Алексей Варзаев – Петли Бесконечности: Дейман кор (страница 6)

– Ну, Стеф, неотесанный ты деревенщина – Марианна притворно топнула своей ножкой – ты же видишь они не подходят к моему сегодняшнему наряду, я ведь вся в красном!

Но Стеф, гора мускулов и доброты, широченно улыбаясь, протягивал Марианне букет, только что сорванных пушистых желтолистиков, которые распространяли вокруг себя душистый аромат летнего луга.

– Мари, не обижайся, я не специально, взгляни, какие они красивые, специально для тебя сорвал.

– Не подлизывайся, не буду я фотографироваться, ты же знаешь, как я этого не люблю.

– А уже поздно Маришка! – Ролов громко и добродушно расхохотался, доставая из букета свой маленький фотоаппарат.

– Ах ты, негодник! – в ее глазах сверкнули молнии, которые сразу же сменились, прежним задором. – Обхитрил наивную девушку и смеется, да?

Ролов продолжая хохотать, поднял своими огромными ручищами хрупкую Мари, на руки. Она притворно закричала и посопротивлялась этому гиганту для вида, и тоже звонко рассмеялась. Они кружились на берегу небольшой речки.

– Ну все, отпусти меня! – смеясь, взмолилась Марианна.

– Пока не поцелуешь, не отпущу. – в тон ей ответил Ролов.

– А вдруг кто-нибудь увидит и доложит родителям? Не подумал об этом, дурачок?

Стефан осторожно опустил свою возлюбленную на землю, его лицо в миг стало напряжённым и серьезным:

– Не напоминай о них пожалуйста, кстати, не забывай о нашем уговоре.

– Нет, Стефан, не забыла, вечером перед ужином мы пойдем и все расскажем о наших отношениях. – Мари зябко поёжилась, будто от холодного ветра и крепко прижалась к Ролову, стараясь утонуть в его объятиях,

– Мне страшно, Стеф. – тихо проговорила Марианна, глядя в глаза Ролову.

– Не бойся, милая. – Он мягко улыбнулся и осторожно провел кончиками пальцев по ее щеке.

Влюленное сердце легко ободрить лаской любимого, и девушка робко улыбнулась в ответ.

– Вы только посмотрите… какие нежности, даже противно… тьфу! – Послышался тонкий брюзжащий голосок.

Марианна испуганно спряталась за Ролова, а Стеф повернулся к человеку, произнесшему эти слова. Перед ними стоял сын местного мэра, со своей сворой лизоблюдов.

– Что тебе надобно, Корган? – грозно проговорил Стефан, сжимая кулаки.

Вся толпа, кроме Коргана, попятилась назад.

– Да так, гуляли, решили искупнуться, а тут Марианна, а рядом с ней какая-то грязь, вот и решили подойти поинтересоваться не нужна ли этой прекрасной даме помощь, а Марианна?

– Уходи отсюда. – Голос Ролова полыхал раскатами грома и лязгом металла.

– Я не с тобой разговариваю, грязь. – Корган изобразил гримасу отвращения.

Ролов намеревался уже наглядно продемонстрировать, кто тут грязь, но, сейчас крепче стали, хватка дюймовочки остановила его:

– Стефан! пойдем, нам нечего здесь делать! – и поволокла Ролова за собой.

– ЭЙ! Мари! – кричал Корган вслед. – Ты замаралась какой-то грязью, не хочешь ли искупнуться вместе с нами? – вся компания загоготала.

Отойдя на приличное расстояние, Мари стала отчитывать Ролова.

– Зачем ты стал хорохориться? Он болван и трус, ударь его и навлек бы на свою семью огромные беды.

– Я должен был молчать, пока этот кусок лошадиного навоза втаптывает тебя…и меня в грязь! – Ролов повысил голос, не сдержавшись.

Мари отпрянула от него в страхе, испугавшись глядя на разъяренного Стефана и заплакала. Увидев, как напугал свою возлюбленную, Ролов мигом остыл, сам оробев от слез Марианны. Правда, спустя неприлично мало времени, они уже смеялись над произошедшим.

Медленно, но бесповоротно приближалось роковое время встречи с родителями Марианны. Мистеру и миссис Ульрих предстояло узнать, о том, как сильно их ненаглядная доченька, любимица всей семьи, влюбилась в простого романтика и работягу Ролова.

Семья Ульрих – владельцы приличного надела земли, дававший не только огромный доход, но и огромное уважение и влияние. В связи с этим, отец Марианны, Ирвин, ревностно относился к чести семьи, и не позволял делать ничего такого, что могло покачнуть высокое положение и статус всех членов Ульрих.

Подходя к дому Ролов, чувствовал, как покрывается холодным потом, Марианна же напротив была весела, и полна оптимизма. Она щебетала ему, но Стефан уже не слушал, отчитывая шаги до дома семьи Ульрих, шаги до его позора.

– Мама, отец, познакомьтесь – это Стефан! – восторженно проговорила Мари, когда они переступили порог столовой. Мистер и миссис Ульрих ужинали в полной тишине. Родители не разделили восторга, холодно окинув взглядом Неизвестного парня и свою взбалмошную дочь. Мари потупила глаза замолчав, а Ролов замер, как истукан.

Мистер Ульрих долго разглядывал Ролова, причем сидя, причем сверху вниз и наконец промолвил, обращаясь к дочери:

– Марианна, почему опоздала на ужин? – строго спросил он

– Папа, мама я же говорю это.

– Мы слышали кто это, я задал тебе вопрос, а ты меня перебиваешь, марш к себе в комнату. – в том же тоне проговорил отец

– mais papa. – попыталась возразить Мари

– Мари ты слышала, что сказал отец, иди к себе в комнату, не перечь! – подала голос миссис Ульрих.

Марианна вслезах убежала наверх, оставив Ролова одного расхлебывать, а Стефан, мягко говоря, не знал, что делать. Переминаясь с ноги на ногу, он стоял посреди комнаты, пока родители Мари продолжали ужинать. Закончив свою трапезу, они, наконец, уделили внимание субъекту, возвышающемуся в центре столовой.

– Так, значит Вы парень нашей дочери? – каменным тоном обратился к Стефану глава семьи.

– Да, господин Ульрих, меня зовут Стефан Ролов. – назвал себя и учтиво поклонился изрядно покрасневший паренек.

– Хм, не слышал никогда об этой фамилии, а ты дорогая? – миссис Ульрих отрицательно покачала головой – наверно ваши земли не граничат с ближайшими к нам?

– нет, Сэр, не граничат… у нашей семьи нет земель. – собрав все свое достоинство в кулак сказал Стеф.

– Нет земель? – Ирвин удивленно округлил глаза, то ли потешаясь, то ли серьезно. – Значит, предполагаю, вы или ваши родственники выдающиеся военные? Или политики?

– Нет, сир, моя семья честных рабочих, мы вольнонаемные крестьяне.

– Крестьяне? Вольнонаемные? – его глаза все более походили на тарелки, с которых недавно он почивал свой сытный ужин – так вы переселенцы?

– Мой дед бы переселенцем, мои родители и я родились здесь.

– Так почему же у вас нет земли?

– Потому что мой дед был осужден за политическое преступление. – не моргнув глазом, выпалил Ролов.

Мистер Ульрих замолчал на пару мгновений и промолвил:

– И со всем этим, молодой человек, вы являетесь к нам?

Ролов не знал, что ответить на это, а вернее ему все очень подробно разжевали и пояснили. Ведь знал заранее что будет, но все равно предложил Мари рассказать ее родителям.

Ролов, заставил себя почтительно кивнуть, а затем развернулся и не сказав больше ни слова вышел из дома Мари. Так влюбленные не виделись неделю, родные изолировали девушку, оставив без средств связи.

В один день, когда Ролов вернулся с поля, в дверь застучали, кто-то снаружи громко звал Стефана. За дверью его ожидал слуга из дома Ульрих, принесший срочное известие. Мари, отчаявшись заперлась в своей комнате и предъявила ультиматум, «или она увидит Стефана или перережет себе горло». Ролов стремглав пустился в путь.

В прихожей сидели бледные мистер и миссис Ульрих, а также Корган, тот самый сын мэра. Опешив от подобной встречи, Ролов, тем не менее, сразу спросил, где Мари и что случилось. Со слов Мистера Ульриха, заметно поубавившего спесь в голосе, произошло следующее. После ухода Ролова из дома в ходе прошлого визита, Мари слегла, редко выходила из комнаты и совсем ничего не ела, а в один прекрасный день пришел этот молодой человек из хорошей и достойной семьи и попросил руку Мари. Ролова бросило в жар и в холод одновременно. Ирвин, решив, что им с неба свалилась прекрасная партия для дочери позвал ее вниз. Узнав, о цели визита ненавистного Коргана, Марианна в ужасе убежала в свою комнату и закрылась там. Списав все на девчачью глупость, мистер Ульрих стал готовиться к скорейшей свадьбе, ведь не часто есть возможность породнится с такими благородными людьми. А любовь, любовь придет, стерпится. Сегодня это счастливейшее событие и должно была состояться, как раз все семейство должно было ехать к Коргану представляться его родителям. А Мари закрылась в комнате и пригрозила убить себя.

Ролов не дослушав, бросился наверх к своей возлюбленной. С одного раза выбив кованую дверь с петель и ворвавшись в комнату, Стеф нашел Мари с ножницами в руках, готовую в любой миг воткнуть их себе в сердце.

Увидев своего Стефана, Марианна выбросила ножницы и с рыданием кинулась к нему. Упокоив несчастную девушку, Ролов вместе с ней спустился вниз. Увидев свою дочь целой и невредимой, мистер и миссис Ульрих, не смотря на свой напыщенный статус кинулись к ней со с слезами.

– Так, я смотрю, мне здесь больше делать нечего. – спесивым тоном проговорил Корган и вышел за дверь, Ролов не стал кидаться за ним следом, а остался со своей милой.

Успокоившись и выплеснув наружу все эмоции все семейство Ульрих успокоилось, Ирвин снова надел на себя каменную маску.

– Итак, я не знаю, что делать, я не против счастья дочери, но я против соединения нашей семьи с крестьянами, от нас отвернутся все приличные люди на планете. Я возьму неделю на обдумывание, после я скажу вам свое решение. – сказал мистер Ульрих, тем самым ставя точку во всем этом инциденте.