Халани с силой швырнула увесистый камень в тачку. Сильнее, чем было нужно.

Молчание в ответ напомнило ей о том, почему все обходили ее стороной. Она была слишком сломлена.

Халани закрыла глаза, когда знакомое отчаяние снова нахлынуло и почти парализовало ее. Она потеряла все, что имело значение. От нее самой осталась лишь пустая оболочка, блуждающая без цели.

Ради чего ей теперь жить?

Она больше не могла найти ответа на этот вопрос, и эта пустяковая мысль приводила в ужас.

– Я не обещаю, что станет легче. – Голос заключенного зазвучал громче, словно он почувствовал, насколько она опустошена внутри. – Но ты познаёшь свою истинную силу лишь тогда, когда приходится собрать всю волю в кулак.

Сжав губы в тонкую линию, Халани схватилась за тачку так крепко, что побелели костяшки пальцев. В сознании замелькали образы. Безжизненные глаза родителей, смотрящие на нее с металлического стола. Дуглас, в последний раз захлопывающий дверь. Его обещания, которые сгорели дотла.

Остатки сил испарились без следа, как только железная решетка с грохотом захлопнулась, навеки заточив ее в тюремной камере.

Халани дышала просто ради того, чтобы дышать. Продолжала напрягать тело, потому что физическая боль служила лишь временным отвлечением от разверзнувшейся внутри пустоты.

– В каком ты блоке? – нарушил заключенный холодное молчание.

– В седьмом, – прошептала Халани, пытаясь забыть бесполезное прошлое.

– Не самый ужасный блок, есть и похуже. Но держись подальше от Стила, – пробормотал он.

– Стила?

– Не останавливайся. – Заключенный бросил взгляд налево, на проходящего мимо стражника, и Халани тут же схватила камень покрупнее, запыхтев от тяжести.

Когда стражник отошел, заключенный продолжил приглушенным голосом:

– Такеши Стил. Он Капитан и управляет твоим блоком. Его агрессивный нрав всем известен. Он даже убил нескольких своих же стражников. Мой тебе совет: не высовывайся и держись от него подальше.

Получается, у дьявола все-таки было имя.

Без сомнения, Такеши Стил уже внес ее в свой мысленный список заключенных, приговоренных к смерти.

Внезапно от каменных стен отразился громкий, пронзительный гул, напугав Халани. Все вокруг побросали кирки и тачки и начали покидать туннель.

– Этот сигнал означает конец утренней смены. – Заключенный сто восемьдесят девять направился к выходу, но, заметив, что Халани не следует за ним, оглянулся. – Ну же, не отставай. Или тебе нравится порка кнутом и тараканы на обед?

Именно тогда Халани поняла, что действительно попала в ад.

5

Не пытайся постичь мою глубину.

Я и сама не знаю ее пучин

– Тащи свою задницу в конец очереди! – Мужчина с лохматыми каштановыми волосами и без нескольких зубов толкнул тощего парня с такой силой, что тот свалился на пол.

Парнишка с синяком под глазом и спутанными прядями с трудом поднялся на ноги. Он ничего не сказал и не сделал в свою защиту. Просто опустил голову и медленно побрел в конец очереди, чтобы дождаться еды.

Халани нахмурилась и оглянулась через плечо на бледного парня. Что-то в языке его тела и выражении лица указывало на то, что такое обращение было для него привычным. Их взгляды на мгновение встретились, и Халани отвернулась. Чувство вины кольнуло ее сердце, но она не знала почему.

Столовая располагалась в просторной, искусственно созданной пещере с высоким потолком, который подпирали каменные колонны. Все заключенные, выстроившись в очередь, вяло продвигались вперед. Девушка перед Халани постоянно терла поясницу, постанывая от боли.

У Халани со спиной дела обстояли не лучше.

По всей пещере стояла стража, но Такеши Стила нигде не было видно. И она была благодарна за это, опасаясь возможных последствий их недавней встречи.

Оказавшись в начале очереди, Халани взяла зеленый поднос. Крупная женщина с неопрятным пучком на голове и красными прыщами по всему лицу зачерпнула «еду» и шлепнула ее на поднос.

– Следующий! – крикнула женщина, не поднимая глаз.

Халани замедлилась и наклонилась, чтобы понюхать влажный кусок переработанного мяса. От коричневой массы исходил зловонный запах горелых фекалий, и к ее горлу тут же подкатила желчь. Халани задержала дыхание, подавляя накативший приступ тошноты.

Внезапно резкий электрический разряд пронзил ее спину, и Халани согнулась пополам, безудержно дрожа. Перед глазами у нее заплясали белые пятна.

– Шевелись! Ты задерживаешь очередь! – крикнул лысый стражник, сжимая в руке электрошокер. В его жестоких глазах не отражалось ни капли раскаяния.

Мышцы ее спины сводило судорогой, будто их туго стянули стальной пружиной. Но Халани стиснула зубы и толкнула поднос, хотя ее пальцы все еще заметно подрагивали. Все, что от нее сейчас требовалось, – это продолжать двигаться.

Работница дала ту же добавку с витамином D, которую ежедневно принимал каждый житель Аполлона. Дрожа, Халани проглотила оранжевую таблетку и только потом заметила, что стражник в сладостном предвкушении постукивает электрошокером по ладони.

Халани быстро отошла, спрятавшись за занавесом каштановых волос. Густые пряди были ее единственной защитой.

– Ты как? – приблизившись, тихо спросил заключенный сто восемьдесят девять.

– В порядке, – тихо ответила она.

– Пойдем. Можешь сесть со мной.

– Спасибо, но я бы предпочла поесть одна, – призналась Халани, не желая ни с кем здесь сближаться.

Заключенный опустил голову.

– Здешние любят полакомиться свежим мясом, особенно в первый день. Тебе не стоит оставаться одной.

Халани встретилась с его искренним взглядом и в конце концов кивнула, понимая, что не стоит навлекать на себя новые неприятности.

В просторной пещере не было столов, и все заключенные сидели на грязном полу.

Халани глубоко вдохнула, пытаясь не обращать внимания на пронзавшую спину боль после удара электрошокером и изматывающей смены. Они вдвоем пробрались сквозь толпу, и заключенный сто восемьдесят девять отвел ее в дальний угол пещеры, по пути раздавив сапогом огромного таракана.

Почему самые уродливые твари самые живучие?

Даже ядерный апокалипсис не смог их уничтожить.

– Сегодня обед лучше, чем обычно. – Мужчина жадно посмотрел на еду.

Халани бросила на него недоверчивый взгляд и уставилась на сомнительное блюдо. Даже прикрыла глаза, пытаясь силой мысли превратить это во что-нибудь более съедобное.

– Если достаточно долго смотреть на мясо, можно увидеть, как оно шевелится, – раздался за спиной женский голос. Халани обернулась и увидела девушку с синими волосами из соседней камеры.

– Серин, не пугай ее. Она теперь вообще есть не будет.

Та лишь пожала плечами и села рядом.

– Ну и ладно. Мне больше достанется, – заявила она, набрав в рот немного этой отвратительной еды.

Серин выглядела еще бледнее, чем любой человек в Аполлоне. У нее были хрупкая фигура и красивое личико, хотя его портил глубокий шрам, тянувшийся от кончика носа до левой стороны челюсти.

Серин с раздражением взглянула на Халани.

– Чего тебе?

– Спасибо, что помогла мне сегодня, когда я не знала, куда идти, – быстро объяснила Халани.

Серин махнула рукой.