Алексей Васильев – Король Фейсал. Личность, эпоха, вера (страница 33)

Когда паломники сошли на берег, они были поражены: скромную семью встречал не кто-нибудь, а сам вице-король Хиджаза эмир Фейсал ибн Абдель Азиз в сопровождении вооруженной охраны. На набережной стояли автомашины, кругом толпились любопытные. Во главе приехавшей с паломниками семьи стоял Ибрагим Адхам, вместе с ним были его жена Асия, трое их малолетних детей и дети от ее первого брака — дальние родственники саудовской королевской семьи: красавица Иффат, ее родной брат Заки, а также Джаухаран, тетка Иффат по отцу.

Так произошла встреча, которая многое изменила в жизни эмира, будущего короля Фейсала. Он был покорен красотой девушки и решил на ней жениться. Послал телеграмму отцу и получил его согласие.

Рассказывая об этом, сын Фейсала и Иффат Турки аль-Фейсал, ставший в начале нынешнего века послом Саудовской Аравии в Лондоне, а затем — в Вашингтоне, шутил: «Фейсал боялся, что его отец, увидев красивую девушку, сам на ней женится. Таким образом он упредил своего отца»[76].

Для Иффат решение было, наверное, нелегким: ведь она выходила замуж за человека, у которого уже были жены.

Иффат приехала из той Турции, где ее президент Мустафа Кемаль Ататюрк решительно сбивал феску с головы турок, ломал правовую, социальную, культурную структуру страны, бескомпромиссно внедрял европеизацию всего общества.

Еще в начале XX в. под европейским влиянием в Турции началось движение за изменение статуса женщины. Но раздавались лишь отдельные голоса, которые ничего не меняли.

Первая мировая война решительно изменила ситуацию не только в Европе, но и в Турции. Большая часть мужчин была мобилизована, государству потребовались женские рабочие руки. Женщины трудились на фабриках, в банках, магазинах, учреждениях, в тыловых службах армии, в госпиталях. А это означало, что они должны были снять вуаль и отказаться от старых традиций. Женская одежда преобразилась под влиянием европейских костюмов.

Женщины были допущены на коммерческие факультеты еще во времена мировой войны, а в 1920-х гг. они появились и в аудиториях гуманитарного факультета Стамбульского университета. Им разрешили находиться на палубах паромов, которые пересекали Босфор, хотя раньше их не выпускали из кают, ездить в тех же отделениях трамваев и железнодорожных вагонов, что и мужчины.

В одной из своих речей Мустафа Кемаль обрушился на чадру. «Она причиняет женщине большие страдания в жару, — говорил он. — Мужчины! Это происходит из-за нашего эгоизма. Не будем же забывать, что у женщин есть такие же понятия о нравственности, как и у нас». Президент требовал, чтобы «матери и сестры цивилизованного народа вели себя подобающим образом». «Обычай закрывать лицо женщинам делает нашу нацию посмешищем», — считал он. Мустафа Кемаль решил внедрить эмансипацию женщин по европейскому образцу. Женщины получили право голосовать и быть избранными в муниципалитеты и парламент.

Главным правовым орудием в деле ломки старых семейных традиций было принятие гражданского кодекса по швейцарскому образцу. Запретив полигамию, закон предоставил женщине право развода, ввел бракоразводный процесс, уничтожил юридическое неравенство между мужчиной и женщиной.

Реформы обсуждались в школе и семье — все это впитывала в себя юная Иффат. Но волею судеб она оказалась в другой стране, где реформы Ататюрка были анафемой, а исламские традиции господствовали в первозданном виде. Она решилась на брак с Фейсалом. Скорее всего, если ее мнение и спрашивали, то формально: интересы семьи и рода были превыше всего.

Чтобы понять, из какой семьи вышла Иффат, необходимо вернуться почти на столетие назад в Неджд. Тогда первое государство Ааль Саудов, охватывавшее почти всю Аравию, рухнуло под ударами войск египетского паши, но возродилось на гораздо меньшей территории в качестве вассала Египта.

В 1841–1843 гг. в Эр-Рияде правил Абдалла ибн Сунайян, представитель боковой ветви Ааль Саудов, один из потомков брата основателя династии. Признанный населением Неджда эмир Фейсал ибн Турки, прямой наследник престола, находился в качестве почетного пленника в Египте. Но в 1840–1841 гг. паша-реформатор Мухаммед Али, который превратил Египет практически в самостоятельное государство, потерпел поражение после столкновения с европейскими державами. Он вынужден был признать формальный сюзеренитет султана и отказался от большей части своих владений в Азии, включая Аравию. Тогда Фейсал «бежал» из Египта или ему «помогли» бежать, чтобы сильный правитель не позволил туркам установить в Неджде свое господство.

Говорит Турки аль-Фейсал, сын короля Фейсала: «Фейсал ибн Турки вернулся, а Абдалла ибн Сунайян отказался ему подчиниться. Между ними произошло сражение. Абдалла потерпел поражение и был заточен в тюрьму, где и умер. В день его смерти одна из его жен родила мальчика, которого тоже назвали Абдаллой. Это был Абдалла ибн Абдалла ибн Сунайян. Когда он вырос, то решил отправиться в Индию, чтобы заняться торговлей. Он добрался до Бахрейна, а оттуда до Бомбея. Британский представитель в Бомбее занес его имя в список прибывших, но затем связался с представителем Османской империи в Индии и сообщил, что сюда прибыл Абдалла ибн Сунайян из Эр-Рияда. Его перепутали с отцом, бывшим правителем. „Что с ним делать?“ Турки потребовали, чтобы его выслали в Стамбул. Когда он прибыл в Стамбул и выяснилось, что он сын бывшего правителя Неджда, его оставили в столице империи в качестве полугостя-полупленника»[77].

Османской практикой было держать в столице плененных вассалов или их соперников, «приручать их» и, в случае необходимости, посылать править в отдаленные провинции империи. Султан назначил Абдалле небольшое содержание, подарил ему в жены свою наложницу, по одной версии, черкешенку, по другой — грузинку, и она родила ему пятерых сыновей и дочь Джа-ухаран. Одним из их сыновей был Ахмед ибн Абдалла ибн Сунайян, который, прослышав об успехах Абдель Азиза, через Кувейт и Бахрейн приехал в Эр-Рияд и стал его верным сподвижником.

Именно он сопровождал подростка Фейсала ибн Абдель Азиза в 1919 г. во время его визита в Англию. Вскоре после возвращения из Англии он в 1921 г. умер в Эр-Рияде сравнительно молодым. В течение долгой поездки в Европу он рассказывал подростку Фейсалу о своей семье, и, видимо, Фейсал знал, что брат Ахмеда — Мухаммед ибн Абдалла — женился на черкешенке Асии и у них были дети. Тем временем судьба большой семьи Абдаллы ибн Сунайяна складывалась неудачно. Мухаммед ибн Абдалла, по одной из версий, был врачом, по другой — работал в дипкорпусе в Стамбуле, что он мог и совмещать. Но он погиб на войне. Опять-таки по одной версии — в составе османской армии в Курдистане во время Первой мировой, по другой — во время войны Мустафы Кемаля против греков. Видимо, стоит больше доверять второй версии, так как ее изложил Турки аль-Фейсал, бывший шеф саудовской разведки, который по долгу службы должен строго относиться к фактам.

После смерти мужа у Асии остались на руках дочка Иффат и ее младший брат Заки. Асия вышла второй раз замуж за некоего Ибрагима Адхама, турецкого офицера из Анатолии, и родила ему трех детей. Семья жила в очень стесненных обстоятельствах. Никакого содержания от турецкого правительства они не получали. Правда, Иффат смогла посещать среднюю школу и закончила ее, выучив немного английский и французский языки. Но бедность семьи трудно было скрыть. У девочки Иффат было лишь два платья и две пары обуви. Из гостевого дворца семью и вовсе попросили после смерти деда, Абдаллы ибн Сунайяна, и покойный отец, а затем и отчим зарабатывали очень скромно.

Что делать? В семье обсуждали будущее. Они слышали о том, что их дальний родственник Абдель Азиз, правитель Неджда, уже стал королем Хиджаза. Где-то в районе города Эт-Таифа у семьи была кое-какая собственность. Они знали, что Ахмед отправился на службу к Абдель Азизу и достиг больших высот, хотя потом волей Аллаха ушел в мир иной. И вот Джаухаран, тетка Иффат по отцу, в 1928 г. решилась написать письмо Абдель Азизу с просьбой помочь переехать на родину предков. Король ответил через своего представителя в Стамбуле: «Приезжайте». Но как? Выезд из Турции тогда был затруднен, хотя в хадж отпускали. Переписка длилась до 1932 г.

Именно в том году эмир Фейсал посетил Турцию как министр иностранных дел, встречался с Ататюрком. Главной целью его визита было получение займа, что не удалось сделать. Он также знал о желании своих дальних родственников переехать в Саудовскую Аравию и договорился об условиях их возвращения. Вопреки легенде, он не встречался с Иффат в Стамбуле, а впервые увидел ее лишь в Джидде. Но отъезд части клана Ибн Сунайянов был согласован, и они отправились в Хиджаз, формально чтобы совершить паломничество в Мекку.

Какой багаж знаний и убеждений привезла с собой молодая турчанка? Обо всем этом мы можем судить только косвенно. Конечно, она выросла в религиозной семье, но она не могла не видеть и не знать того, что происходило в Турции тех лет.

Когда Иффат приехала в Хиджаз, она совсем не говорила по-арабски. Фейсал стал учить турецкий, чтобы как-то объясняться с юной женой, а она быстро овладевала арабским, хотя до конца жизни говорила с легким акцентом.