Алексей Васильев – Король Фейсал. Личность, эпоха, вера (страница 63)

Чтобы завоевать доверие Сауда, Таляль включился в попытку дискредитировать Фейсала. В бейрутской газете, в которой он был совладельцем, появилась информация, будто бы наследный принц получил взятку от японской нефтяной компании, чтобы передать ей в концессию часть прибрежного шельфа в Нейтральной зоне. Офис Фейсала вынужден был опубликовать опровержение. Ат-Турейки совершил непростительную ошибку: подыгрывая королю Сауду и Талялю, он обвинил шурина эмира Фейсала Камаля Ад-хама и — косвенно — самого Фейсала в получении взятки от этой японской компании. Условия концессии были очень благоприятны для Саудовской Аравии, а получение комиссионных — принятой и считавшейся законной практикой коммерческой деятельности. Этого выпада эмир Фейсал никогда не простит ат-Турейки.

Став орудиями короля Сауда в борьбе против Фейсала, Таляль и ат-Турейки восстановили против себя семью Ааль аш-Шейх и многих старших принцев.

Ни о каких реформах, ни о какой конституции Сауд и не помышлял. Однако в первые дни после отстранения Фейсала от власти под влиянием Таляля и его группочки, которая называла себя «Неджд аль-фатат» — «Молодой Неджд» по аналогии с младотурками, начались горячие, возбужденные разговоры о созыве национальной ассамблеи — некоего парламента или учредительного собрания — и демократическом развитии Саудовской Аравии. Таляль нанял египетского адвоката написать проект конституции. Ее текст опубликовала ливанская газета «Аль-Джарида». 25 декабря 1960 г., вскоре после возвращения Сауда к власти, Радио Мекки передало, что король якобы собирается даровать стране конституцию, но 29 декабря то же самое радио категорически опровергло это сообщение.

Сауд и его окружение вернулись к власти не для игр в конституцию и реформы. Как только король вернул себе власть, он забыл об обещаниях младонедждийцам и снова стал править таким же способом, как и перед кризисом до 1958 г. Вновь начались безумные траты. Хосе Арнольд, все еще бывший стюардом саудовских дворцов, регулярно информировал АРАМКО о том, чем занимался королевский двор.

«Когда аскетичного наследного принца благополучно удалили с дороги, кривая расходов снова пошла вверх, — писал он. — Деньги полились за границу и в руки дворцовой челяди неконтролируемым и беспрецедентным по размерам потоком. Но король Сауд продолжал доверять этим людям, единственной задачей которых было сколачивать состояние для самих себя»[161].

Скоро Сауд обнаружил, что у него не хватало денег, чтобы платить за поставки и услуги, которые он требовал от Арнольда. Он вызвал швейцарца и приказал ему экономить деньги, сократив вдвое годичные расходы на содержание кухонь и закупку продуктов, которые тогда составляли 5 млн долларов. Арнольда пригласил к себе Ид ибн Салим, который передал ему клочок бумаги и сказал: «Здесь список магазинов и складов, где вы должны покупать продовольствие для дворцов начиная с сегодняшнего дня». Все магазины в списке Ида ибн Салима, как обнаружил Арнольд, принадлежали или советникам короля, или членам его семьи, а они заламывали цены до невероятных высот[162].

Потом Арнольд написал книгу, в которой излагал свой опыт работы и жизни при дворе Сауда. Швейцарец озаглавил ее «Золотые сабли, горшки и сковородки». С ее страниц король Сауд предстает добрым королем Лиром, которого эксплуатируют все, кому он доверяет. Он обычно хочет быть добрым к людям, но абсолютно не знает, как иметь дело с мошенниками.

Стремление Сауда экономить продолжалось недолго. Как только новый аванс был получен от АРАМКО, снова началась перестройка дворца Насирийи. Полмиллиона долларов было потрачено на строительство застекленной веранды, похожей на ту, что понравилась королю в Бад-Наухейме, где он лечился в 1959 г. За 1,3 млн фунтов стерлингов был куплен новый личный самолет «Комета» для короля.

Таляль ибн Абдель Азиз не был близок с Саудом в личном плане. Он даже ссорился с ним, еще когда был министром коммуникаций в 1954 г. Сейчас в качестве министра финансов он пытался сдержать волну королевской экстравагантности. Но дело было серьезнее: Сауд не собирался осуществлять перемены и начинать программы, которые были дороги сердцу Таляля и с которыми он связывал свои амбициозные планы.

Как отмечалось в годичном обзоре ситуации в Саудовской Аравии за 1961 г., подготовленном в английском МИДе, у Сауда на какое-то время появились личные советники с левыми убеждениями: Фейсал аль Худжейлян и Абдель Азиз аль-Муаммар. Первого англичане называли «яростным» националистом, а аль-Муаммара — «баасистом», едва ли не «коммунистом». Они не продержались долго в окружении Сауда, и старый, умный и циничный Юсуф Ясин опять вернулся в королевский диван[163].

Чувствуя свою изоляцию и отсутствие реальной базы власти, Таляль решился на непродуманный ход: в августе 1961 г. он изложил свои «конституционные» идеи на пресс-конференции в Бейруте. Выносить разногласия в семье Ааль Саудов на публичное обсуждение было не принято.

11 сентября 1961 г., менее чем через восемь месяцев после получения портфеля министра финансов, Таляля отправили в отставку. Его заменил родной брат Навваф, который до этого был главой королевского дивана. У братьев отношения не сложились, они спорили из-за наследства. Были перемены среди других министров. Из правительства удалили Бадра и Абдель Мухсина.

Казалось, что Сауд твердо удерживает власть, но в середине ноября он опять серьезно заболел. Его срочно перевезли в госпиталь АРАМКО в Дахране, а затем — в Бостон, где ему сделали операцию на животе и на глазах. Перед отъездом он передал все властные полномочия Фейсалу, получив в этом поддержку всей семьи. «Голос арабов» из Каира, который вел пропагандистскую войну против короля Сауда, воздерживался от прямых выпадов против Фейсала.

Когда в июне 1961 г. генерал Касем вновь выдвинул иракские претензии на Кувейт и был готов к вторжению после провозглашения его независимости и вывода английского контингента, король Сауд не только направил послание поддержки шейху Кувейта. Саудовцы ввели свои войска вместе с некоторыми другими членами Лиги арабских государств и англичанами. Иракские претензии распространялись и на часть саудовской территории, что ужесточало позицию королевства. К концу года саудовский контингент был самым многочисленным в Кувейте.

Распад ОАР в результате нового военного переворота в Сирии вызвал новую волну антисаудовских обвинений каирского радио. Саудовско-египетские отношения опять обострились.

В этот момент разладились отношения Саудовской Аравии и с США. Фейсал отлично знал, что после провала «доктрины Эйзенхауэра» и неудачной ставки Эйзенхауэра и Даллеса на короля Сауда новый президент США Кеннеди радикально пересматривал свои приоритеты на Ближнем и Среднем Востоке. В Вашингтоне склонялись к выводу, что среди лидеров Ближнего и Среднего Востока только Насер имел ясную цель, популярность и будущее. Молодой и либерально настроенный президент Кеннеди решил навести мосты с Насером, будь это к добру или ко злу.

Его логика была проста: против Насера выступали и Великобритания, и Франция, и Даллес, все они потерпели неудачу. Насер укрепился и теснее сблизился с Советским Союзом. Кеннеди решил «приручить» Насера, сделать его «другом» и отдалить от СССР. Американская помощь Египту была возобновлена и достигла почти 200 млн долларов в год.

Смену ориентиров ускорила неудачная встреча Кеннеди с королем Саудом, организованная в то время, когда тот находился на лечении в США. Началось с технического непонимания. Сауд на предложение Кеннеди встретиться ответил положительно, добавив: «Иншалла». Когда же президенту перевели дословно: «Если пожелает Аллах», Кеннеди, не зная нюансов арабского этикета, воспринял форму ответа как недостаточное к нему уважение. Встреча состоялась, но у молодого лидера США сложилось отрицательное отношение к саудовскому монарху, как бы олицетворявшему в его глазах отсталую, средневековую форму правления[164].

В марте 1962 г. было сформировано новое правительство, где король Сауд сохранил за собой пост премьер-министра, а эмир Фейсал согласился стать его заместителем и министром иностранных дел. Состав кабинета отражал компромисс между братьями. Пост министра обороны и авиации сохранил сын Сауда Мухаммед, внутренних дел — Фейсал ибн Турки ибн Абдель Азиз (сын первого, старшего сына Абдель Азиза, умершего в 1919 г.), министром финансов и национальной экономики стал Мусаид ибн Абдуррахман, а Абдаллу ат-Турейки на посту министра нефти и минеральных ресурсов заменили на преданного Фейсалу технократа Ахмеда Заки Ямани. Ат-Турейки на долгие годы уехал из страны.

Не находя поддержки внутри Саудовской Аравии, Таляль и его группа эмигрировали. 15 августа 1962 г. Таляль дал пресс-конференцию в бейрутском отеле «Сент-Джордж». В своем заявлении, опубликованном в бейрутской газете «Аль-Анвар», он критиковал саудовский режим, хотя не упоминал по имени короля. Эмир заявил: «Наша цель — установить конституционную демократию в монархических рамках»[165]. Его поддержали четыре эмира — Абдель Мухсин ибн Абдель Азиз, Бадр ибн Абдель Азиз, Фавваз ибн Абдель Азиз и Саад ибн Фахд.

Ливанское правительство, опасаясь гнева Эр-Рияда, постаралось избавиться от бунтующих принцев, и они уехали в Каир, где Таляль встретился с президентом Насером. В Каире Таляль опубликовал книгу, в которой защищал свои идеи конституционных реформ, провозглашая социализм главным принципом ислама. Революция в Йемене временно активизировала его группу.