Алексей Жеребцов – Недетская игра в прятки (страница 12)

Анастасия Георгиевна махнула на нее рукой:

— Перестань, пожалуйста. Я совсем не собираюсь сейчас говорить с тобой про то, кто кого содержал, про обязательства и всякое прочее подобное. Я спросила: собираешься ты уезжать или согласна остаться жить здесь со мной? Пока мы жили вместе, я очень полюбила Гришу. У меня никогда не было детей и внуков тоже. И теперь, когда я на вас с Гришей смотрю, мне кажется, что, наконец, вы у меня появились. Если останетесь, я буду счастлива.

Анна взяла Анастасию Георгиевну за руку, глаза ее наполнились слезами:

— Спасибо, что и вы у нас с Гришей появились. Просто не знаю, что бы с нами было, если бы не вы.

— Кажется, мы обе должны благодарить Василия Андреевича. Это он нас познакомил.

Анна рассмеялась:

— Обязательно поблагодарим, и это надо обязательно сделать при его теще Евдокии Петровне, он мне говорил, что она единственный человек, кого он побаивается на своем участке. Это поднимет его авторитет в ее глазах.

Анастасия Георгиевна тоже улыбнулась:

— Хорошо. Поблагодарим при Евдокии Петровне. Мне будет интересно с ней познакомиться.

Немного помолчали. Появившаяся определенность в ближайшем будущем успокоила Анастасию Георгиевну. Анна же подумала, что все время пока она жила в этом доме, конечно, была очень признательна Анастасии Георгиевне за поддержку и заботу о себе и Грише, теперь же этим утром она начала осознавать, что у нее появился дом и настоящая семья, а вместе с ней новые заботы обязательства и ответственность. Думая, каждая о своем они закончили завтрак, Анастасия Георгиевна начала мыть посуду, а Анна заговорила о семейных обязательствах, которые она непременно должна принять на себя:

— Анастасия Георгиевна, хочу опять просить у вас помощи.

— Помощи? — Анастасия Георгиевна с готовностью обернулась к Анне, — пожалуйста, скажи что нужно, я постараюсь помочь.

— У меня теперь есть документы, я восстановлена в правах, мы с вами живем одним домом и я должна быть полезной этому дому.

Анастасия Георгиевна оставила посуду и присела рядом с Анной:

— Ты хочешь начать работать и хочешь просить, чтобы я смотрела за Гришей?

— Да, но это не все. Мне бы хотелось получить ваш совет. Вы хорошо знаете город, какие в нем есть учреждения и куда я бы могла обратиться с просьбой, принять меня на работу.

— Давай подумаем. Ты где-то раньше работала? У тебя есть документы об образовании?

— Образование? Можно считать — гимназическое, но документов нет. Работала некоторое время в Москве, занималась делопроизводством.

Анастасия Георгиевна чуть помедлила и, улыбнувшись, предложила:

— Первое, что приходит в голову, рекомендовать тебя для работы в театре, мне кажется, штат там еще не полностью сформирован, а меня там знают, надеюсь не откажут, можно попробовать.

Тут удивилась уже Анна:

— Я в театре? Что же я там смогу делать?

— Если ты думаешь, что в театре служат только актеры, то ты ошибаешься. Театр — это многофункциональный организм, и знание делопроизводства там отнюдь не помешает, но, может быть, там ты найдешь себе другое дело по душе. Не отказывайся, давай попробуем, театр — это очень интересно.

Анна согласно кивнула головой:

— Хорошо, давайте попробуем.

— Вот завтра и пойдем. О! Кажется, Гриша проснулся, о нем не беспокойся, мы с ним тоже найдем себе дело.

Анастасия Георгиевна поспешила к Грише, а Анна вслед ей прокричала:

— Только, пожалуйста, не обучайте его актерскому мастерству, ему еще рано.

На следующий день все втроем отправились в театр. Анастасия Георгиевна попросила разрешения поприсутствовать на репетиции. Ставили какой-то современный спектакль. На удивление Гриша очень заинтересованно всматривался в происходящее на сцене, хотя они выбрали места в зрительном зале подальше от сцены, опасаясь, что ему быстро надоест, начнет плакать или разговаривать, но этого не случилось и очень порадовало Анастасию Георгиевну. Через некоторое время она покинула зал и велела ждать ее здесь или в фойе. Вернулась она очень скоро и шепнула Анне:

— С директором я поговорила. Сегодня он занят, а завтра готов с тобой встретиться. Предложил прийти к десяти часам.

Глава V. Кажется, это новая жизнь — театр, но почему опять..?

Уже два года Анна служит в театре, поначалу ее приняли в штат в качестве помощника секретаря директора. Эта странная должность была придумана только благодаря просьбе Анастасии Георгиевны и уважительному к ней отношению со стороны директора. Первое время Анна тяготилась своим странным и неопределенным положением, она чувствовала холодность, пренебрежение и даже ревность со стороны секретаря, молодой женщины, которую звали Светланой, было очевидно, что она очень дорожит своим местом и расположением директора. Неприятная натянутость в отношениях со Светланой продолжалась недолго, Анна нашла повод поговорить по душам со своей формальной начальницей, и ей удалось наладить с ней отношения. В один из дней, когда директор был вызван к городскому начальству, Анна приготовила кофе, которым для такого важного разговора поделилась с ней Анастасия Георгиевна и предложила выпить по чашечке:

— Светлана, вы любите кофе? У меня он по случаю появился, разделите со мной удовольствие?

Секретарь Светлана удивленно посмотрела на две маленькие чашки с ароматным напитком:

— Когда-то давно я пробовала кофе, тогда мне это не очень понравилось. Какие чашки маленькие, именно из таких его и полагается пить?

Анна улыбнулась:

— Да, именно из таких. Они неожиданно обнаружились в театральном буфете. Считается, что кофе очень возбуждает и даже влияет на сердце, но в малых количествах он заряжает энергией, поднимает настроение и после чашки кофе жизнь не кажется слишком сумрачной и безрадостной.

Светлана улыбнулась в ответ:

— Хорошо. Давайте попробуем.

Анна протянула ей чашку:

— Этот напиток притягивает ароматом, но поначалу может озадачить своим вкусом, делайте по маленькому глотку и когда вы к нему привыкните, будете получать настоящее наслаждение.

Светлана с интересом слушала Анну и сделала небольшой глоток:

— Да. Пожалуй, вы правы, к нему надо привыкнуть.

— Еще, он располагает к разговору, а нам с вами есть о чем поговорить. Мы с вами уже немало дней работаем вместе, а как будто незнакомы. Я думаю, что будет гораздо лучше, если мы станем здороваться и улыбаться друг другу и, кажется, я знаю, как это сделать.

Светлана смягчилась и сделала еще глоток:

— Интересно, что же надо сделать, чтобы начать здороваться?

— Просто нужно установить границы территорий. К примеру: ваша территория — работа с директором и внешним миром, я же могла бы сосредоточиться на внутренней жизни театра в рамках ваших поручений, конечно. Для меня очень важно было получить работу и раз уж это произошло, хочется работать с удовольствием, быть полезной, а вечером возвращаться к сыну в хорошем настроении.

— У вас есть сын, и муж тоже есть?

— Сыну идет уже пятый год, а мужа нет, он погиб.

Светлана с сочувствием посмотрела на Анну:

— Простите, не знала. А у меня нет ни мужа, ни сына, только работа.

— Все еще будет. Вы работаете в театре, вокруг актеры, зрители, а главное — вы молоды, все еще придет.

Светлана вздохнула:

— У актеров, почти у всех, жены. Заняты они своими ролями, да еще актрисами, — она рассмеялась, — может вечерами оставаться на спектакли?

— Почему бы нет? Главное не грустить и не опускать руки.

Они допили кофе, и с этого дня атмосфера в приемной директора переменилась, даже стало казаться, что посетителей стало много больше и те, кто приходил по различным надобностям, не спешили уходить. Две красивые и доброжелательные женщины магически действовали на посетителей, а директор даже как-то пошутил:

— Мне кажется, кассу театра стоит перевести в приемную, думаю, посещаемость театра резко возрастет.

За прошедшие два года, занимаясь внутренней жизнью театра, Анна постепенно приближалась и вникала в творческий процесс работы актеров. Первое, чем ей пришлось заниматься — подготовкой и тиражированием текстов пьес для новых постановок, а также созданием дополнительных копий по личной просьбе некоторых актеров. Актеры люди творческие, частенько теряли или портили свои копии, заливали чаем и даже вином, и Анне приходилось помогать им выходить из затруднительного положения. Она это делала доброжелательно и с улыбкой и за это актеры платили ей добрым отношением. Иногда, выполняя их просьбы, ей приходилось оставаться в театре до позднего вечера, она делала это потихоньку, стараясь, чтобы начальство об этом не узнало, но долго скрывать это не удалось. Режиссер театра заметил, что время от времени вечерами в приемной подолгу горит свет и как-то в антракте спектакля заглянул посмотреть, что там происходит:

— Анна Леонидовна? Не ожидал застать вас здесь в такое время, думал, здесь просто забыли выключить свет.

Анна отвлеклась от работы и, усмехнувшись, ответила:

— Я тоже не рассчитывала, что мы с вами сегодня увидимся.

— Извините, если помешал, но позвольте полюбопытствовать. То, что вы делаете? Это во благо театра? Если что-то другое, ваше личное, можете не отвечать.

Анна чуть помолчала, потом ответила:

— Иван Николаевич, я вам скажу, если пообещаете, что это останется между нами.

Тут уже режиссер высоко поднял брови: