Алексей Витаков – Гнев пустынной кобры (страница 15)

– И все же. Почему тебя не тронули? – потрясенный от услышанного, Челик завороженно смотрел на Марию.

– Хм. Вот если я в одном углу положу слиток золота, а в другом свалю грязное тряпье, куда ты обратишь свой взор? Шахин настолько увлекся грабежом и переоформлением бумаг, что я вылетела у него из головы. Да и зачем я ему? Он своим звериным чутьем понимает, что через меня он не сможет воздействовать на Василеоса. А теперь прощай, юзбаши!

Но Челик не мог сдвинуться с места, он смотрел, как пальцы Марии ласкают воду. Особенно указательный палец привлек его внимание острее: на нем, словно малюсенькая соринка, трепетала коричневая родинка. Ему даже захотелось протянуть руку и стряхнуть ее.

– Сколько тебе лет? – неожиданно спросила Мария.

– Тридцать один! – Челик протянул руку к воде.

– Не нужно. – Мария бросила на него обжигающий взгляд. – Многие влюблялись в меня. Но я не могу принести счастья. Я слишком хорошо умею подслушивать чужие мысли. Возьми мой платок. Скинь его, когда будешь пролетать над горами. Муж поднимет и все поймет. Вода. Это ему подсказка. Иди с Богом, юзбаши!

Конь ждал капитана у входа, нетерпеливо пофыркивая в сторону реки, над которой поднимался розоватый туман. Он даже не удивился тому, что животное отыскало его. Вскочив в седло, он менее чем через час был уже в лагере. Взяв из прогоревшего кострища кусок угля, пошел к своему самолету.

«…Я иду на этот шаг потому, что моей душе тяжело!..» И нарисовал на борту черную, вскинувшуюся для смертельного броска кобру.

Глава 5

Подполковник Шахин вышел из своей палатки, как обычно, пощелкивая кончиком хлыста по краге. Не спеша раскурил сигару, сузившимися глазами посмотрел в сторону села. Над домами все еще висел огромным вороньим крылом дым остывающих пепелищ.

– Собрать всех командиров в моем шатре! – бросил адъютанту. И криво просияв съехавшей набок улыбкой, велел готовить кофе.

Через полчаса подполковник раскинул карту местности, поставив чашку с кофе в кружок на карте, где находился его лагерь.

– Итак, господа. Я решил продолжить операцию.

– У них больше ничего нет, – брякнул сержант Кучук.

– Сержант! – укоризненно одернул Шахин. – Прошу всех не перебивать. Я понимаю, что многие из вас и понятия не имеют о дисциплине. Но придется потерпеть. Где капитан Челик? Ага. Проходите, Ахмет. Тэк-с. Вот какими мыслями я хотел бы поделиться, уважаемые коллеги. Не пора ли нам выманить из своего логова этого Василь-агу? У меня в голове созрел план, ради которого я вас и собрал. Что если мы сделаем небольшой фейерверк? Просто подожжем церковь с греками.

Командир наемников Гюрхан Далма довольно осклабился.

– Очень неплохой план.

– А что это даст? Почему вы решили, что Василь выйдет спасать? Мы ведь казнили его отца – он не вышел. Грабили весь день – не вышел. Калечили детей – не вышел. Почему сейчас должен выйти? – задал длинный вопрос капрал Калыч.

– По нескольким причинам, эр-онбаши. Откуда ему было знать, что собираюсь казнить Зенона. Честно говоря, это была моя импровизация. По поводу всего остального: ответ тот же. Он рассчитывал, что мы, как обычно, наберем мобилизованных и поведем через горы, где он на нас и нападет. А село не тронем. Но мы его переиграли. А теперь нужно поджечь большой факел, который будет виден с высоких гор. Василеос не выдержит и кинется с мотыгами и несколькими ружьями навстречу своей судьбе. Тут-то капкан и захлопнется. Сержант Кучук Бурхан!

– Я, господин подполковник! – Кучук вытянулся по струнке.

– Вы со своими жандармами выдвинетесь к Халису и заляжете под берегом. Вам нужно пропустить отряда Анфопулоса и ударить потом в тыл. Гюрхану Далме с башибузуками необходимо выйти в село, обосноваться там и поджечь церковь. Я с пехотинцами останусь здесь, чтобы ударить с фланга. Они окажутся зажатыми со всех сторон. С левого фланга – река Халис, с тыла – жандармы, прямо – Далма и наемники, с правого фланга – я. А сверху, рукой Аллаха, ударит Ахмет Челик. Как вам такой план?

– План отличный! – по-змеиному прошипел командир наемников.

– Все согласны? – Шахин обвел взглядом штаб.

Командиры согласно закивали, поднимая большой палец.

– Тогда, господа, давайте приступим к подготовке. Завтра все должно свершиться. А пока все свободны. Сержант, что-то еще? – Подполковник удивленно посмотрел на замешкавшегося Кучука.

– Да, кюмакам! Простите, господин подполковник!

– Да валяйте уже.

– Я должен поставить вас в известность! – Сержант дождался, пока все командиры покинут шатер. – Сегодня ночью кто-то залез в складскую телегу.

– Воровство? Вы из-за этого решили меня подергать?

– Если бы дело ограничилось продуктами, то как можно. Но пропали десять револьверов, три винтовки и несколько пачек с патронами.

– У нас понемногу заводятся крысы. – Шахин почесал указательным пальцем под глазом. – И что, собственно? Устройте обыск. Накажите. Наверняка кто-то украл для последующей перепродажи.

– Обыскали. Мои жандармы клянутся в честности.

– Знаю я эти клятвы. Когда в глазах оживает алчный огонек, то удержать от соблазна ой как нелегко. Ну хорошо, что поставили меня в курс дела. Я прикажу провести обыск каждого пехотинца.

– А если это наемники?

– Тогда придется попрощаться. К ним я не полезу. А вы поставьте часового у склада.

– Слушаюсь, господин кюмакам.

– Да идите уже! – Шахин обреченно махнул рукой.

Сержант пригладил вспотевшие усы и попятился к выходу.

– Когда я родился, в небе сверкнула комета… – залепетал Кучук.

– Проваливайте к своей комете, сержант. Не мешайте сосредоточиться. Да, передайте капитану Челику, чтобы сделал наблюдательный облет предстоящего плацдарма. Мало ли чего.

«Фоккер Таубе» взмыл над лагерем и взял курс на горы. Заложив вираж, капитан начал снижаться. Он летел так низко, что видел бородатый мох на дубах, рваным саваном свисавший до припорошенной хлипким снегом земли. Он видел каждую тропинку, петлявшую между камней. Всматривался в каждый куст. Вихрем проносился возле пещер и гротов. Разрывал кипень облаков яростным винтом своего воздушного судна… Где ж вы? Где? Подайте хотя бы знак!..

Наконец среди скал дрогнули лапы сосен. Мелькнула фигура человека. Челик пролетел вперед на километр, развернулся и приготовил мешок. Опасно снизился, сбавил скорость до рискованной и сбросил посылку – брезентовый армейский мешок, перевязанный в горловине платком Марии. И снова взмыл. Разворот. Мешок висит на зеленых лапах ветвей. Человек внизу лезет на дерево и раскачивает ветки… Нашли. Все в порядке. Прочитайте внимательно письмо! Только прочитайте!..

Челик махнул рукой и вновь произнес про себя слова Марии. Они стали для него подлинным свидетельством мира и человека. Наставлением и молитвой. Между ребер медленно, но упорно зрело что-то, что было выше его самого…Мария…

Менее чем через двадцать минут воздушное судно капитана Ахмета Челика уже пролетало над пострадавшим греческим селом. Он внимательно смотрел вниз, отыскивая глазами знакомый дом. Нет, не ее. А того мальчика, до смерти забитого смоченной в соленой воде веревкой. Вон она – запекшейся раной светит из дорожной грязи. Значит, где-то дом того мальчика. Снизился. В опасной близости пролетел над черепичными крышами. Женщина несет воду из колодца. Та самая. Поднимается на крыльцо красивого дома с верандой. Капитан сбросил мешок, который ударился о крышу веранды и заскользил вниз, на землю. Упал за спиной женщины в нескольких метрах. Она оглянулась и удивленно подошла к мешку. Посмотрела вверх. Капитан махнул рукой, сделал еще разворот, на всякий случай. Мешка не было. Значит, забрала. Теперь все зависит только от них. Если захотят, то будут сопротивляться.

В двух километрах от села, над рекой Халис стоял дом Марии. Старая обветшалая лачуга, когда-то служившая убежищем для пастухов и рыболовов. С изъеденной временем крышей и темными, просевшими стенами. Вот почему вода сама наполняет кадку! Он вытащил из галифе маленький зеленый камешек, величиной с перепелиное яйцо, который он всегда брал из дома на удачу, прицелился, пролетая над уличным очагом. Бросок. Он не слышал звука удара, только видел, как снаряд ударился о кирпичную кладку очага и отскочил в снег.

Через два часа после вылета самолет Ахмета Челика приземлился в турецком лагере. Не успел капитан снять очки, как увидел грозного сержанта Кучука, торопливой походкой приближающегося вместе с двумя жандармами.

– Юзбаши Челик! – Сержант поднял правую руку, отдавая честь, вместе с тем показывая, что он при исполнении, а не лясы точить пришел.

– Чем обязан, кавус? – Капитан поднялся из кабины, ставя ногу на крыло.

– Служба, юзбаши! Нам нужно досмотреть ваш самолет и палатку, где вы живете. Приказ подполковника! Досматриваем всех без исключения.

– Даже башибузуков? – усмехнулся Челик.

– У них свои, хм-м, досмотрщики.

– Как вы сказали? – расхохотался капитан. – Валяйте. Только предупреждаю, если ваши толстоногие повредят самолет и он завтра не взлетит, то отвечать вам.

Кучук боязливо посмотрел на летательную машину и шевельнул мокрыми от пота усами:

– Мы не будем к ней прикасаться. Только оглядим со всех сторон. А вам требуется зайти к подполковнику.

– Чего он желает, не знаете? – Челик облегченно выдохнул.

– Ему нужен ваш доклад о пла… даме…