Алексей Тенчой – Путешествие в Шамбалу. Восьмой том (страница 12)
Душераздирающие стоны послышались за одной из дверей. Оракул-Саду остановился, прижав к губам указательный палец, велел этим жестом следующему за ним отряду монахов, чтобы соблюдали тишину. Сквозь щели вокруг дверей тянулись тёмные тени – тени людских душ, загубленных колдуном и сгинувших в этих каменоломнях. Оракул-Саду резко распахнул таинственную дверь, нарушив гробовую тишину, и тени, наполняющие комнату, с шумом вспорхнули, закишели в спёртом пещерном воздухе, наполнили гулом пространство и заметались в полете от стены к стене, а потом стали вылетать из помещения.
Пустые глазницы черепов, которые были развешены на стенах, вспыхнули огнём и жадно воззрились на вошедших в этот зал.
Тайная комната колдуна Дугпа-Мары предстала пред ними во всем шокирующем виде. Каменные уступы, застеленные окровавленными козьими шкурами, как немые свидетели чёрных месс колдуна хранили на себе следы казни ни в чем не повинных жизней, забранных колдуном. Смердящий запах смерти, гнили и тления разложившихся тел резал ноздри. Рядом с троном, возвышающимся у центральной стены стояла огромная плоская мраморная глыба, служащая колдуну местом для жертвенных подношений. На этой каменной столешнице лежала толстая магическая старинная книга, страницы которой, сделанные из человеческой кожи, сочились сукровицей, растекающейся по мраморному глянцу и капающей на пол. Вокруг этой книги стояли чаши из человеческих черепов, повсюду лежали амулеты колдуна.
Увиденное сильно поразило Ананду, и он рефлекторно схватил один из амулетов и поднёс к своим глазам. Оракул-Саду не успел предотвратить этого движения. Маленькая женская головка с зашитыми суровой нитью веками, лежала на ладони Ананды, потрясенный увиденным, окунулся в воспоминания сквозь года назад, в самое младенчество – в день прихода его в этот свет, когда он только родившимся младенцем увидел прекрасные глаза своей матери. А теперь Ананда держал в руках её изуродованную голову. Он увидел, сколько страданий перенесла его мать, увидел, как жестоко мучил её Дугпа-Мара, услышал её боль и узрел, как она погибла. Так много боли сохранила высушенная голова, кричала в ней материнская боль, и этот крик был таким пронзительным, нечеловеческим, что от силы этого звука многие стены города Митула начали рушиться, но всё-таки он, хоть и полуразваленный, устоял. Так непредсказуемо произошла встреча и знакомство Ананда с его несчастной матерью Деви.
Оракул-Саду, взяв из рук Ананды страшный талисман колдуна, также узнал в нём несчастную Деви, а в другом – голову старейшины их поселения.
– Отпусти то, что уже прошло, – обратился он к Ананде.
Ананда не в силах словами выразить боль молчал. Крупные слёзы катились по его щекам.
– Каждый из нас, – обратился Оракул-Саду ко всем, – взвалил на свои плечи эту миссию, чтобы найти способы противостоять страшным войнам, которые преследуют наш народ. Мы должны найти пути, чтобы прекратить вражду, ведь мы сейчас, находясь в этом чёрном гнезде колдуна Дугпа-Мары, видим и понимаем, какая огромная стая воронья вылетела из него.
– Я знаю, что надо делать! – заявил Ананда. – Для начала мы отслужим молебен по тем, кто пал в этих каменоломнях, лишившись жизни, тем самым откроем их душам выход из тёмного царства, чтобы они могли, оторвавшись от этой долины смерти, подняться ввысь и вновь обрести возможность дальнейших перерождений.
Ананда резким движением вытянул свои руки в направлении магической чёрной книги колдуна Дугпа-Мары. Эта тайная книга, с помощью которой колдун взывал к сущностям, населяющим тёмные планеты, была самым важным символом, определённым клеймом принадлежности, посвященности Дугпа-Мары в тёмные знания и его поклонения этим силам. В этой колдовской книге была сокрыта мощная сила не только колдуна Дугпа-Мары, но и всего предыдущего клана колдунов из прежних воплощений и тех, кто жил и по сей день.
Ананда сконцентрировался на книге, стал читать великие священные сакральные слова, облачённые в формулу мантр, уничтожающие злые чары. Сильный порыв ветра промчался по помещению. Пауки, потревоженные потоком воздуха, засуетились, заползали по свисающим со всех сторон паутинам и полезли прятаться в щелях. Вокруг книги всё сразу заревело, загудело, заныло, заплакало, закружилось тёмными волокнистыми потоками, образовав вертикальный, похожий на бушующий смерч, воздушный столб. Все остальные монахи, понимая всё без лишних слов, встали вкруг каменного пьедестала и направили в сторону чёрной книги свои руки, дополняя потоки энергий Ананды своей энергетической силой и сливаясь вместе с ним в молитвенном напеве.
Дикие вопли и рыки звероподобных сущностей, которые своими грозными ликами и хищными оскалами летели в воздушной оболочке смерча, понеслись со всех сторон. Всё вокруг задрожало, заходило ходуном. Их когти пытались разорвать воздушную завесу чтобы вырваться наружу, и сквозь образовавшиеся дыры летели в монахов липкие грязные субстанции, забрызгивая их мерзкой жижей. Через эти же отверстия тянулись к монахам волосатые когтистые лапы и, обжигаемые молитвенной силой, их обладатели взвывали, корчились от боли и с рёвом поджимали свои конечности обратно, втягиваясь в этот страшно ревущий поток. Сквозь эти прорези монахам было видно, как, попав под воздействие сильнейшей мантры, изгоняющей злые чары и разрушающей их, книга сильно закрутилась против течения смерча, поднялась в воздухе и зависла над столом. Её страницы, сопротивляясь, с силой перелистывались и, после того как книга распахнулась на одной из них, огромное чудовище взметнулось, расправило свои лапы и ринулось, прорывая воздушную оболочку. Это чудовище было таким мощным, что сумело не только разорвать энергетический кокон, но и оставить своими когтями кровавый след на щеке Ананды. Монахи молниеносно сцепили руки между собой и, замкнув круг, ещё больше усилив звучание мантр. От силы их напева диким пламенем вспыхнула реликвия колдуна, и листы книги сами по себе стали быстро, с шумом переворачиваться, и с этих страниц бесчисленной стаей чёрных субстанций втягивались в воздушный поток воронки. Ананда в этот момент расцепил кольцо и, собравшись с духом, выпустил из центра своих ладоней прямо в книгу ударный луч энергии. От соприкосновения с этим лучом книга, ослепительно вспыхнув, мгновенно испепелилась и мелкими крупинками золы осыпаясь, рассеивалась по пещере. Сопровождающий этот ритуал шум немедленно стих.
С чёрной магической книгой колдуна Дугпа-Мары было покончено, но были еще проклятые души, которые по-прежнему пребывали под колдовским заклятьем, некоторые были заточены в ужасные предметы, которые использовал колдун: различные ритуальные кости и прочие амулеты, некоторые из которых витали в пространстве комнаты над разрушенным троном. Всех их, эти заблудшие души, необходимо было освободить. Колдовские заклятья можно теперь нейтрализовать только более сильными, чистыми светлыми энергиями.
Ананда мысленно сонастроился с кристаллом, находящимся в горе Кайлас, и стал взывать о помощи, медитируя от том как сделать, чтобы души можно было освободить, и они дальше могли эволюционировать. И от этого потока мыслей кристалл засверкал, распространяя свои живительные лучи по всему Тибету. И тогда Ананда стал возносить мантры, слова которых были направлены на освобождение душ, давая им возможность перерождения, и монахи, поддерживая Ананду в ритуале освобождения душ, подхватили этот напев.
– ОМ МАНИ ПАДМЕ ХУНГ!
Постепенно голоса монахов зазвучали в унисон, тогда кристалл материализовался перед ними. Внезапно через кристалл пошёл сияющий луч, в котором сгорели в огне ужасающие амулеты колдуна Дугпа-Мары. Этот сияющий светом портал замерцал, заискрился от потока душ, в большом множестве погубленных колдуном. Души потянулись в портал со всех сторон и стали наполнять его, и, очищаясь светом, исходящим от кристалла, поднимались ввысь по длинному светлому тоннелю, покидая планету, с надеждой вернуться на неё в новом перерождении. Таким образом, монахи спасли большое число человеческих душ, которые не в силах были оторваться от страшного города Митул, витая над ним призраками.
Монахи, выполнив миссию по спасению душ, с чистой совестью покидали город Митул, и Оракул-Саду запечатал вход в него сильнейшим покровом мантр, чтобы никто и никогда не сумел войти в былую обитель тёмных сил. Монахи стояли у ворот города и смотрели вдаль – в долину, расстилающуюся под горой, кишащую человеческими останками. Это была Долина Смерти. И тогда все семеро они вооружились осколками камней и, следуя дальше, по всему пути выбивали на скалах одну и ту же мантру – мантру, способную подарить душе свободу.
И если вдруг в сегодняшнем дне вам, смелые и отважные, следующие той же тропой, что шли монахи монастыря Мандыр-Сиддхи, повстречается призрак неупокоенной души, соберите в себе всю свою силу и прочтите священную мантру, выбитую рукой монаха на каменном склоне. Мантру, которая своей сверхсилой прекратит страдания неприкаянной души и поможет ей скинуть заземляющие её оковы:
– ОМ МАНИ ПАДМЕ ХУНГ!
И если даже вы уже сейчас просто читаете эту мантру, то тем самым уже помогаете одной из заблудших душ переродиться, а этих душ, неприкаянно блуждающих – несметное множество. Такие неприкаянные, потерявшиеся во вселенском времени или загнанные чёрными магами, шаманами либо колдунами в кабалу души есть не только в Долине Смерти. Их много повсюду, они рядом, они блуждают среди нас с надеждой на спасение, заглядывают нам в глаза и ждут. И им нужна помощь прозвучавшей от чистого сердца мантры: