Алексей Тимофеев – Код Мазепы. Украинский кризис на страницах «Столетия» (страница 54)
И все же по-настоящему, с государственным, так сказать, размахом реанимировал память о «хохлацком Иуде» другой Иуда — вначале главный идеолог ленинизма-коммунизма на Украине, а потом первый закоперщик рыночного беспредела президент Леонид Кравчук.
…Никогда не забуду лета 1991 года. Тогда под юрисдикцию Украины перешла самая большая часть Советской армии: 14 мотострелковых, 4 танковые, 3 артиллерийские дивизии и 8 артиллерийских бригад, 4 бригады спецназа, 2 воздушно-десантные бригады, 9 бригад ПВО, 7 полков боевых вертолетов, 3 воздушные армии (около 1100 боевых самолетов) и отдельная армия ПВО. Общая центробежная эйфорическая сила развала всего и вся захватила и меня, тогдашнего советского полковника. Грешен, в воспаленном мозгу мелькали спорадические мысли, а не перейти и мне, украинцу, служить на Украину? Благодарю Бога, что не поддался спонтанному чувству.
А вот философствование директора Центра украиноведения Киевского национального университета имени Т.Г. Шевченко, академика АН Украины доктора исторических наук Владимира Сергийчука. В советские времена сей ученый муж скромно и нешумно занимался сельским хозяйством. А в «незалежной» стал одним из первых исследователей деятельности Организации украинских националистов (ОУН)* и подвигов Украинской повстанческой армии (УПА)*: «Да, Мазепа изменил российскому царю, но сделал это во имя украинского народа, во имя Украины. Условие, что Карл ХII будет протектором нашей страны, то есть возьмет Украину под свою опеку, на то время для Украины было довольно выгодно. Мазепа был настоящим отцом украинской нации! А тем людям забитым, которые не хотят интересоваться собственной историей, уже ничего не поможет».
Еще более «прогрессивным» идеологом в данном направлении стал киевский политолог Дмитрий Выдрин: «Из совокупности тысяч предательств родилась наша страна. Мы предавали все! Мы давали одну присягу и целовали одно знамя. Потом предали эту присягу и знамя, стали целовать другое знамя. Почти все наши вожди — бывшие коммунисты, которые клялись одним идеалам, а потом проклинали те идеалы, которым они клялись. Из всего этого совокупного действия, где были тысячи мелких, крупных и средних предательств, собственно, и родилась эта страна. Так сформировались украинская политика, наше мировоззрение и мораль. Предательство — это тот фундамент, на котором мы стоим, на котором мы построили свои биографии, карьеры, судьбы и все остальное».
А мы еще удивляемся: как это братья и сестры Украины мирятся с разгулом откровенных фашистов-бандеровцев; как в их жилах кровь не стынет от одесской Катыни; почему многие украинские матери, вместо того чтобы сплоченно и жертвенно выступать против братоубийственной войны, выказывают президенту претензии: у наших сыновей нет бронежилетов, у них мало боеприпасов и их плохо кормят? Да это же все прямое следствие нынешней «национальной украинской идеи: мы, украинцы, — предатели, и в этом наша сила!».
Давно истлевшим костям пана Мазепы впору пускаться в пляс: «щэ нэ вмэрла» Украина в его разумении.
Она — не вся, конечно, но значительная ее часть — чтит и молится на него, невзирая на все его запредельные злодеяния. Воистину чума мазепии бушует ныне на Украине.
Горе тому народу, у которого в национальных героях числятся такие ущербные личности, как Мазепа, Петлюра, Бандера, Шухевич, etc. На их примерах хорошо выращивать майданутых гопников.
Когда же за образец для подражания бойцу подсовывают «славные деяния» ублюдка Мазепы, то боец и будет поступать соответственно. Неужели этого не понимают? А ведь действительно не понимают.
…После выхода фильма известного кинорежиссера Ю. Ильенко «Молитва о гетмане Мазепе» встретился я со своим старым другом, ныне покойным артистом Богданом Ступкой, сыгравшим заглавную роль. Наши давнишние отношения (знакомы мы были с 1970 года) позволяли серьезную степень обоюдной откровенности. И я не мудрствуя лукаво спросил: «Бодя, зачем ты взялся за Мазепу?» — «Ну, ты же умный человек и понимать должен, что для актера не существует запретных ролей. Чем подлее герой, тем его интереснее играть». — «Согласен с тобой, если это Ричард Ш. Он — всегда вне идеологических рамок. Но в данном случае ты же прекрасно понимал, что ярый националист Ильенко использовал и тебя, и твое имя, чтобы нагадить России своим кинокошмаром. Ладно, оставим за скобками то, что Юра (мы с ним тоже были давние знакомцы) — автор сценария, режиссер, оператор, актер, а сын его сыграл молодого Мазепу. Но там же реки крови, головы рубят, как капусту, а жена Кочубея — Любовь Федоровна — мастурбирует с отсеченной головой мужа. Петр I насилует своих солдат. Неужели это тебя не покоробило? А этот эпизод: Петр I стоит над могилой Мазепы, из-под земли появляется рука гетмана и хватает царя за горло — тоже не задел?»
Богдан Сильвестрович долго и мучительно молчал. Потом сказал: «Как там поется: не сыпь мне соль на рану. Скоро я у Бортко, надеюсь, сыграю Тараса Бульбу. Вот и реабилитируюсь перед людьми». Великий, мирового уровня актер, он, конечно же, понимал, что Юрий Герасимович элементарно его «употребил» на правах старого друга. И роль его — катастрофическая неудача. По-иному и быть не могло. Равно как и сам фильм оказался убийственно провальным. Его отправили на Берлинский кинофестиваль. Однако там ленту показали лишь в категории фильмов… для людей с нетрадиционной сексуальной ориентацией!
Потом мы продолжили разговор о Мазепе. И пришли к общему выводу. Если бы преступника Колединского за уши не притягивали нынешние украинские политики-выскочки в действующую идеологию, то мы о нем бы и вспоминали не чаще чем о других гетманах.
А так его личность излишне демонизируется. Меж тем он был элементарным, хоть и очень злым, негодяем. Досадно, что нынешним украинским властям он так по душе.
…Можно сколько угодно говорить, писать и вещать о том, каким выдающимся государственным деятелем был Мазепа. Достаточно зайти на украинскую Википедию и увидеть там несметное перечисление заслуг славного патриота «незалежной Украины» Ивана Степановича: и полиглот он, и меценат, и храмостроитель, и поэт, и любовник, и «чародей», и… Но потом вспомнишь Пушкина: «Однако ж какой отвратительный предмет! Ни одного доброго, благосклонного чувства! Ни одной утешительной черты! Соблазн, вражда, измена, лукавство, малодушие, свирепость». И все встает на свои места.
Корифей украинской мифологии
Почему украинские лидеры возлагают венки к памятнику М. Грушевского
В День независимости (24 августа) и в День соборности (22 января) Украины представители государственной власти во главе с президентом возлагают в Киеве венки к памятникам Тараса Шевченко и Михаила Грушевского. С Кобзарем все понятно: эту традицию заложили еще большевики. Памятник Грушевскому в Киеве появился в 1998 г. Установлены такие памятники и в некоторых областных центрах, раньше других во Львове. Что же это за историческая личность, которая удостоилась столь большой чести в «незалежной» Украине?
Украинские СМИ о Грушевском традиционно пишут: известный историк и политический деятель прошлого века, первый президент Украинской республики (никогда не был! —
«Лукавий, хитрий бувдідок», — сказал о Михаиле Грушевском его современник, поэт Александр Олесь. И более точную характеристику «дідка» дать трудно. Небольшая деталь. В мемуарах Грушевского есть описание эпизода зимы 1918 г., весьма для него показательного: «Прийняв парад, привітав се людське стадо, послане на заріз, цiлував ікону — полкову святиню, котру мені показали». Оказывается, для масона Грушевского (масонство свое он никогда не скрывал), который, впрочем, как утверждают его апологеты, не отказывался и от православия, икона — отнюдь не святыня. В лучшем случае — суеверие. Но почему бы и не целовать, если «стадо» верит в нее? «А що я міг зробити?» — оправдывается Грушевский. Как говорится в таких случаях: «Ради красного словца не пожалеет и отца…»
После этого уже более спокойно воспринимаешь все, написанное Грушевским, например, такую вот цитату из 1-го тома его 10‑томной «Истории Украины-Руси» — истории никогда не существовавшего государства: «Движение украинских племен на юг проявилось в колонизации «антами» черноморских степей — между Днепром и Доном… Это первая украинская колонизация, которую можем констатировать, и потому должны остановиться на ней больше».
Кстати, в названии раздела, откуда взята эта цитата, есть слова об «идентичности антов с украинскими племенами». Спрашивается: откуда вдруг появились в те давние времена «украинские племена»?
Ответ прост, как пареная репа: М. Грушевский их выдумал. Причем от него и особых усилий не потребовалось. Еще в VI веке нашей эры готский историк Йордан упомянул о племенах антов, живущих между Днестром и Днепром. Другой историк того же времени византиец Прокопий Кесарийский отмечал, что анты и славяне — это один и тот же народ с «простым и варварским языком», «не отличаются они друг от друга и внешним видом». Этих-то антов Грушевский взял и объявил «украинцами».
По сути, историческая концепция Грушевского сводится к следующим совершенно бездоказательным утверждениям. Первое. Украинцы — коренное население на территории «нэзалэжной», существовавшее со времен древних антов и, возможно, являющееся потомками еще более древних трипольцев (т. н. трипольская культура). Второе. Украинцы в Киевской Руси являлись основным населением, от которого происходят русские — потомки окультуренных украинцами диких народов северо-востока. Третье. Наследником государственности Киевской Руси является Галицко-Волынское княжество, а через него — Великое княжество Литовское.