Алексей Ухтомский – Лицо другого человека. Из дневников и переписки (страница 34)
Но с известного момента я почувствовал, что сама «действительность» для меня может быть не такою, какою она была для Аристотеля, Канта или Достоевского; она разве только во имя обобщения признается одною и тою же для всех людей, конкретно же и вживе она для меня уже не та, что, например, лежит под понятиями Достоевского. Современное научное настроение именно в вере в возможность все новой и новой действительности, откуда и вытекает требование научного настроения – не ограничивать действительность
Впрочем, получила историческое признание, признание по знанию, «действительность» общих условий жизни людей, именно общая ее
1902
2-го апреля 1902 года скончался дорогой Дмитрий Сергеевич Сипягин, смертельно раненный при входе в Комитет Министров.
16-го апреля 1902 года, на третий день Св. Пасхи, скончался мой отец, князь Алексей Николаевич Ухтомский.
Когда впереди тебя скрылся реальный образ высокого, чистого, доброго и великого, когда ты больше не чувствуешь себя на царском пути свободного служения великому и высокому, иди в церковь. Здесь испытанная, почтенная школа, – где многими искусными учителями от времен древних собраний искусно изложены для усвоения издревле завещанные понятия доброго, прекрасного и высокого; эта школа способна избавить буйных мира сего от томления бессодержательностью.
Душа моя подавлена петербургскою средою, от нее скрылся свет свободного ощущения Истины, силы упали. Потому-то я бегу за церковную ограду, чтобы здесь, за исторически испытанными стенами, остановить затопление моей души.
1903
Первое, что надо, – это решительно отвергнуться себя. Иначе же ты несешь всю скверну, жестокость и каменносердечие с собою и тогда, когда приступаешь к Престолу Божию, а это делает тебя Иудою, отрезающим самому себе мало-помалу выход из ада. Отрекись от своего всего и до конца, и опять легко вдохнешь в мире Божием, и пойдешь действительно хваля Бога, ибо простая жизнь ребенка и есть хвала Бога, жизнь в Божией Хвале.
Раз только в жизни была для меня хорошая, Божия любовь – любовь к моей покойной тете. И она оставила во мне краеугольный камень Божией жизни, до сих пор с трудом сохраняющийся в человечестве. И из нее открывается мне и теперь, – когда она, милость Божия, иногда случайно воскресает во мне, – открывается вся моя черствая, безвыходная в своей самости, злоба и жестокость. А эта самость, злоба и жестокость так ужасны, когда не сознаешь, что путь Божией жизни является несомненным, ибо он один открывает мне это смертельное зло во мне, дает мне чувство его и возможность выхода из него. Выход же при невозможных путях жизни в этой злобе и ужасающей жестокости в том, чтобы раз навсегда решиться отвергнуться себя – этой тяжелой и жестокой своей личности, которая, предоставленная себе, все равно, по принципу не имеет границ своей самости и потому безвыходно невыносима и пропитана соками смерти, – и уже смерти второй и ужасной – смерти духа.
Почувствовал я весь ужасный облик моей личности, в мысли решительно отвергся ее и уже так почувствовал начало возврата к прежней, детской, естественной жизни с легким и прямым духом. Так и надо идти – в начале уже отвергшись себя.
Свободолюбие есть ли «эгоизм»? За то, что вы держитесь всеми силами за свою свободу, вам говорят: вы слишком любите себя. Верно ли это?
«Любить себя» в смысле «эгоизма» есть определенное, с совершенно определенным психологическим содержанием настроение. Это простой
Поставить сознательную «головную» преграду жизни – значит встать на путь самоубийства. Право же, жизнь и природа
Свободолюбие кажется жестоким, ибо – если уже так – вся жизнь кажется жестокою. Ваше понятие о ней делает ее жестокою. И все же ей, жизни, – царство и господство, и ей привет.
Раздави меня ты, жизнь, и ты, природа! Но именно ты, а не человеческие понятия и предрассудки! Последние, – именно они: «понятия» и «предрассудки», – наши враги; и погибать от них действительно жестоко. А ты, жизнь, ты создала такое неисчерпаемое сокровище мысли и форм, и за то я готов со сладким чувством от тебя погибнуть,
«Я не люблю Мефистофеля». Я тоже иногда его ненавижу, и только в злую минуту растравляю себя его жалким философствованием. Нет, это не «пудель» и это не «простое обыкновение всех пуделей», то, что меня поразило! Это
1905
22 мая понедельник о Слепом выехал из Петербурга. Во вторник приехал утром в Рыбинск.
25 мая Отдание Св. Пасхи, у Тихона Задонского с Геннадием Александровичем. В тот же день на «Князе Василии Костромском» выехал вниз.
25/26 ночевал на «Самолетной» пристани в Кинешме.
26 мая Вознесенье, в Вичуге стоял литургию, потом у Морокина. Вечером вернулся в Кинешму и выехал вниз по Волге на «самолетном» пароходе.
28 мая в Нижнем Новгороде. Был в Колокольцовской часовне у Овдотьи Васильевны, разыскал Заплатина. Поднялся наверх в кремль, был в Корпусе. На Покровке встретил А. А. Голубцова. Обедал внизу у Обжорина. Виделся в трактире с Заплатиным и другими насчет приговоров. Вечером был у Голубцова и ходил по лагерям.
28/29 ночевал на пароходе «Ив. Ив. Любимов» у ф. ф. Алексеева (с которым встретился у Колокольцовской часовни).
29 мая воскресенье, утром вышли на «Ив. Ив. Любимове» в Исады. Был у А. ф. Сергеева и его присных.
29/30 мая ночевал в Исадах у А. ф. Сергеева.
30 мая рано утром через Лысково выехал в Б. Мурашкино.
30/31 мая ночевал у Дормидонта Васильевича Шумилина.
31 мая ходили по местным деятелям, разговаривали с людьми из Мал. Мурашкина. Осматривали ‹…› при церкви, наследство Ив. Ив. Шестова. Поздно вечером выехал на Работки.
1 июня на рассвете сел в Работках на «самолетный» пароход, проснулся утром в Нижнем. Был у Овдотьи Васильевны, потом виделся на Нижнем Базаре с Заплатиным и прочими. Был на Ильинке у А. ф. Сергеева. Вечером выехал на низ.
2 июня утром в Казани. В Спасском монастыре в курсовой церкви за ранней обедней увиделся с братом. Потом ездил с ним к И. Шлееву.
2/3 июня ночевал в Спасском монастыре.
3 июня ездил на кладбище к Д. И. Наумову, потом к знакомым брата.
3/4 июня ночевал у Четырех Евангелистов и у о. И. Шлеева. Всенощная у Четырех Евангелистов под Троицу. Ночевал у о. И. Шлеева.
5 июня Троица. Литургия у Четырех Евангелистов, потом в Спасском монастыре.
6 июня Духов день. Заутреня в Спасском монастыре, читал Канон. Потом перед обедней простился у Четырех Евангелистов с о. И. Шлеевым и выехал на «меркурьевском» пароходе вниз.
6 июня поздно вечером в Симбирске, на извозчике ездил за город в Единоверческое кладбище – узнать адрес староверов, местных попечителей и проч.
На 7 июня ночевал на Сенной площади, в каком-то грязном номере.
7 июня ходил разыскивать Ухтомских. Оказалось, что ‹…› Лиза в деревне, Александр Ник. куда-то уехал по делам. Разъехался с А. Н. Наумовым, который был тут. После обедал у староверцев. Дал все нужное для приговоров в городе и в деревенских приходах. Поздно ночью пешком на «меркурьевскую» пристань.
Ночью на «меркурьевском» пароходе «В. К. Владимир Алекс.» (бывший 7/8 июня «Иоанн Грозный»).
8 июня утром Самара. Был у Аржанова, в единоверческом приходе. Узнал о подвигах Александрова и Тихона Уральского, был у А. Н. Наумова, но его не застал.
8/9 июня ночевал на «меркурьевской» пристани. Слышал здесь от старика о Готовкиных, о том, что вотчим женился на Наталье Васильевне, бросил жену и т. д.
9 июня утром – вниз на «Цесаревне Марии». Вечером в Вольске.
10 июня весь день в Вольске по делам. Под вечер уехал вверх в Балаково.
10/11 ночевал в Балакове в трактире над площадью.
Днем ходил по староверцам, был в церкви.
11/12 в ночь с лодки сел на «самолетный» пароход («Гоголь») вверх. Разговор с бакинским татарином о бакинской резне, убежденность татарина, что без резни быть нельзя!
12 июня в 4 ч. дня в Самаре. Узнал, что А. Н. Наумов в городе и остановился у него. Поздно вечером он приехал и мы виделись.
12/13 ночевал у А. Н. Наумова.
13 июня