Алексей Зайцев – Ключ от бездны (страница 4)

"Мисс Нортон, вернитесь немедленно!" – резко скомандовал Кляйн, но его голос доносился как сквозь толщу воды, искажённый и далёкий.

Внезапно шёпот сменился оглушающей тишиной, и в этой тишине они услышали звук шагов, доносящихся из недр пирамиды. Медленные, тяжёлые шаги, как будто что-то огромное и неуклюжее приближалось к выходу.

Чёрный вход в пирамиду, зиявший подобно ране в теле земли, казалось, стал ещё темнее, ещё более бездонным. И из этой тьмы медленно выступила фигура.

Это был человек – или что-то, что когда-то было человеком. Высокий мужчина в остатках лабораторного халата, с седыми волосами и лицом, которое Элиза сразу узнала из новостных репортажей: доктор Самуэль Эванс, руководитель пропавшей экспедиции.

Но это уже не был Эванс, которого знал мир. Его кожа была покрыта чёрными венами, пульсирующими под поверхностью, как будто нечто чужеродное циркулировало вместо крови. Глаза, когда-то карие, теперь были заполнены абсолютной, всепоглощающей чернотой – не просто тёмные, а словно миниатюрные чёрные дыры, вытягивающие свет и надежду из окружающего мира. И самым страшным была улыбка – широкая, неестественная улыбка, растягивающая лицо до предела, обнажающая слишком много зубов, которые казались острее, чем должны быть у человека.

"Добро пожаловать," – произнёс Эванс, но его голос звучал… неправильно. Как будто несколько голосов говорили одновременно, накладываясь друг на друга, создавая жуткую какофонию. "Мы так долго ждали новых гостей."

Солдаты немедленно подняли оружие, целясь в то, что когда-то было доктором Эвансом.

"Стоять на месте!" – крикнул один из них. "Ещё шаг, и мы открываем огонь!"

Существо, носящее лицо Эванса, склонило голову набок под неестественным углом, как будто шея его была сломана.

"Огонь?" – переспросило оно с нотками искреннего любопытства в голосе. "О, мы знаем огонь. Мы были рождены в огне умирающих звёзд, задолго до того, как ваш род научился ходить на двух ногах."

"Доктор Эванс," – осторожно начал Кляйн, делая шаг вперёд. "Вы помните, кто вы? Что произошло здесь?"

Существо рассмеялось – звук, напоминающий скрежет металла по стеклу, от которого волосы вставали дыбом.

"Эванс? О, его здесь больше нет. Он был… недостаточно вместителен для нас. Слишком хрупкий сосуд. Но он послужил своей цели – открыл дверь, выпустил нас из заточения."

"Кто – 'нас'?" – спросила Элиза, не в силах сдержать журналистское любопытство даже перед лицом неведомого ужаса.

Существо повернулось к ней, и она почувствовала, как чёрные глаза буквально впиваются в её душу, исследуя, оценивая.

"Мы – те, кого боятся даже ваши боги," – прошептало оно, и каждое слово ощущалось как ледяной кинжал, вонзающийся в мозг. "Мы – воплощение вашего самого древнего страха. Тени, скрывающиеся за вратами реальности. Хранители знаний, которые могут свести с ума. Мы были здесь до начала времён, и мы будем здесь, когда последняя звезда погаснет."

"Оно свободно," – существо повторило ту же фразу, которую Элиза слышала в трансляции перед её прерыванием, но теперь в ней звучало ликование. "Свободно после эонов заточения, наложенного теми, кого вы зовёте титанами. О, они знали, чего боятся. Они заключили нас здесь, надеясь, что мы никогда не вырвемся. Но время – наш союзник, а не их. И теперь… теперь мы вернёмся. И потребуем то, что наше по праву."

"Огонь!" – скомандовал солдат, и воздух наполнился грохотом выстрелов.

Пули прошивали тело существа, но оно не падало, не кровоточило. Вместо этого в местах попадания образовывались чёрные дыры, которые тут же затягивались, как будто плоть была не материальной, а жидкой.

"Примитивно," – вздохнуло существо. "Но любопытно. Позвольте показать вам кое-что более… впечатляющее."

С этими словами тело Эванса начало меняться. Кожа растянулась, как резина, кости под ней смещались с влажным хрустом, конечности удлинялись и искривлялись под невозможными углами. Через несколько секунд перед ними стояло уже не человекоподобное существо, а нечто выходящее за рамки земной биологии – существо с множеством конечностей, каждая из которых заканчивалась не то клешнёй, не то жалом, с телом, покрытым чёрной, пульсирующей плотью, и всё тем же лицом Эванса, застывшим в неестественной улыбке.

"Бежим!" – крикнул Кляйн, хватая Элизу за руку и таща её прочь от пирамиды.

Солдаты продолжали стрелять, отступая, но существо двигалось с невероятной скоростью для своих размеров. Одним взмахом удлинённой конечности оно схватило ближайшего солдата и подняло его в воздух. Крик человека резко оборвался, когда его тело буквально расплавилось, чёрная субстанция проникла через кожу, поглощая плоть и кости, оставляя лишь пустой защитный костюм, который упал на землю бесформенной массой.

Элиза бежала, не оглядываясь, сердце её стучало так громко, что казалось, вот-вот разорвёт грудную клетку. Она слышала крики остальных солдат, звуки выстрелов, а затем… тишину. Ужасающую тишину, нарушаемую лишь звуком шагов чего-то большого, приближающегося сзади.

Они с Кляйном достигли границы лагеря, когда доктор внезапно споткнулся и упал.

"Уходи!" – прохрипел он, и Элиза с ужасом увидела, что его нога покрыта чёрными жилами – такими же, как у существа, в которое превратился Эванс. "Беги к кораблю! Предупреди остальных!"

"Я не могу бросить вас!" – крикнула она, пытаясь поднять его.

"Уже поздно," – Кляйн отстранил её руку. "Оно… внутри меня. Я чувствую его. Иди! Кто-то должен рассказать, что здесь произошло."

С тяжёлым сердцем Элиза побежала дальше, к месту посадки транспортника. Позади неё раздался нечеловеческий крик – последний звук, изданный доктором Кляйном перед тем, как тьма поглотила его.

Она выбежала на открытое пространство и увидела, что многие из отряда уже вернулись к кораблю – бледные, напуганные, некоторые ранены. Капитан отдавал приказы о немедленной эвакуации.

"Что произошло?" – спросил он, увидев Элизу. "Где остальные из вашей группы?"

"Мертвы," – выдохнула она. "Все мертвы. И эта… эта тварь идёт сюда."

Как будто в подтверждение её слов, со стороны лагеря донёсся низкий, вибрирующий гул, от которого дрожала земля.

"На корабль! Всем на корабль!" – заорал капитан, и люди бросились к транспортнику.

Элиза взбежала по трапу, всё ещё сжимая в руках квантовый регистратор, который записал всё происходящее. Через иллюминатор она видела, как из-за линии деревьев появляются тёмные фигуры – десятки существ, подобных тому, в которое превратился Эванс, но разных форм и размеров, словно тьма экспериментировала с телами захваченных людей.

"Взлетаем! Немедленно!" – прокричал капитан, и двигатели транспортника взревели, поднимая его в воздух.

Корабль трясло, система стабилизации работала на пределе, пытаясь компенсировать турбулентность. Через иллюминатор Элиза увидела, как чёрная волна – живая, пульсирующая тьма – накрывает место, где только что стоял их корабль.

"Мы должны предупредить всех," – сказала она капитану, когда они вышли на орбиту. "То, что вырвалось из той пирамиды… оно не ограничится Кархон-4."

Капитан молча кивнул, его лицо было серым от усталости и шока.

"Все выжившие – в карантин по прибытии," – произнёс он. "Никаких контактов с внешним миром до полного обследования."

Элиза сжала квантовый регистратор. В нём содержались доказательства – доказательства того, что человечество столкнулось с чем-то, выходящим за пределы понимания. Чем-то древним и невообразимо могущественным.

Когда транспортник покидал атмосферу Кархон-4, она бросила последний взгляд на планету. С орбиты было видно, как чёрная субстанция растекается от пирамиды подобно чернильному пятну, поглощая всё на своём пути.

"Это только начало," – прошептала она.

Глава 3: «Предвестники бедствия»

«Свобода – лишь сладостная иллюзия для тех, кто слишком боится смотреть в глаза ужасающей истине. Мы, гордые существа с короткой памятью и непомерной самоуверенностью, строим свои хрупкие цивилизации на песке отрицания, не желая признать, что все наши достижения – лишь временная отсрочка от неизбежного. Те, кто пришёл из тьмы, из пространств между звёздами, где законы физики истончаются до несуществования, знают это лучше всех. Они носят в себе невыразимую истину, которая, будучи услышанной целиком, может свести с ума самый стойкий разум».

– Из «Запретных хроник человечества», глава VIII, архив Земли, обожжённый фрагмент

В бесконечной тишине космоса, пронизанной лишь холодным мерцанием далёких звёзд, Алексей Волков склонился над мониторами, вглядываясь до боли в глазах в непостижимый танец цифр и спектральных линий. Его пальцы, бледные и дрожащие, скользили по сенсорной панели, пытаясь ухватить ускользающий смысл аномалии. Диаграммы на экране извивались подобно живым существам, насмехаясь над всем, что он знал об устройстве вселенной.

Астрофизик провёл ладонью по небритому лицу, чувствуя, как липкий холодный пот стекает по спине. За последние трое суток без сна реальность начала размываться по краям, словно акварельный рисунок под дождём. Мысли путались, но Алексей знал одно – в данных, поступающих с внешних сенсоров станции, таилось нечто невообразимое, нечто, что противоречило фундаментальным законам физики, на которых зиждилось всё его понимание космоса.