и монету которой в окно наугад
он вначале берег для трамвая
он растерян но стекла хотя бы целы
память всмятку с минувшего года
не дадут в угловой настоящей цены
за ошибку в душе пешехода
почему же тогда не отходит она
занавеску в ладони сминая
но упорно вслепую глядит из окна
очевидно ошибка двойная
или ложная память в карьер по пятам
под сиянием диска серпа ли
ночь в которую оба искали не там
и в совместной ошибке совпали
пусть стекло где не всякий вчерашнему мил
на лету опрокинет монету
на орла он когда-то не эту любил
или просто не ту а не эту
«чуть потикает и перестанет…»
чуть потикает и перестанет
словно рубль отпустили из рук
никакая мольба не достанет
из часов человеческий звук
в старину сервировано время
колбасой на подносе пустом
время грека пространство еврея
отрезали коротким куском
именами взойти на могиле
как зеленка трава на прыще
разве правда мы были такие
у которых любовь и вообще
не спортсмен с того берега к нам ты
смоет дождиком с фото зрачки
в голове отшумевшие кванты
неспособны уже на скачки
свет которому жизнь не гражданка
распознать не посмеет в лицо
но любовь суждена и не жалко
здесь вообще неминуемо все
мираж
в александрийском пасмурном окне
зигзагами змея на женской коже
открой шекспир кто эти люди мне
сквозь прорву лет и километров тоже
сам кесарь экстерьером невысок
соскакивает с лодки на песок
с историей поди поговори
через гряду оврагов и откосов
но в мыслящем отсеке головы
неувядаем внутренний философ
он говорит что витгенштейн неправ
что физику из космоса убрав
там все равно останется немало
жаль что змея тогда не понимала
эллада в ауте притих еврей
трепещет перс усмирена пальмира
и кесарь к усыпальнице скорей
похвастать перед мумией кумира
с чьим именем в своем предместье рос
но у кумира отвалился нос
повымрет вся у кесаря семья
падут державы новые режимы
развеет в прах но мы внутри себя
усидчивы и неуничтожимы
нам время только временная месть 
