Алексис Опсокополос – Повелитель огня III (страница 19)

— Что это, Гарик? — спросил я, не отводя взгляда от здоровенных каменных шипов.

— Это минута, которая тебе нужна, — усмехнувшись, ответил королевич. — Или даже целых пять.

— И много у тебя таких штук?

— Одна была.

Глядя на каменную стену и понимая, что мы теперь выиграем время — неизвестно сколько, но точно выиграем, я тут же расхотел драться.

— А чего ты сразу не сказал, что у тебя такой амулет есть? — спросил я. — Если он даст нам пять минут, мы могли бы тогда все попробовать ускакать. Посадили бы Добрана к Ясне, они оба лёгкие.

— Но я думал, ты хочешь драться, — сказал Гарик.

— Я хочу жить!

Королевич хотел со мной поспорить, но нас всех перебил Вадим. Он резко протянул руку в сторону рощицы, к которой убежал Желток, и заорал:

— Смотрите!

Мы все посмотрели и увидели, как ездовой ящер бежит обратно.

— Невероятно! — воскликнула Ясна. — Это просто невероятно. Нам попался какой-то удивительный гусак.

— Вам попался удивительный мальчишка, — сказал Гарик и обратился к Добрану: — Это ведь ты его позвал?

— Да, — ответил пацан.

— Но как? — удивился Вадим.

— Просто позвал, — пояснил Добран. — Желток успокоился и вернулся.

— Ты же молчал! — совсем уже растерялся сын пасечника.

— Почему люди такие глупые? — покачав головой, произнёс Гарик. — Вы что, до сих пор ещё не поняли, что мальчишка — зверослов?

— Лучше бы ты понял, что через пару минут огневики сломают преграду! — со злостью заорал я на королевича. — Быстро по коням!

А огневики ломали. Сначала до нас донёсся ровный приглушённый гул, затем — резкие, громкие хлопки, и над стеной из каменных кольев появились отблески ярких вспышек. И сразу стало понятно, что преграда долго не простоит.

Тем временем Желток подбежал к нам и сразу же ткнулся мордой в бок Добрану, словно говорил: «Я здесь. Садись на меня». Вадим быстро помог мальчишке пересесть с коня Гарика на гусака. В процессе пацан застонал и прикусил губу, чтобы не закричать: похоже, ногу он повредил сильно.

— Не теряем время! — крикнул я и с силой рванул поводья.

Моя лошадь, будто поняв, насколько важно поспешить, с места сорвалась в галоп. Остальные не отставали. А Желток ускорился так, что обогнал нас всех — он мчался вперёд на какой-то невероятной третьей гусаковской скорости, высоко задрав шею и размахивая крыльями.

Я очень надеялся, что каменная стена задержит огневиков хотя бы минут на пять, но, похоже, я её переоценил. Когда я обернулся, то увидел, как несколько шипов начал оседать, будто плавились. И очень скоро в преграде образовалась брешь, по краям которой стекали капли огненной магмы. Яркое алое пламя прорвалось сквозь эту брешь, расширив её, а затем быстро погасло и образовавшийся проём заволокло сизым дымом или паром. И сразу же из этого дыма, начали по одному выходить огневики.

— Проломили стену огнезадые выродки! — со злостью крикнул Гарик, тоже обернувшийся и заметивший,

— Но пару минут мы точно выиграли, — заметил я.

— Этого мало.

— Когда хочешь выжить, и две минуты — вечность. Вперёд! Не тормозить!

Пока все огневики прошли сквозь брешь в стене, пока рванули за нами, мы выиграли ещё не меньше минуты и теперь оторвались настолько, что нас не атаковали заклятиями. Слишком уж большим было расстояние. Либо боевые маги просто не хотели лишний раз тратить силы.

Я уже было решил, что началась гонка на измор, и мы теперь будем мчаться по старой раздолбанной дороге на запад, пока не оторвёмся или пока нас не догонят, но я в очередной раз ошибся. Когда мы добрались до того места, где от заброшенной дороги уходит ответвление на север, я заметил, как нам навстречу, со стороны златичей, скачет отряд из примерно полутора десятков всадников в одинаковой униформе.

То ли сбежавший дружинник смог так быстро позвать кого-то на помощь, то ли по удивительному совпадению там просто ехал какой-то отряд — это было неважно. При любом раскладе встречаться с ними было нельзя. Кто бы это ни был, они стопроцентно попытались бы остановить тех, кто убегает от огневиков.

Времени на раздумья опять не было. Впрочем, и вариантов, кроме как бежать на север, не осталось. Поэтому я прижался к коню, слегка ударив его пятками по бокам, и тот сразу прибавил ходу, обогнав едущих передо мной Ясну с Вадимом. Догнать Желтка было нереально, поэтому я просто заорал изо всех сил:

— Добран! Поворачивай направо!

Гусак проскочил поворот, но мальчишка меня услышал. Когда я сам поворачивал, то заметил, как ящер замедлился и по дуге, прямиком через болото, направился в нашу сторону. Он довольно быстро догнал нас и опять на всех парах вырвался вперёд, размахивая опалённым крылом.

— Куда мы скачем⁈ — крикнула Ясна, которой через некоторое время удалось поравняться со мной.

— На север! — ответил я.

— На земли Владыки? — с ужасом спросила Крепинская княгиня, и мне показалось, что она побледнела. — Но там же чёрные братья!

— У нас нет вариантов. Чёрных братьев мы не факт, что встретим, а огневики с дружинниками Станимира нас точно перебьют.

— А если встретим?

— Давай решать проблемы по мере их поступления. Сейчас наша главная задача — убежать от огневиков!

Больше Ясна вопросов не задавала, Гарик с Вадимом — тоже, и мы продолжили путь молча. Признаться, я очень надеялся, что дружинники Станимира не сунутся слишком далеко на север. Огневики могли — у них не было вариантов, они должны были поймать огневеста, а вот дружинников перспектива встречи с пресловутыми чёрными братьями вряд ли радовала.

Да и я не особо хотел с ними встречаться, но у меня, как и огневиков, не было выбора. Оставалось надеяться, что в случае встречи с воинами Владыки Севера нам как-то удастся с ними договориться и разойтись миром. В конце концов, мы ничего плохого Северянину не сделали, и, насколько я знал, у моего отца были с ним нейтральные отношения.

В общем, шанс договориться с чёрными братьями был. А с огневиками — нет. Те уже поняли, что план гнать нас на запад, до тех пор, пока наши лошади не устанут, провалился. Мы уходили на север, всё дальше во владения грозного Владыки, и братья Истинного огня явно не горели желанием заходить на территорию земель Севера слишком далеко. Поэтому они снова принялись атаковать нас боевыми заклятиями.

Обернувшись, я заметил, как один из магов, вытянув в нашу сторону посох, выпустил из него несколько полупрозрачных огненных лент. Те начали ускоряться, скользя над землёй словно пылающие змеи. Довольно быстро они догнали нас и начали цепляться за ноги лошадей, пытаясь их спутать. Но ничего не вышло — слишком большим было расстояние, и эти горящие ленты, пока догнали нас, потеряли основную часть своей силы. Они лишь немного опалили шерсть на ногах лошадей, после чего вспыхнули и исчезли.

Но огневики не сдавались. Двое других магов выпустили в нас уже знакомые красные сгустки, взорвавшиеся над нашими головами и снова окутавшие нас горячим удушливым облаком. Но это не остановило ни лошадей, ни гусака — мы продолжали убегать. Более того, в этот раз нам удалось довольно быстро выбраться из магического облака, хоть оно и старалось от нас не отстать. Видимо, очень большим было расстояние для того, чтобы нормально наложить заклятие.

Лошади неслись на пределе своих сил, мы все мчались в земли, в которых никто из нас не хотел бы оказаться по доброй воле. Но всех туда гнали обстоятельства: мы спасали свои жизни; огневики выполняли приказ. Правда, было непонятно, что заставляло дружинников продолжать преследование. Но видимо, что-то заставляло, так как к моему огромному сожалению, они так и не отстали.

— Как далеко ты собрался бежать на север? — спросил Гарик, поравнявшись со мной.

Я хотел ему ответить, что мы будем ехать, пока не оторвёмся, но не успел — заметил вдали на дороге тёмное пятно. Нормально разглядеть, что это, с большого расстояния было невозможно, но нехорошая догадка мелькнула сразу.

— Похоже, приехали, — сказал я и добавил: — Посмотри вперёд!

— Это чёрные братья, — с досадой произнёс королевич.

— Это чёрные братья! — громко повторил за Гариком, приблизившийся к нам Вадим.

— Спасибо, что сказал, а то мы не могли понять, кто это, — не удержался я от язвительного замечания.

— Мы скачем к ним⁈ — удивился сын пасечника.

— Можешь вернуться к огневикам, — ответил Гарик, которого тоже разозлили неуместные вопросы.

— Владимир! Ты уверен? — этот вопрос задала уже Ясна, и в её глазах был такой ужас, что я решил успокоить девчонку.

— Уверен, — ответил я. — Хуже точно не будет.

И я не соврал, я был уверен, что хуже действительно не будет. Позади нас был огонь вражеских магов и гарантированная гибель, впереди — чёрная неизвестность. Не то чтобы хороший выбор, но выбирал я однозначно второе.

А отряд впереди становился всё различимее. Примерно три десятка всадников, может, даже больше. Чёрные братья — легендарные воины Владыки Севера. Никто из них не выбивался из строя: все в одинаковых чёрных доспехах, все на одинаковых вороных конях. Они стояли, перекрыв дорогу, и не шевелились, будто отлитые из чёрного металла статуи. Они ждали нас.

Мы подъехали к чёрным воинам почти вплотную — остановились примерно в десяти метрах от них. Три десятка всадников смотрели на нас и не издавали ни звука. То есть, я предполагал, что смотрели, так как глаз чёрных братьев я не видел — их лица были скрыты за шлемами.