Алексей Тарасов – Метаморфозы. Новая история философии (страница 38)
Кондорсе особо подчёркивает различие между, с одной стороны, многочисленным классом людей, вынужденным удовлетворять свои потребности почти исключительно своим трудом, и источник существования которого, соответственно, зависит от жизни, даже от здоровья главы каждого семейства, или, даже более, от случая и, с другой стороны, теми, чьи источники существования не подвергаются таким же опасностям, и которые живут или земельной рентой, или процентом с капитала, почти независимого от профессии. Такое неравенство можно в значительной мере ослабить, «противопоставив случай случаю», то есть гарантируя достигшему старости помощь, образованную его сбережениями, но увеличенную сбережениями тех, которые, производя те же взносы, умерли раньше, чем имели надобность их использовать; доставляя, посредством подобного вознаграждения, женщинам, детям, в момент, когда первые потеряют мужа, или вторые отца, одинаковый источник и купленный той же ценой, как для семейств, которых постигает преждевременная смерть, так и для тех, глава которых живёт более продолжительное время; наконец, подготовляя детям, достигающим возраста, когда могут работать на самих себя и образовать новую семью, выгоду обладания капиталом, необходимым для развития их промысла, и возрастающим за счёт тех, которым слишком ранняя смерть помешала дойти до этого состояния: «Именно применению исчисления к вероятным событиям жизни, к денежным операциям, мы обязаны идеей этих средств, уже успешно употребляемых, но никогда однако не употреблявшихся ни в тех размерах, ни с тем разнообразием форм, которые сделали бы их действительно полезными не только для некоторых людей, но для всей массы общества, когда они избавляли бы огромное число семейств от периодического разорения, всегда возрождающегося источника разврата и нищеты»[111].
Итак, здесь присутствует указание на то, что отныне главный вопрос – вопрос о том, как противостоять случаю, судьбе. По-отдельности это сделать нельзя, а вот коллективно можно. Всем миром, всем человечеством. А также здесь прямо обсуждаются вопросы «политической экономии». То есть с этого момента государство обязано прямо вмешиваться в экономику. Это и есть главный объект его заботы. (До этого экономика сводилась к вопросам ведения «домашнего хозяйства», а единственной связью государства с экономикой была эффективная система сбора налогов.)
Кроме того, у Кондорсе вырисовывается следующая «схема» прогресса и представление о роли государства в ней:
1) Государство инициирует общественные проекты, в том силе принудительно заставляя людей, которые склонны к преследованию узких и эгоистичных целей, принимать в них участие.
2) Спустя какое-то время появляются первые реальные позитивные плоды этих общих для всех проектов, в результате чего все начинают осознавать, что это в их же интересах участвовать в них, действуя на общее благо.
3) Тем самым первоначальная «принуждающая» роль государства сначала постепенно ослабевает, а затем и вовсе становится ненужной, излишней.
4) Государство отмирает, поскольку люди и без него справляются.
Эту идею у Кондорсе подхватывают социалисты – сначала «утопические» (А. Сен-Симон, Ш. Фурье, Р. Оуэн и т. д.), а потом «научные» (К. Маркс, Ф. Энгельс). Сам Кондорсе при этом следовал идеям А. Смита и Ж. Тюрго, будучи энтузиастом свободной торговли на том основании, что «естественная склонность» богатства к равному распределению в обществе усилилась бы, при условии, что свободной торговле и промышленности было позволено устранить все преимущества, которые любое накопленное богатство получает от любого ограничительного закона или налоговых привилегий.
Кондорсе следующим образом резюмирует свою главную мысль:
«[М]ы мо[жем] заключить, что человеческая способность совершенствоваться безгранична»[112].
Мальтузианский «Опыт»
В предисловии Томаса Роберта Мальтуса (1766–1834) к первому изданию его «Опыта закона о народонаселении» (1798) есть прямая отсылка к тому, что эта работа имеет отношение к «Эскизу исторической картины прогресса человеческого разума» маркиза де Кондорсе.
Там же Мальтус указывает, что опирается в своих рассуждениях главным образом на Дэвида Юма и Адама Смита – представителей так называемого «Шотландского Просвещения»: «Моими руководителями были Дэвид Юм, Адам Смит».
Кроме того, он сообщает, что «[у]же к тому времени (времени первоначального написания, то есть в 1798 году – А.Т.) было ясно установлено, что население должно всегда удерживаться на уровне средств существования, но мало обращено было внимания на различные меры, при помощи которых может сохраниться этот уровень… Этот «Опыт» появился в эпоху чрезвычайного спроса на людей, когда трудно было даже допустить мысль о том, что увеличение населения может породить какие-либо бедствия».
Таким образом, уже здесь видно, что в отличие от Кондорсе, который приветствовал рост народонаселения/демографический взрыв и призывал всячески ему способствовать в дальнейшем, не видя никаких ограничений, Мальтус выступает противником этого явления. Мальтус следующим образом формулирует свою цель:
«Тому, кто захочет предусмотреть, каков будет дальнейший прогресс общества, естественно предстоит исследовать два вопроса:
1) Какие причины задерживали до сих пор развитие человечества или возрастание его благосостояния?
2) Какова вероятность устранить, вполне или отчасти, эти причины, препятствующие развитию человечества?»[113]
Мальтус следующим образом отвечает на поставленный вопрос, формулируя тем самым свой закон:
«Закон этот состоит в проявляющемся во всех живых существах постоянном стремлении размножаться быстрее, чем это допускается находящимся в их распоряжении количеством пищи.
…[Е]динственной границей воспроизводительной способности растений и животных является лишь то обстоятельство, что, размножаясь, они взаимно лишают себя средств к существованию… Это утверждение неоспоримо. Природа щедрой рукой рассыпала зародыши жизни в обоих царствах, но она бережлива относительно места и пищи для них.
Без этой предосторожности, одного населения земли было бы достаточно, чтобы в несколько тысячелетий покрыть миллионы миров; но настоятельная необходимость сдерживает эту чрезмерную плодовитость, и человек, наравне с прочими живыми существами, подчинён закону этой необходимости… Если же, наоборот, одержит верх инстинкт – население возрастёт быстрее, чем средства существования, а следовательно, по необходимости, оно должно вновь уменьшиться»[114].
Следующие два положения составляют суть «закона», открытого Мальтусом:
«[М]ы можем признать несомненным то положение, что если возрастание населения не задерживается какими-либо препятствиями, то это население удваивается через каждые 25 лет и, следовательно, возрастает в каждый последующий двадцатипятилетний период в геометрической прогрессии…»[115]. В то же самое время «средства существования при наиболее благоприятных условиях применения человеческого труда никогда не могут возрастать быстрее, чем в арифметической прогрессии»[116].
Мальтус выделяет следующие препятствия к «катастрофическому» безграничному размножению населения:
«[П]репятствия к размножению населения, действующие постоянно, с большею или меньшею силой во всех человеческих обществах и удерживающие размер населения на уровне его средств существования, могут быть сведены к двум разрядам. Одни действуют, предупреждая размножение населения, другие – сокращая его по мере чрезмерного возрастания. Первые можно назвать препятствиями предупредительными, вторые – препятствиями разрушительными… Препятствия предупредительные, поскольку они добровольны, свойственны человеку и заключаются в способности, отличающей его от животных, – способности предвидеть и оценивать отдалённые последствия. Все препятствия к безграничному размножению лишённых разума растений и животных, принадлежат к числу разрушительных… Разрушительные препятствия к размножению населения по своей природе весьма разнообразны. К ним относятся все причины, стремящиеся каким-бы то ни было образом, при помощи порока или несчастья, сократить естественную продолжительность человеческой жизни. Поэтому к категории этих препятствий необходимо отнести вредные для здоровья занятия, тяжкий, чрезмерный или подвергающий влиянию непогоды труд, крайнюю бедность, дурное питание детей, нездоровые жизненные условия больших городов, всякого рода излишества, болезни, эпидемии, войну, чуму, голод… В тех местностях, где население не может возрастать безгранично, предупредительные и разрушительные препятствия находятся в обратном отношении, то есть в местности нездоровой, или такой, в которой население по какой-либо причине подвергается значительной смертности, предупредительные препятствия будут иметь ничтожное влияние и, наоборот, в местностях здоровых, где предупредительные препятствия действуют с наибольшею силою – разрушительные препятствия слабо проявляют своё влияние и смертность оказывается незначительною»[117].
Мальтус кратко резюмирует свои положения:
1) Количество народонаселения неизбежно ограничивается средствами существования.
2) Народонаселение неизменно возрастает всюду, где возрастают средства существования, если только оно не будет остановлено явными и могущественными препятствиями.