Алексей Янов – Запад-36 (страница 17)
— Тамошний «кислотный цех» при «ДКХЗ» («Дорогобужский коксохимический завод») будет производить из угольного газа много серы и серных кислот, необходимых нам для сульфатного процесса. Сами понимаете, соды, на такие огромные объёмы производства, хватать не будет!
— Как — то боязно, государь так всё разом менять …
— Наоборот, боязно жить, ничего в жизни не меняя и не развиваясь! Вы посмотрите на меня. Я никогда не боялся перемен, сам менял всё вокруг себя. И что теперь? Некогда засасываемое в болото, дробящееся на уделы Смоленское княжество, сейчас превратилось в мощнейшее государство не только Руси, но и Европы! Причём не только и не столько с военной точки зрения, сколько по развитию промышленности и ремёсел! А если бы я сидел подобно вам «тише воды, ниже травы», то давно бы зарос травой под могильной плитой! В лучшем случае, пропадал бы в бегах, скитаясь как неприкаянный! А вы заладили — и то вам боязно и это страшно — словно не мужи взрослые, а бабы малолетние! Если так дело дальше пойдёт, то скоро вы будете перемены погоды и времени суток бояться! Приказываю вам, как ваш государь — не бояться никого и ничего! — уверенно и со всей твёрдостью в голосе заявил я.
— Умеешь ты государь красно молвить, да убедить!
— Вот и договорились! Вот и по рукам! — я встал и бодро пожал всем руки. Потом усевшись обратно заявил, как само собой разумеющееся:
— Вы за свой счёт осуществляете все строительные работы, а я — поставляю всё необходимое оборудование. Кому всё это строить — найдётся! Скоро рабочих рук в Дорогобуже будет пруд пруди!
Всецело я не стал доверяться, только лишь на защиту купюры водяными знаками, но и их не игнорировал, введя в банкнотах, в качестве водяных знаков, всего три, зато всем понятных и без перевода буквы — С К Б. Кроме того, печатать деньги из обычной, ничем дополнительно не обработанной бумаги у меня никак не лежала душа. Всё — таки бумага на банкнотах должна отличаться от обычных листов бумаги, чтобы вызывать больше доверия у потребителей. И подделать такие дензнаки уже никто не сможет, если, конечно, не украдёт с завода компоненты, так как нигде больше во всём мире их будет невозможно найти. Но и повторять бумагу, разработанную для векселей и чеков (глянцевую и непромокаемую) тоже не хотелось, поэтому пришлось поломать голову над новой защитой купюр.
Прочность банкноты была увеличена благодаря не сложной операции — простым погружением бумаги на несколько секунд в азотную кислоту, с последующей тотчас тщательной промывкой в воде. Приготовленные таким образом банкноты можно мыть и мять, как полотно. Опыты с подвешиванием к бумажной полоске тяжестей показали, что обработанная азотной кислотой бумага в десять раз прочнее обычной. Денежные знаки в рублёвом номинале подвергались серебрению раствором хлористого олова в воде, подкисленной небольшим количеством соляной кислотой. В этот раствор вставлялась пластинка цинка и оставалась в растворе до тех пор, пока все олово не осядет в виде тонкого порошка. Полученный осадок промывали в воде, потом в разведённой уксусной кислоте и напоследок высушивали. Затем полученный металлический порошок растирался с клеевой водой, н наносился на банкноту. Через трафареты серебрились сами цифры номинала — 10 и 100. Также рублёвые банкноты номиналом в 10 и 100 рублей, для придания им огнеупорности, лучшей защищённости и просто внешнего лоска обрабатывались жидким стеклом. На купюры, с перерывами для просушки, наводили несколько слоёв жидкого стекла.
Банкноты я разработал номиналом 1, 5 и 10 полушек; 1, 5 и 10 копеек; рубли — 1, 10 и 100 руб.
Введением банкнот я намеривался аккумулировать в «СКБ» абсолютное большинство драгметаллов находящихся в торговом обороте княжества. Без этого шага никак не удастся обеспечить и профинансировать излишне гипертрофированную военную машину, нуждающуюся в военных поставках, в беспрецедентных до сели на Руси, как по масштабу, так и по объёмам.
В этих условиях, чтобы не сорвать планы развёртывания новых воинских частей, эмиссия денег будет находиться под жёстким контролем. Денежный оборот должен зависеть только от самой необходимости в потребной на все вышеозначенные нужды денежной массе. А также, быть независимым от естественных ограничений налагаемых физическим наличием или отсутствием серебра. Опора только на драгметаллы серьёзно сдерживает развитие экономики. Если у тебя нет серебряных гривен или их не достаточное количество, то ты никак не можешь закупить нужные тебе промышленные товары в максимально большом объёме. Иначе говоря, предприятие может потенциально произвести, условно говоря, 100 единиц продукции, но оно будет производить не столько, сколько возможно, а столько, за сколько ты способен заплатить. Способен ты оплатить заказ на 10 единиц продукции — значит, и получишь 10 единиц, способен оплатить 90 единиц — значит столько и получишь. Мне же требовалось загрузить все наличные производственные мощности даже не на 100, а на 110 % процентов! И чтобы это осуществить требуется, при заказе продукции, опираться не на количество серебра, которого всегда бывает мало, а на степень загруженности производственных мощностей.
Ситуация по вводу в оборот бумажных рублей облегчается тем, что большую часть продукции, закупается внутри княжества, более того, у своих же собственных, или у совместных предприятий. Уж их — то я могу загрузить на круглосуточную работу и заставить принимать любую оплату. Сейчас, когда я имею собственные рентабельные промышленные предприятия, совместные предприятия и действующую банковскую систему, появилась возможность легко и безболезненно ввести в оборот ограниченно обеспеченные серебром деньги.
С помощью банковской системы можно будет отслеживать ситуацию в экономике, поддерживая включением/выключением «печатного станка» уровень инфляции или дефляции, при этом, совсем не ограничивая себя количеством серебра. Для успешного развития экономики денег нужно столько, сколько требуется, а не столько, сколько есть в казне серебра. Тем паче, что русские княжества не имеет собственных серебряных или золотых рудников. Надеется, строя свою национальную финансовую систему, лишь на положительное внешнеторговое сальдо с иностранными партнёрами — глупо и недальновидно. Россия не один век просидела на такой удавке, вынужденно балансируя и ограничивая свои потенциальные возможности развития. Готовые товары Западу не нужны, им надо более дешёвое сырьё, а России нужно серебро для функционирования экономики. Как, в таком случае, будет развиваться ситуация, догадаться не сложно. Россия, как и было когда — то, быстро превратится в поставщика сырья. Это произойдёт непременно, как только иностранцы будут способны повторить, создать аналогичные русским промышленные товары. А потом скажут русскому Правительству примерно так: «Нужно серебро? Нет проблем — продавайте нам ваше сырьё!». И экономика Росси опять подсядет на сырьевую «наркотическую» иглу. Сейчас самое время оборвать этот порочный круг!
Сейчас, в целом, промышленность русских княжеств находится примерно на одном уровне с промышленностью европейских стран. Никаких серьёзных прорывов вперёд у европейцев ещё не случилось. Более того, произошла обратная ситуация в одном отдельно взятом Смоленском княжестве. Оно создало глобальный отрыв от европейской «научно — производственной школы». Ассортимент уникальных товаров, производимых в Смоленске, уже сейчас вынуждает иностранных купцов расставаться с серебром и золотом, чтобы эти товары купить. Поэтому, им будет без разницы, каким именно способом эти дефицитные товары покупать. Раньше они напрямую отдавали серебро за товары, теперь же, изменится лишь то, что они будут вынуждены сначала обменивать серебряные слитки на бумажные деньги, а уж затем покупать потребный им «высокотехнологичный» товар. Но это лишь первый, казалось бы, безобидный шаг, сделав который, иностранцы с высокой долей вероятности попадают в хитро расставленную ловушку финансовой зависимости от Смоленска.
Следующий шаг, логично вытекающий из первого — напрямую покупать европейские и другие иностранные товары за бумажные рубли. Поначалу все иностранцы отнесутся к бумажным деньгам настороженно, но когда они поймут, что продав свой товар за бумажные деньги, они смогут приобрести любой реальный товар в Смоленском княжестве, то они тотчас примутся гоняться за бумажными деньгами, не меньше чем за серебром. Конечно, это понимание, в первую очередь, придёт к моим партнёрам, торгующими со мной и в целом со Смоленской Русью. Потом это понимание, как до жирафа, дойдёт и до всех остальных купцов. И со временем, эти бумажные деньги, за которые можно купить дорогие эксклюзивные товары смоленского производства, обязательно, по всем законам экономики и логики, превратятся, хоть ничем и не обеспеченную, но зато свободно конвертируемую валюту, типа американского доллара. Хотя почему ничем не обеспеченную? В конце концов, бумажные рубли дают всякому их обладателю гарантированную возможность купить на них уникальные и дорогие смоленские товары, одно это уже не мало значит! Опыт хождения латунных денег эти выводы, со всей очевидностью, уже подтвердил.