Алексей Тихонов – Парадокс беспокойников (страница 7)

Что же, мать его, делать? Стоп, у меня же в тревожном рюкзаке противогаз, а где рюкзак? Правильно, в шкафу, в коридоре. Вообще противогазы хранятся в оружейной комнате при отделе полиции. Но тратить лишние минуты на очередь при выдаче, я как то не люблю, а вот тревоги бывают часто, поэтому отдал целых четыреста рублей и обзавелся личным. Пробрался на ощупь до шкафа, открыл дверь, вытянул темно-зеленый вещь-мешок, услышал звон чего то падающего с полок. Ну простите. С трудом развязал узел на горловине. Вот он родной! Бросил полотенце между сгибом руки и лицом, расстегнул пуговицы. Господи, ну почему я не купил нормальный подсумок? Глубоко вдохнул, до боли закрыл глаза. Полотенце упало на пол. Надел противогаз. Резкий выдох. Либо я сейчас всю гадость отсюда выдул, либо задохнусь тут на хрен! Открыл глаза. Терпимо, осторожно попытался вдохнуть, тонкая струйка воздуха прошла по носу. Как же хорошо. Посмотрел на поломанную крышку бачка унитаза, досадно.

Стоп, люди! Люди умирают. Надо помочь. Выглянул в окно, бежавший мужичек, стоял в мареве на самой грани видимости, каких либо деталей я разглядеть не смог, но мужик не особо спеша, поплелся в даль и скоро я его потерял. Тоже намочил тряпку? Я всё ещё пытался себя обмануть? Нашел телефон, написал жене сообщение. Пришел ответ, что она слышала, и что сказали о взрыве СК, вся химия пошла на юг, то есть от них в мою сторону, это отлично. Интересно, а какой ресурс фильтра противогаза?

Решил не испытывать судьбу, собрал все вещи сразу. Была мысль на всякий случай закинул один патрон в магазин, но не стал. В случае чего один патрон или весь магазин роли не сыграет. Отберут все равно. Ага, отберут у него? Кто? Да ладно, блин! Захотят меня пристрелить, всё равно не успею.

Попытался посмотреть в глазок, вспомнил присказку про желудок афроамериканца. Плюнул на все, открыл дверь. Поиграем в фаталиста. Последний оборот замка, бросаю ключи в карман, и тут кто-то хватает меня за рюкзак, и пытается повалить на пол. Сумка весящая на локте падает вниз, развернутся не могу, чехлом-носком бью куда то себе за спину, получается не ловко, как будто веслом гребу. Нет, так мы долго тут стоять будем. Быстросбросом скидываю рюкзак. Разворачиваюсь. На меня смотрит соседка. На халате асимметричные темные пятна. Наверное, резонно было бы уточнить о состоянии ее здоровья. Но на фоне последних событий как то не стал. Мгновение замешательства и она вытягивая руки бросается на меня, ладони и манжеты халата в крови. Упираюсь спиной в свою дверь, бью ее ногой в корпус. Попал удачно, соседка пятясь назад запнулась о рюкзак и упала навзничь, прямиком в свою квартиру. Шевелится, но встать не может, зацепилась за что-то, за что не вижу, в подъезде и ее квартире полумрак.

Хватаю сумку, спасительный рюкзак перехватываю чехол. Бегу из подъезда. С отброшенными лямками, рюкзак тащить совсем неудобно. Забросил поклажу в багажник. Запрыгнул в салон, заблокировал двери, зарядил дробовик. Измерил состояние, готов ли я стрелять на поражение? За все время службы, ситуаций к применению у меня никогда не было, но на работе это одно, там статус другой, да и как правило система в большинстве случае на твоей стороне. А сейчас смог бы пристрелить соседку? А за что? Плохо бабе, вот и начала приставать. А Стакан сиську откусил от скуки? Да и разорвал брюшину, тот чувак на рынке, не было там очери никакой. Опять пытаюсь соврать себе? Как там: отрицание, гнев, торг, принятие? Застрели я соседку мои действия были бы похожи на терроризм или предумышленное причинение вреда здоровью. И нашли бы, да не сразу, но точно нашли бы. Всегда находят. Ну и хрен с ним, пусть лучше восемь судят, чем четверо несут, а дальше разберемся.

Итак, гнать надо через окружную, перпендикулярно облаку, по Лебедева не поеду, слишком близко к эпицентру, хрен знает, что там еще может рвануть. А можно ли при заражении местности запускать двигатель? А почему нет? Концентрация, для ДВС не такая опасная, фильтр воздушный опять же стоит, я его три тысячи назад менял.

Размышления прервал удар в водительское стекло, от неожиданности отшатнулся, по стеклу скребётся чья то грязная рука оставляя слабые, красные разводы. Страх, как то, быстро ушел. Пришла злость. Сука, только тачку помыл. За рукой вижу пожилого мужика в грязной куртке. Взглянул в глаза. Мертвые, абсолютно безжизненные глаза покрытые какой то мутной пленкой. От увиденного по спине поползли мурашки, в животе образовался ноющий ком. Мне в машине ничего не угрожает, рассматриваю внимательно. Лицо синюшное, на пергамент похоже. Рот приоткрыт. На губах, подбородке и зубах частики кровавой пены. Руками продолжает скрести стекло. Интересно, а как это лечится? Всё таки бешенство?

Запускаю двигатель, выворачиваю руль вправо, джип гудя двигателем отдаляется от мужичка, он неспешно бредет за мной. Через несколько десятков метров теряет интерес, и уходит в сторону от дороги, выходя из обзора зеркал. Теперь нужно в гараж, взять канистры с бензином.

Доехал до гаража. Припарковал машину к дверям. И так что мы имеем? Люди попали под отравление хлором, я хлебнул совсем немного, изошел слезами и почти выплюнул легкие. Если бы не противогаз, бегал бы в слепую с полотенцем на морде. Гарантированно напоролся бы на тётку. Соседка и мужичек, абсолютно точно, надышались. При такой концентрации организм человека умирает при любом раскладе. Сверху подбросим рассказ Вовки о прострелянном Вите Стакане. И что вы хотите сказать товарищ оперуполномоченный? По всему выходит, что это натуральный библейский апокалипсис: «… и мертвые восстанут из могил», все дела. Ладно отдохнули, вперёд работать! Марево окончательно ушло, или мне так кажется? Но во избежание, так сказать, противогаз снимать не стал. Закинул четыре канистры в багажник. Всегда держу их наполненными. Полный бак они мне не обеспечат, но лишние четыреста, пятьсот километров дадут. Подумал, закинул в багажник набор инструментов, пригодится. Закрыл гараж, сел в машину. Ну, вперёд.

8. Сергей Шкребок

20 марта. 08 часов 40 минут. Воронеж.

Сергей Шкребок в прошлом профессиональный угонщик, член известной банды Моряка. В середине двухтысячных, ОПГ была известна на все черноземье. Только всему рано или поздно приходит конец.

Большую часть банды задержали в июне две тысячи четвертого. Следствию удалось собрать доказательства по семидесяти восьми преступлениям, в том числе одиннадцати убийствам. Потерпевшими по делу были признаны семьдесят человек. Участники банды обвинялись более чем по десяти статьям уголовного кодекса, в том числе бандитизм, убийство, разбой. Вина Шкребка была доказана только в одном эпизоде угона. Суд приговорил его к шести годам общего режима.

Выйдя на свободу. Сережа обнаружил что, в воровском мире места ему нет. Работать честно было западло. Бывший осуждённый уже помышлял о стандартной схеме: «Урал, выпил, в тюрьму», как вдруг, он встретил мать своего, ныне уже покойного, соучастника. Исидора Остаповна приняла арестанта, как родного. Кормила, наливала, а иногда и пользовала Сережу. Условий было только два. Завязать с прошлым и выпивать строго вдвоем.

После вчерашней попойки голова Шкребка болела. Он повернул голову и увидел морщинистое лицо с размазанной косметикой. К горлу подступал ком, так было всегда, после ночных утех Исидоры. Мужчина резко встал, подошёл к столу, на котором стояла бутылка виски, этикетка была приклеена криво, акцизной марки, естественно не было. Налив полную рюмку, он залпом осушил ее. Закусил килькой из банки. Сел в продавленное кресло, закурил. Глаза женщины открылись и она скрипучим голосом протянула: «Сережик, мотнись за пивасиком. Плохо мне!»

– Алтухи где? – Дёргая ногой, резко выпалил выпалил мужчина.

– В сумке возьми, я вчера пенсию сняла.

– Ммм, хорошо, – протянул Шкребок. Встал, опустил окурок в переполненную пепельницу. Схватил нож и прыгнул на кровать. Сел на женщину, закрыл ей рукой рот и короткими, хлесткими ударами, начал наносить удары в область сердца. Попал со второго или третьего удара, но остановится не смог, продолжал вгонять нож в тело, прикрыв глаза от удовольствия. Закончив, встал, надел трусы, выбросил нож в раковину.

Взял телефон по памяти набрал номер: «Фрол? Это Реба, пиши адрес. Да. Не перебивай мля. Да. На хате! Когда? Рамсы попутал? Всё! И эта, – задумался бывший арестант, переведя взгляд на тело, – ножовку возьми! По дереву!» – ухмыльнулся он.

9. Наталья Сухарева

20 марта. 09 часов 20 минут. Воронеж.

Машина подъехала к перекрестку. Молодая мама троих детей, бросила взгляд в зеркало и увидела Ваньку, сына от первого брака, выглядывающим из багажника.

– Ты как туда забрался? – Улыбнулась девушка.

– Маам, они меня бьют! – Обиженно произнес мальчик, надув губы.

– Не правда! – Загалдели в один голос Верка и Колька, – он нас первый щипать начал.

– Перестаньте, – еле сдерживая смех, сказала Наташа, имитируя грозный голос, – посмотрите лучше на право, – девушка указала тонким пальчиком на огромный промышленный комплекс завода синтезкаучук, раскрашенный в зелено-белых тонах – там наш папа работает.

– Заедим к нему на работу? – Произнес средний ребенок.

– Позже малыш, сейчас нам нужно прокатится по делам, а на обратном пути…, – понять что произошло дальше она не успела.