Алексей Вязовский – Я спас СССР! Том V (страница 7)
– Парни… это у кого же в Москве так голова хорошо варит? – задумчиво спрашивает один из киевлян.
И два гада, которых я еще недавно считал своими лучшими друзьями, тут же сдают меня народу со всеми потрохами. Ехидно добавив при этом, что доску для серфа тоже придумал я. Вот и ходи с такими потом в разведку!
– Да, ладно?!! – изумляется Ясь – ты же с журфака, гуманитарий?
– А что, только вам технарям изобретать всякие полезные штуки? – шутя, возмущаюсь я – Доску для серфа вообще-то я не изобрел, ее на Гавайях еще лет двести назад придумали. И использовать стеклопластик – тоже не свежая идея, в США давно до этого додумались. Просто у нас в стране никто серфингом не занимался. Но объяснения этому есть. Даже два. Доска для серфа довольно громоздка, в общественном транспорте ее не удобно перевозить. По-хорошему, нужна машина, а у многих ли она есть? Ну и волны у нас на Черном море, конечно, с океанскими не сравнить.
– Но теперь-то хоть все изменится, раз ЗиЛ за это дело взялся? Доски начнут выпускать?
– Начнут. На ЗиЛе готовят к выпуску экспериментальную партию, несколько досок уже сделали для отряда космонавтов. Вы же читали в нашей статье, что сам Гагарин оказывает поддержку новому виду спорта, а он у нас Председатель Федерации Водных видов спорта.
– Слушайте, а не было идеи, чтобы в этой вашей Оленевке целую турбазу для водников построить?
– Мысль такая есть. Но как вы понимаете, Юрию Алексеевичу сейчас немного не до этого.
Все понятливо улыбаются, а настырный Ясь все не сдается – чувствуется, что в компании львовян он главный заводила.
– Хорошо… а можно будет летом вам на хвоста сесть, когда вы снова в Оленевку соберетесь? Очень хочется посмотреть, как же это на практике происходит!
– Почему нет. У нас теперь тоже две доски. Вот только на юг летом выбраться будет гораздо сложнее из-за работы в журнале.
– Но ведь все равно поедете?
– Обязательно! Скажу вам по большому секрету – мы еще и парус хотим на доску для серфа поставить. Тогда на ней можно будет даже на пресноводных водоемах кататься, был бы только хороший ветер.
– Здорово! А что если…
Львовяне тут же с энтузиазмом погружаются в технические дебри, обсуждая между собой конструкцию крепления паруса к доске. Но дальше раскрывать все свои секреты я не спешу, поскольку это уже связано с получением патента на изобретение. Задачку я им подкинул, пусть поломают голову. И пора уже сменить тему, а то девушки немного заскучали.
Кто-то из них удачно спрашивает меня про Японию, и я с удовольствием переключаюсь на свою любимую тему. Доски вскоре забыты, все с увлечением расспрашивают про далекую загадочную страну, о которой в СССР известно очень мало. Ну, и про Олимпиаду конечно. Недавняя победа нашей сборной еще долго не забудется, и будет радовать сердца советских людей.
А вообще, молодежи интересно все. Сейчас я начинаю понимать, как мало информации у студентов о том, что происходит не только в мире, но даже и в родной стране. Вот почему у народа такой огромный спрос на печатные издания – просто узнать что-то интересное ему зачастую больше и неоткуда. Телевидение в стране только еще получает широкое развитие, а фильмов – художественных и документальных – снимается до обидного мало.
Но ответить на все вопросы студентов я просто не в силах, для этого и целой недели не хватит. Часа через три я уже сам взмолился о пощаде.
– Давайте вы свои вопросы напишите нам на бумаге? Или пришлете потом письмом в редакцию. У нас же в журнале есть замечательная рубрика «Вопрос-ответ», где мы отвечаем на вопросы, присланные нам читателями.
– Точно ответите? – недоверчиво прищуривается девушка, которая пришла вместе с Соней.
– Обещаю. Если не в ближайшем номере, то в следующих точно.
– Ладно, тогда почитайте нам свои стихи, или лучше песни спойте. Так мало по радио звучит новых песен.
– Да, с удовольствием! Но при одном условии. Петь мы с вами будем по очереди. Несколько песен я, потом кто-то из вас. Потом снова я. Договорились?
Я беру гитару в руки, устраиваюсь поудобнее. Перебираю струны. С чего бы начать, так чтобы без пафоса и не заунывно? А начну-ка я с беспроигрышного варианта.
– Друзья, первая песня о вечном и наболевшем. О плохой погоде.
Народ слушает, притихнув, некоторые открыв рот. Какая интересная реакция… Даже сразу и не поймешь понравилось им или нет. Но поскольку пою я, улыбаясь, всем становится понятно, что песня шуточная. И когда я в очередной раз затягиваю куплет, некоторые мне уже вовсю подпевают. В конце срываю бурные аплодисменты.
– А про зиму есть? – интересуется Петя.
– Есть. Итак: по заявке студента Петра из Киева звучит песня «Зима».
Поскольку у этой песни Юрия Лозы припева как такового нет, все просто слушают, даже не пытаясь мне подпеть. Снова звучат аплодисменты, а у девчонок в глазах появляется знакомая мне поволока. Обычная история – на девушек такой репертуар действует безотказно.
Краем глаза замечаю, что в Сониной компании кто-то усердно записывает слова песен. А как же ноты? Хотя… что им ноты, если они как и Ротару учатся в музыкальном училище. Им такие простые песни, наверное, один раз достаточно услышать, чтобы потом легко повторить. Что ж, надо бы еще порадовать девушек. Например, вальсом ага… «Вальсом-Бостоном»
Я добавляю розенбаумовской хрипотцы в голос. Вижу как расширяются зрачки Ротару. Все, тоже «поплыла».
В общем, все три песни, исполненные мною, заходят на ура. Что радует. Для нынешней эстрады они не очень годятся, мой личный цензор Фурцева их не оценит – скажет, что мелодии слишком простенькие или слова слишком странные. Так что пусть уходят в народ как авторские. Передаю гитару киевлянам, среди них тоже нашелся любитель побренчать на гитаре. Даже интересно, чем он нас сейчас удивит?
Ну… К сожалению, не удивил. Если только песней «Давным-давно» из к/фильма «Гусарская баллада», уж больно неожиданно она прозвучала из его уст. Но сначала киевлянин по имени Олег спел «Песню о друге» – ту самую, где: «Ну а случись, что друг влюблен…», потом зажигательную «Эй моряк!» из к/фильма «Человек-амфибия». И даже «Дунайский венок» Пьехи. Гитара переходит к кому-то из львовян. И тоже все ожидаемо – «Песня шофера», «Черный кот», на десерт «Любовь – это яд» из к/фильма «Три плюс два». Из всего этого можно сделать только один вывод: в кино молодежь ходит очень активно, песни из фильмов знает и поет их с удовольствием. Спрашиваю у киевлян – А чего вы все известные песни поете, а своего сочинения что-нибудь есть? Парни смущаются, гитара снова переходит ко мне.
– Да, есть… но они слишком простые, чего хорошего можно самому придумать? Слова еще ладно, а музыку где взять?
– Ну, я например для двух зарубежных песен слова на русском придумал, очень неплохо получилось.
– Так ты поэт, для тебя это легко. А мы что…
– Можно подумать, у вас поэтов нет! – экспрессивно восклицает Лева – У нас в МГУ каждый второй пишет, самородков среди студентов полно. В Ленинграде в следующем году даже конкурс самодеятельной песни собираются организовать в рамках городского фестиваля молодежи.
– Да, ладно?! – удивляюсь уже я – откуда у тебя такая информация?
– Пилецкий рассказал – неохотно признается Коган.
– Отличная новость! Надо будет нам написать об этом конкурсе, а лучшие песни опубликуем – займешься этой темой? Командировку тебе организуем.
Лева радостно кивает. Сгонять в Питер на такой конкурс – идея отличная, журнал ведь должен освещать разные стороны студенческой жизни, и культурной в том числе.