Алексей Васильев – Король Фейсал. Личность, эпоха, вера (страница 95)

После «шестидневной войны» 1967 г. поворот влево ряда арабских государств, расширение сотрудничества с СССР рядом режимов, усиление советских военно-стратегических позиций в регионе — все это как будто бы подтверждало составные части его мировоззрения. Поэтому задача состояла в том, чтобы доказать самому Вашингтону ошибочность его политики, которая противоречила и интересам самих США, и интересам исламского мира.

Когда окажутся тщетными все попытки убедить руководство США в противоречивости его политики и ее несоответствии интересам самих США и Запада в целом, Фейсал прибегнет к применению нефтяного оружия — эмбарго, но и то взвешенно и осторожно. Кроме того, в противовес произраильскому лобби в США он поставит задачу создать проарабское лобби. Но это произойдет позднее.

Для Фейсала разница между Западом и «третьим миром» никогда не была столь важной, как разница между теми, кто боится Бога, и безбожными режимами. Поэтому Фейсал много времени и ресурсов уделял пропаганде солидарности мусульманских государств и созданию механизма их взаимодействия.

В дополнение к политическому призыву Фейсал заложил основу щедрой саудовской экономической помощи в первую очередь арабским государствам, затем мусульманским государствам и лишь потом — немусульманским государствам «третьего мира».

После йеменской революции Саудовская Аравия оказалась втянутой в жестокую борьбу с левонационалистическим режимом Насера. Фейсал понимал, что в Лиге арабских государств Египет доминирует, что идеи арабского национализма с социалистической окраской захлестывают массы. Противопоставить ему он мог только то, что составляло сердцевину его убеждений, что он впитал из уроков деда и советов отца, что, казалось, было растворено в самом воздухе аравийских пустынь, — ислам.

Еще в мае 1962 г., то есть до йеменских событий, правительство Саудовской Аравии по инициативе Фейсала спонсировало международную исламскую конференцию в Мекке, чтобы найти методы борьбы с левыми и светскими течениями в арабском и мусульманском мире.

Собрались религиозные авторитеты и видные общественные деятели со всего мусульманского мира. Они заявили: «Те, кто отрекается от ислама, искажают его призыв под камуфляжем национализма, на самом деле являются самыми жестокими врагами арабов…»[265]

Конференция завершилась созданием международной исламской организации под названием Всемирная мусульманская лига с постоянной штаб-квартирой в Мекке. Благодаря постоянной поддержке Фейсала эта организация создала филиалы по всему миру, содействовала изучению ислама, проводила ежегодные семинары в Мекке во время хаджа и издавала литературу на английском и арабском языках. Она была признана ООН в качестве неправительственной организации.

Политическое влияние Лиги оказалось ограниченным. Фейсал считал, что мусульманскую солидарность нужно поднять на межправительственный уровень. С декабря 1965 по сентябрь 1966 г. король посетил девять мусульманских стран в Азии и Африке. Естественно, что в тот момент его собеседниками были консервативные лидеры.

Нужно было наводить мосты с Ираном, преодолевая былую неприязнь к шиитам последователей Мухаммеда ибн Абдель Ваххаба. Посредниками стали король Иордании Хусейн и владелец ливанской газеты «Аль-Хаят» Камиль Мрувве, сам шиит, но последовательный антинасерист и проповедник идеи мусульманской солидарности.

Говорит Джамиль Мрувве: «Отношения Фейсала с моим отцом, как король сам говорил мне, начались с момента зарождения идеи исламской солидарности на основе их диалога в середине шестидесятых. Король Фейсал также сказал мне, что отец сыграл основную роль в улаживании отношений между ним, шахом Ирана и королем Хусейном. Он был дружен с обоими… Мой отец вместе с королем Хусейном посетили шаха, и они договорились о визите Фейсала»[266].

Сыну позволительно преувеличивать роль отца. Дело, видимо, было проще: влиятельная ливанская газета «Аль-Хаят» стала глашатаем идей мусульманской солидарности и рупором Фейсала в арабском и мусульманском мире, а Камиль Мрувве действительно стал пользоваться личной симпатией короля и выполнять не только его пропагандистские, но и деликатные политические поручения. (Его конец был трагичен, как и многих политических лидеров Ливана различных направлений: он пал жертвой убийцы. Преступление так и не было раскрыто. На Хартумской конференции 1967 г. Фейсал нашел время, чтобы принять Джамиля Мрувве, тогда зеленого юнца, чтобы выразить ему свои соболезнования.)

Король Фейсал начал с недельного визита к шаху Ирана, через месяц провел неделю с королем Хусейном в Иордании, затем посетил Судан, Пакистан, Турцию, Марокко, Ливию, Мали и Тунис.

Реакция на инициативу Фейсала была положительной в Иране, а также в Марокко, Иордании и Пакистане. Однако в тот момент Египет и Сирия отнеслись к его призыву к исламской солидарности как к угрозе арабскому национализму и попытке создать новый прозападный военный блок. Насер обвинил Фейсала в том, что он стал «предателем арабского дела», а исламская солидарность была «американо-британским заговором», нацеленным на то, чтобы расколоть арабский мир и подорвать арабские надежды на единство. В Сирии осудили Фейсала как «реакционера», призыв которого к исламскому единству был направлен против арабских националистов в исключительно личных целях.

Фейсал спокойно отнесся к пропагандистским выпадам из Каира и Дамаска. Он отнюдь не выступал против арабского единства, но считал его первым шагом к более широкому мусульманскому единству. Фейсал полагал, что религиозные и традиционные элементы арабизма противостоят радикализму, секуляризму, «революционности» панарабских устремлений левых арабских режимов. (Заметим в скобках, что арабское единство, бывшее химерой в 60-х гг. прошлого века, остается таковой и в наши дни.) 3

В числе первоочередных задач будущей мусульманской международной организации Фейсал ставил межправительственное сотрудничество исламских государств, борьбу с коммунизмом и левыми течениями в арабском мире и мобилизацию всего мусульманского мира на помощь арабам в борьбе против Израиля.

Поражение Египта, Сирии, Иордании в войне 1967 г. было реквиемом по арабскому национализму, особенно по национализму с социалистической окраской. Правда, будут еще его местные успехи в Ливии или Палестине, Йемене или Омане. Но идеология национализма выдыхалась. Это станет ясно через несколько лет.

В августе 1969 г. пламя Аль-Аксы и конференция в Рабате высветили необходимость исламской солидарности, к которой призывал Фейсал.

В марте 1970 г. Фейсал созвал в Джидде первую конференцию министров иностранных дел мусульманских государств. Они осудили Израиль за отказ выполнить резолюции ООН, призывающие к выводу израильских войск с оккупированных в 1967 г. арабских земель, и сионизм как радикальное, агрессивное и экспансионистское движение. Было решено считать 21 августа каждого года (годовщина поджога Аль-Аксы) днем солидарности с палестинским народом.

Речь шла прежде всего об Иерусалиме и Палестине. Но очень скоро сфера солидарности и сотрудничества мусульманских стран стала расширяться. Был создан исламский секретариат для текущей организационной работы. Встречи глав мусульманских государств и их министров иностранных дел стали проводиться на регулярной основе. Последовало основание исламских культурных центров. Стали развиваться различные формы экономического сотрудничества между мусульманскими странами, включая создание исламского банка. Так, в начале 1970 г. король Фейсал заложил основы работы Организации исламской конференции, которая стала влиятельным игроком на международной арене уже после его смерти.

В июне 1971 г. Саудовская Аравия помогла проведению конференции по выработке хартии новой организации.

После смерти Насера волна левого национализма в арабском мире пошла на спад. Садат, демонстрируя свою мусульманскую набожность, начал сближаться с Саудовской Аравией. Египет в феврале 1972 г. стал организатором конференции по исламскому банковскому делу.

В конце 1970 г. Хафез Асад взял власть в Сирии, сделав более умеренным сирийский политический курс и более сдержанной риторику. В 1971 г. президент Нимейри в Судане подавил попытку коммунистического переворота. Ливийский президент Каддафи, несмотря на свой радикализм, тоже стал проповедовать идеи исламской солидарности. Против Фейсала выступали только лидеры Алжира и Ирака.

Хартия Организации исламской конференции (ОИК) была принята на третьей конференции министров иностранных дел мусульманских государств в Джидде в феврале 1972 г. В ней участвовало 30 глав внешнеполитических ведомств, включая сирийское.

Одновременно было создано Международное исламское информационное агентство с постоянной штаб-квартирой в Джидде в качестве первого специализированного агентства ОИК. Участники конференции поддержали южноафриканские народы в борьбе против расизма и колониализма, заявили о поддержке Пакистана в его войне с Индией в 1971 г.

В ноябре 1972 г. Фейсал посетил пять африканских стран, пропагандируя идею мусульманской солидарности и стремясь изолировать Израиль в Африке.

Четвертая конференция министров иностранных дел мусульманских государств состоялась в Ливии, в городе Бенгази, в марте 1973 г. Ее участники выразили солидарность с филиппинскими мусульманами, призвали Индию освободить пакистанских военнопленных, поддержали эритрейский народ в его борьбе за самоопределение, осудили португальское присутствие в Африке. Организация освобождения Палестины была признана единственным законным представителем палестинского народа, был создан Фонд в поддержку Палестины.