Алексей Виноградов – На пределе (страница 2)

- Сто пятьдесят рублей, - пискнула она.

Есения сунула руку в карман, вытащила пять тысяч, положила на стойку.

- Сдачи не надо.

И тут же подбежала к фургону. К старому, разрисованному яркими картинками «Сладкая сказка», с наклейками мультяшных персонажей. Есения опустилась на корточки, достала из-за пояса ключ. Ловким движением, как будто делала это тысячу раз, открыла замок на задней стенке фургона. Захар присвистнул. Внутри не было ни мороженого, ни холодильников. Внутри был гидроцикл. Чёрный. Компактный.

- А ты продумала всё, - сказал Захар, и впервые в голосе прозвучало что-то похожее на уважение.

- Садись, - бросила Есения.

Она запустила гидроцикл с одного рывка, перекинула ногу через сиденье. Захар плюхнулся сзади, обхватил её за талию, второй раз за ночь.

- Если ты сейчас снова откроешь парашют посреди Волги, я задушу тебя собственными руками, - предупредил он.

Гидроцикл рванул с места. Ветер ударил в лицо. Вода взорвалась веером брызг. Продавщица с мороженым осталась стоять с открытым ртом, сжимая в руке двести рублей и так и не поняв, что только что произошло. Они неслись по водной глади. Береговая линия Саратова уходила вправо. Мосты нависали сверху, подсвеченные гирляндами. Где-то сзади, далеко на набережной, завыли сирены.

- Куда мы едем? - крикнул Захар, перекрикивая рёв мотора.

Есения ничего не ответила. Она вела гидроцикл резко, с хищной точностью, уходя от фарватера в тёмные протоки. Два раза резко меняла курс, когда впереди замечала огни патрульных катеров. Через десять минут они пришвартовались у затона. Тихое место. Заброшенные причалы. Ржавые баржи. Где-то лаяла собака. Есения спрыгнула на бетонную плиту, привязала гидроцикл к старой покрышке. Захар слез следом, отжал футболку, вода текла с него ручьями. Она уже бежала вперёд, к тёмному силуэту машины, припаркованной под раскидистым тополем. Старый «Ленд Крузер». Грязный. С тонированными стёклами. Есения открыла багажник, вытащила сумку, за считанные секунды переоделась в сухое - чёрные леггинсы, свитер, кроссовки. Мокрую одежду кинула в целлофановый пакет.

- Пригнись! - скомандовала она Захару.

Он не спорил, упал на заднее сиденье. Над ними, прямо над набережной, пролетел вертолёт. Ослепительный прожектор полоснул по затону, выхватывая из темноты воду, ржавые баржи и их машину на секунду, но Есения уже сидела за рулём, пригнувшись к самой панели. Вертолёт ушёл дальше, к Волге.

- Выдохнули, - сказала Есения.

Она завела двигатель. «Ленд Крузер» мягко рыкнул.

- Кто ты? - спросил Захар, поднимаясь на сиденье.

- Я та, кто вытащила тебя с того света, - ответила Есения, выруливая на грунтовую дорогу. - Пока просто радуйся.

Машина выскочила на асфальт и понеслась в сторону дачных массивов. Сзади, где-то далеко в городе, выли сирены. Впереди была темнота, лес и ни одного полицейского поста. Есения вела машину уверенно, не включая дальний свет, ориентируясь только по памяти. Она знала эти дороги как свои пять пальцев.

- Документы, - сказал Захар через минуту. - Ты так и не сказала, зачем они тебе.

- А ты мне зачем, - парировала Есения, не поворачивая головы. - Но давай договоримся. Пока мы живы мы в одной команде. Как только я высажу тебя в безопасном месте иди своей дорогой.

- Договорились, - сказал он наконец.

Но в голосе не было уверенности. И она это слышала.

Глава вторая

Машина остановилась у дачного домика. Место было глухое. Саратовские дачи за Волгой - ни соседей, ни фонарей, только лес, тишина и редкие собачьи перелаивания где-то вдалеке. Есения щёлкнула кнопкой, ворота с тихим гудением открылись. Она заехала внутрь, снова нажала на кнопку. Ворота закрылись за ними, отрезая от внешнего мира. Двор был аккуратным. Баня. Небольшой огород. Старый колодец. И домик бревенчатый, с резными наличниками, похожий на бабушкину сказку. Они вышли из машины одновременно. И тут же направили друг на друга оружие. Есения держала свой пистолет. Захар свой «Глок» с глушителем, который так и не убрал за пояс. Тишина. Сверчок на заборе. Где-то ухает сова.

- Ты кто? - спросила Есения.

- А ты? - спросил Захар.

Они стояли так секунд десять, не моргая. Потом Есения усмехнулась первой.

- Мы что так и будем играть в угадайку? Меня зовут Есения. Меня наняли, чтобы я забрала документы.

Захар опустил ствол первым. Не потому, что поверил. Потому что она не стреляла первой, а это уже что-то значило.

- Я Захар. Киллер. Меня нанял человек, чтобы я забрал документы и устранил Корнилова.

Он бросил взгляд на часы.

- Корнилов должен уже отправиться на тот свет.

Есения села на лавочку у крыльца, положила оружие на колени. Усталость накатила внезапно, адреналин схлынул, и тело требовало отдыха.

- Кто тебя нанял? - спросила она.

- Вячеслав Витальевич, - ответил Захар.

- Дед Слава решил перестраховаться.

Захар нахмурился.

- Ты знаешь его?

- Я работаю на него последние три года, - Есения подняла глаза. - Что он тебе пообещал?

- Сказал, что это последнее дело. После него я могу уйти на покой. Никаких долгов. Чистые документы. Новый паспорт.

- Аналогично, - кивнула Есения. - Мне он сказал, что это моё последнее дело. Что после него я свободна.

Они посмотрели друг на друга. Ночной воздух пах яблоками и сырой землёй. Где-то в городе, который остался за Волгой, возможно, уже нашли тело Игоря Корнилова. А здесь, в глуши, два профессионала пытались понять, как их развели.

- Ты киллер, - медленно проговорила Есения. - Я взломщица. Мы оба оказались в одном и том же пентхаусе в одно и то же время. И это не случайность.

- Нет, - согласился Захар.

- Нужно с этим разобраться.

Она встала, прошлась по двору. Хруст гравия под ногами. Луна выглянула из-за туч, осветила их лица.

- Слушай, - сказала Есения, оборачиваясь. - Мы выполнили задание. Ты убрал Корнилова. Я забрала документы. По сути дело сделано.

- А по факту? - Захар скрестил руки на груди.

- По факту нас будут искать. Люди Корнилова. И люди Деда Славы.

- Ну и что? - Есения похлопала по сумке, которая так и висела у неё на плече. - Папка с документами у меня. Я выполнила задание. Приеду к нему завтра, отдам и свободна.

Захар посмотрел на неё как на ребёнка, который не понимает очевидных вещей.

- Глупая, - сказал он не зло, скорее устало. - Нас искать будут. Не папку. Не Корнилова. Нас. Потому что мы живые свидетели. А живых свидетелей Дед Слава не оставляет.

Есения замерла. Он почесал затылок, прошёлся по двору, остановился у колодца.

- Но надо отдать тебе должное, - добавил он, чуть повернув голову. - Ты продумала пути отхода. Вплоть до мороженого с гидроциклом. Как будто знала, что придётся уходить под огнём.

- Я всегда продумываю ходы. На три шага вперёд. Профессиональное.

- Ладно, - Захар подошёл ближе. - Что будем делать дальше?

Он вдруг остановился, прищурился, посмотрел на её ногу. Сквозь темную ткань леггинсов проступало влажное пятно. Кровь.

- Слушай, - сказал Захар, меняясь в лице. - Ты ранена. В тебя попали, что ли?

Он присел на корточки, протянул руку, но не коснулся.

- Давай обработаем.

Есения посмотрела вниз. На левом бедре, чуть выше колена, леггинсы были разорваны. Под тканью глубокая царапина, из которой сочилась кровь. Она даже не почувствовала, когда это случилось. Возможно, при падении. Или когда они прыгали с крыши. Или осколок от пули, когда охранники палили вслед.

- Ерунда, - сказала она. - Царапина.

- Царапина, которая не останавливается, - Захар уже открыл багажник «Ленд Крузера», вытащил медицинскую аптечку. - Садись на лавочку. Не спорь.

Она хотела возразить, но нога вдруг противно заныла, и она послушно опустилась обратно. Захар присел рядом. Достал йод, бинт, вату.

- Больно будет, - предупредил он.