Алексей Волынец – Неожиданная Россия. XX век (страница 111)
В 1938-39 годах прошла целая череда боёв наших и японских войск у озера Хасан и на реке Халхин-Гол. Только на фоне грандиозных битв Второй мировой войны они кажутся небольшим локальным конфликтом, но по сути это была настоящая война между Японией и СССР.
На тот момент японские военно-морские силы были сильнейшими на планете и на голову превосходили советский Тихоокеанский флот. 14 линкоров, 10 авианосцев, три десятка тяжелых и лёгких крейсеров, свыше 60 эсминцев. Всей этой мощи наш флот на Тихом океане мог противопоставить лишь 16 миноносцев. Относительное равенство сил Советский Союз здесь смог достичь только по подводным лодкам. Таким образом все морские границы на востоке нашей страны, от Приморья до Камчатки, были открыты для японских ударов и десантов.
Значительная часть влиятельных японских политиков и генералов выступали за масштабную войну против нашей страны, чтобы, опираясь на ресурсы захваченных Кореи и Китая, и на могущественный флот, присоединить к своей империи русский Дальний Восток. Ещё в 1936 году в Берлине между гитлеровской Германией и Японией был подписан так называемый «Антикоминтерновский пакт», официальный договор о союзе против СССР.
В этих условиях Москва справедливо опасалась, что большая война может возникнуть, как на западных, так и на восточных границах Советского Союза. И как минимум до лета 1940 года (до разгрома немцами Англии и Франции) опасность большой войны с Японией была даже выше, чем с Германией.
Летом 1940 года нарком обороны маршал Тимошенко писал Сталину: «Советскому Союзу необходимо быть готовым к борьбе на два фронта: на Западе против Германии, поддержанной Италией, Венгрией, Румынией и Финляндией, и на Востоке – против Японии как открытого противника, или противника, занимающего позицию вооруженного нейтралитета, всегда могущего перейти в открытое столкновение».
Против СССР японцы в любой момент, не считая могущественного флота, могли бросить 50 дивизий, свыше 1000 танков и 3000 самолётов. Нашей стране приходилось готовиться к большой войне на два фронта, на Востоке и Западе одновременно.
Нападение Германии на СССР резко обострило обстановку и на советско-японской границе. Один из пограничников на заставе в Приморском крае так вспоминал будни 1941 года: «Японцы вели себя агрессивно. Мы в светлое время на границе не показывались – обязательно обстреляют…»
Подобная обстановка сохранялась на протяжении всех лет Второй мировой войны. Например, за один лишь 1942 года только в Приморье было зарегистрировано свыше 500 диверсионных вылазок и переходов сухопутной границы СССР группами и подразделениями японских военнослужащих.
Правительство в Токио и командование японской армии хотели иметь «законный» повод для объявления войны, чтобы атаковать СССР после того, как Гитлер добьётся решающего успеха на Западе. 2 июля 1941 года Япония начала подготовку к нападению на нашу страну, к августу численность японских войск у границ СССР была увеличена в два раза и достигла 600 тысяч. По разработанному японским генштабом плану «Кантокуэн» наступление планировалось начать после 19 августа 1941 года.
Японцы ждали либо падения Москвы, либо резкого сокращения численности советских войск на Дальнем Востоке – после поражения в Белоруссии и на Украине советским армиям на Западе неизбежно требовались подкрепления с Востока. Руководству СССР пришлось решать сложнейшую задачу – взять на Дальнем Востоке резервы, необходимые для защиты Москвы, в то же время не ослаблять оборону границ с Японией.
С 22 июня 1941 года на нашем Дальнем Востоке ждали японского нападения. Военный совет Дальневосточного фронта направил директиву своим частям: «Помните, мы в любую минуту можем оказаться перед фактом войны здесь, на Востоке.»
Немецкая и японская военные разведки активно сотрудничали, обмениваясь информацией о составе и численности советских войск на Востоке и Западе. Не случайно начальник разведуправления Квантунской армии генерал-майор Янагита Гэндзо вскоре был награждён Гитлером орденом «Германского орла со звездой» – высшей наградой гитлеровской Германии для иностранцев.
Немцы фиксировали появление на своём фронте дальневосточных советских дивизий и передавали эту информацию японцам. К июню 1941 года на Дальнем Востоке находилось три десятка советских дивизий – готовясь к нападению, японская разведка ждала, когда половина советских сил будет переброшена на Запад, против Гитлера.
На июнь 1941 года Дальневосточный фронт насчитывал 432 тысячи бойцов, 27 тысяч пулеметов, почти 5 тысяч орудий, 4 тысячи минометов, почти 3 тысячи лёгких танков и 1940 самолётов (еще 1053 самолета состояли на вооружении Тихоокеанского флота и Амурской речной флотилии), 20 тысяч грузовиков, 8 тысяч тракторов и 84 тысячи лошадей. Поскольку опасность на Западе считалась первостепенной, Дальний Восток получал минимум нового оружия – например, в 1941 году здесь не было ни одного нового танка КВ и Т-34.
Поскольку с июня 1941 года рассчитывать на резервы и новое оружие не приходилось, на Дальнем Востоке развернулись грандиозные оборонительные работы. Прежде всего, против могущественного флота Японии, выставили минные заграждения, прикрывшие походы к Владивостоку, Советской-Гавани, Петропавловску-Камчатскому и другим дальневосточным портам.
Новые морские мины в первую очередь использовались на Балтике и Чёрном море, поэтому Дальнему Востоку пришлось защищаться ещё царскими минами, произведенными в 1908-14 годах. Часть из них, из-за длительных сроков хранения проржавели и были сорваны штормами, например, к 1943 году на подходах к Владивостоку уцелело только 10 % поставленных в начале войны мин.
До 1941 года на Дальнем Востоке было создано 12 укреплённых районов. После 22 июня началось строительство еще семи, включая Камчатский оборонительный район и укрепления, прикрывавшие наиболее уязвимые участки Транссибирской железнодорожной магистрали, которая на отдельных отрезках шла почти вдоль границы с японцами.
Укрепления строили солдаты и гражданские жители. В июле 1941 года жители Хабаровска, используя только подручные средства и материалы, соорудили в нерабочее время 14-километровый противотанковый ров. По подсчетам командования в 1941-43 годах каждый житель Дальнего Востока в среднем одну неделю в месяц работал на строительстве оборонительных сооружений.
В городах Приморья и Хабаровского края все подвалы каменных зданий, стоящих на перекрёстках улиц, были переоборудованы в противотанковые и пулемётные ДОТы. Всю войну, до 1945 года на Дальнем Востоке готовили и бомбоубежища, только во Владивостоке их было выстроено 2303, а в Хабаровском крае – 7129, что позволяло укрыть от возможных бомбёжек одновременно 57 % всего населения.
На случай японского наступления заранее готовили и партизанскую войну. В Приморье, Хабаровском крае, Читинской области и Бурятии в 1941-43 годах было создано 392 партизанских отряда общей численностью 15 тысяч человек, прошедших подготовку для действий в тылу противника. В тайге для них оборудовали секретные базы и тайники с оружием и продовольствием.
В городах и посёлках Дальнего Востока из стариков, имевших опыт подпольной работы в годы гражданской войны, создавали законспирированные ячейки на случай японской оккупации. В мае 1942 года на Дальний Восток даже перебросили часть людей, которых осенью 1941 года подготовили в качестве подпольщиков для нелегальной работы в Москве, если её захватят немцы. После того как опасность столице миновала, они прибыли в Приморье и Хабаровский край с соблюдением всех мер секретности и приступили к подготовке конспиративной сети для борьбы в японском тылу, если противник сможет захватить дальневосточные города.
Опасность нападения не исчезла даже после того как Япония в декабре 1941 года начала войну против США – в боях с англичанами и американцами основной ударной силой был японский флот, тогда как большая часть сухопутной армии Японии продолжала оставаться в Маньчжурии и Китае, недалеко от советских границ. Вероятность японского нападения снизилась лишь в 1943 году, когда Токио не только втянулся в изнурительную войну против США на островах Тихого океана, но и окончательно убедился в том, что Гитлер не способен победить силы СССР на Западе.
Поэтому до конца 1942 года, в период наибольшей угрозы нападения со стороны Японии, все соединения и части первого эшелона советских войск на Дальнем Востоке были приведены к штатам военного времени и находились не в казармах, а непосредственно в заранее отрытых и подготовленных окопах. По ночам на боевых позициях дежурило 50 % солдат и командиров.
На протяжении всей Великой Отечественной войны наш Тихоокеанский флот находился в повышенной готовности – так называемая «боевая готовность № 2», которая предусматривала что по получении приказа флот максимум через 4 часа должен выйти в море. На огневых позициях стояли артиллерийские батареи, на аэродромах дежурили истребители, зенитные орудия противовоздушной обороны были готовы к немедленному открытию огня.
Войска на Дальнем Востоке активно готовился к войне – только в 1944 году было проведено 286 совместных учений Дальневосточного фронта и Тихоокеанского флота. При этом до 1945 года все лучшие силы и средства уходили на Запад, на войну против гитлеровской Германии. Поэтому треть солдат «тылового» Дальневосточного фронта составляли призывники старших возрастов, старше 40 лет, а на вооружении находилось устаревшее оружие с ещё царских складов. До 1945 года здесь не было ни одного танка новых типов, только устаревшие БТ и Т-26. Не смотря на ежедневную боевую подготовку дальневосточные войска питались по «третьей тыловой норме», то есть жили фактически впроголодь.