Алексис Опсокополос – Лицензия на убийство. Том 1 (страница 32)

— А зачем нам его модернизировать? — удивился Жаб.

— А как вы будете пробиваться?

— Куда пробиваться? — подключился к разговору Лёха.

— Не знаю — куда, но знаю — откуда! С Шорка! — ответил техник, посмотрел в ничего не понимающие лица комедиантов и спросил: — А вы что, не в курсе?

— В курсе мы, в курсе, — еле сдерживаясь, чтобы не взорваться, ответил Ковалёв. — И что нас ищут, и что мы объявлены в розыск. Давно в курсе.

— А что за вашу поимку назначили вознаграждение в двести пятьдесят тысяч конфедеративных юаней, вы тоже в курсе?

— Сколько? — хором воскликнули комедианты.

— Значит, не в курсе, — сделал вывод старший техник.

— Когда назначили? Кто? — спросил Лёха, поражённый такой новостью.

— Видимо, недавно назначили. Только что по новостям сказали. Ваш хозяин, — техник осекся. — Простите, вырвалось. Человек, именующий себя вашим хозяином, назначил.

Неполиткорректному работнику порта стало стыдно, он почувствовал себя неловко до такой степени, что пустился в объяснения:

— Мы на Шорке категорически против рабства. Сам не знаю, как у меня такое вырвалось. Я просто хотел вас предупредить, чтобы вы были осторожнее.

— Не проблема. Мы не обиделись, — успокоил его Жаб.

— Ага. Привыкли уже, — добавил Лёха. — Ты лучше скажи, эта информация про вознаграждение — точно не утка?

— Не думаю, — ответил техник. — Этот человек уже по всем средствам массовой информации объявил, что сделает для вашей поимки всё возможное. Поэтому и сумму такую немалую назначил. Двести пятьдесят тысяч — это, я вам скажу, деньги!

— Строите планы на этот счёт? — спросил Лёха, с подозрением посмотрев на обоих сотрудников порта.

— Нет, что вы, — ответили те хором.

— Хотелось бы верить.

Старший техник с укором посмотрел на Лёху и сказал:

— Шорк — нейтральная планета. Любой, кто попытается вас задержать на Шорке, будет считаться преступником, и его осудят за нападение. Пока вы здесь, вам не стоит ничего опасаться. Преступность у нас практически нулевая — полиция работу знает. Вряд ли кто-то рискнёт на вас напасть. А если даже вас и получится поймать, то вывезти с планеты незаметно будет практически невозможно. Хотя, конечно, аккуратность не помешает.

— Наша планета настолько строго держит нейтралитет, — добавил помощник, — что человеку, называющему себя вашим хозяином, буквально полчаса назад отказали, когда он предъявил требования на ваш корабль. Хотя он и показал все бумаги на него.

— Чем дальше, тем веселее, — совершенно невесёлым тоном произнёс Лёха. — А как он бумаги показал? Он на Шорке, что ли?

— Меня интересует: какие бумаги он показал! — возмутился Жаб. — Корабль числится собственностью Армии Альянса!

— Нет, он не на Шорке, — охотно поделился информацией помощник. — Его представитель приходил к руководству порта. Показывал бумаги, пытался объяснить, что всё ваше имущество принадлежит ему. Но один из принципов Нейтралитета гласит: все судебные разбирательства между третьими сторонами — за орбитой планеты! Так ему и сказали. Кто корабль задекларировал при прилёте, тот на нём и улетит. Таков закон!

— Тогда давайте ближе к делу, раз нам на нём улетать, — сказал Жаб. — Корабль готов к вылету? Мы можем отправляться сегодня вечером?

— Да хоть сейчас, — ответил старший техник. — Если, как я уже сказал, не будете модернизировать вооружение.

— Да зачем его модернизировать? Там почти всё новое!

— Новое — не значит, что лучшее! — философски изрёк работник порта. — Как вы собираетесь отбиваться от охотников за головами?

— От кого? — переспросил амфибос.

— Погоди, Жаб! — Лёха перебил товарища и посмотрел на техника. — Вы думаете, они уже…

Ковалёв не договорил. Он понял: конечно же, «они уже». Ему стоило самому сразу об этом догадаться, не дожидаясь подсказки техника. Охотники за головами в таких случаях и так не заставляли себя долго ждать, а уж беспрецедентное вознаграждение в размере четверти миллиона конфедеративных юаней добавило мотивации по максимуму.

— Уже, — сказал старший техник. — По новостям показывали, как на орбите Шорка дрейфует несколько неопознанных кораблей, не приближаясь к планете. А завтра их будет, как тараканов на Клебосе, можете не сомневаться.

— Вы были на Клебосе? — неожиданно резко спросил амфибос.

— Нет, но по инфовизору видел передачу про него. Мрачное место, скажу я вам.

— А я там был. И живым оттуда выбрался. Значит, и отсюда улетим!

— Я с радостью пожелаю вам удачи, — ответил техник. — Вы явно серьёзные люди, раз за вас обещают такие большие деньги.

Серьёзные люди переглянулись, Лёха усмехнулся, а Жаб сказал уже более миролюбиво:

— В общем, так: к вечеру корабль должен быть окончательно проверен и заправлен. Рассчитаемся, как будем забирать.

— То есть модернизировать вооружение не будем? — уточнил работник порта.

— Нет! — отрезал хозяин Жука. — Пока вы будете новое оружие ставить, ещё больше охотников прилетит. То на то и выйдет, только все деньги потратим. Пробиваться будем так. Лучше с тем, что есть, но как можно быстрее.

— Ну, нет так нет, — сказал техник. — Вряд ли вам это сильно помогло бы. Но я не мог не предложить.

— Умеешь ты поддержать в трудную минуту, — ответил на это Лёха, и комедианты направились к выходу из кабинета.

Старший техник сразу же потерял к ним интерес, он повернулся к помощнику и с нескрываемой болью сказал:

— Ну за что бюро по трудоустройству мигрантов распределило этих крабов именно к нам? Они же вообще ничего не знают и не умеют! Они даже в маркировке не разбираются!

— Эту планету погубит коррупция! — в очередной раз поделился откровением помощник.

— И толерантность! — вздохнув, добавил техник.

В отель комедианты добрались быстро и без приключений. Разумеется, ни о каком поедании местных цыплят речь уже не шла. Экономия времени была важнее Лёхиного желания набить брюхо местным деликатесом. Вместо похода в ресторан решили по-быстрому перекусить в номере. А за приёмом пищи обсудить ситуацию и придумать, как покинуть планету, орбита которой, возможно, уже была забита охотниками за головами.

Комедианты вошли в здание «Звёздного пеликана», инстинктивно оглядели холл — сказалась многолетняя привычка. После того как им сообщили, что на них открыта охота, у обоих бывших боевых офицеров на подсознательном уровне стали срабатывать все приобретённые за годы службы рефлексы.

Убедившись, что в холле нет ничего опасного, беглые рабы направились к лифту. В этот момент их увидел маленький гуманоид, скромно попивавший чай за столиком в лобби. Он тут же поставил чашку и быстро, почти бегом, пошёл наперерез комедиантам.

— Господа! — закричал гуманоид, когда понял, что может их не догнать. — Подождите меня, пожалуйста!

Лёха и Жаб остановились. Маленький гуманоид подбежал к ним и преградил путь к лифту, растопырив руки.

— Это что за цирк? — удивлённо спросил Ковалёв. — Ты уверен, что можешь себе позволить вот так становиться перед нами, да ещё и руки растопыривать?

— Прошу прощения, — быстро сказал гуманоид, отступил, немного отдышался и более ровным голосом добавил: — У меня есть для вас очень выгодное предложение!

— Извини, друг, мы ничего не покупаем у мутных личностей типа тебя, — Лёха отодвинул странного незнакомца в сторону и нажал кнопку вызова лифта.

Кабина приехала, комедианты вошли внутрь, гуманоид протиснулся следом. Жаб нажал кнопку нужного этажа, лифт тронулся, а Лёха мрачно посмотрел на вынужденного попутчика:

— Ты хорошо подумал, прежде чем так поступать? Я же сказал: нам ничего не надо!

— У меня есть для вас настолько выгодное предложение, что вы просто обязаны его выслушать! — выпалил незнакомец.

— Не подумал. А зря, мог бы ещё пожить, — произнёс Лёха и демонстративно надвинулся на гуманоида, тот испуганно попятился в угол лифта, присел и закрыл голову руками.

Жаб, который, как обычно, не понял, что его друг дурачится, схватил его за плечи, отодвинул в сторону и сказал:

— Прекрати пугать беднягу! Давай послушаем, что за дело у него.

В это время открылись двери лифта, и все вышли на этаж. Гуманоид огляделся по сторонам, словно оценивал свои возможности на побег в случае неблагоприятного исхода разговора, и затараторил:

— Вас всё равно поймают! А затем отдадут хозяину! А я вам предлагаю очень выгодное дело!

Лёха схватил субтильного незнакомца за плечо, прижал к стене, мрачно посмотрел ему в глаза и произнёс:

— Говори всё, что знаешь!

— А что я знаю? — залепетал гуманоид. — Я знаю, что за вас обещали вознаграждение двести пятьдесят тысяч конфедеративных юаней. Стало быть, за вами сейчас начнётся такая охота, что и не описать словами. Если не уже началась, а я думаю, что началась.