Алексей Сысоев – Рейнхард Шрёдер, как исправить реальность (страница 29)

— Конечно!

— Симпатична не просто как девушка с хорошим видом сзади. У тебя рождается некое лишнее чувство.

— Какое еще лишнее чувство? Вряд ли я ей могу быть интересен больше чем, этакий забавный юнец, которому можно построить глазки, она же старше, и уже сделала карьеру, а я просто студент.

— Ну-ну, не прибедняйся. Такое самобичевание показывает, что тебя беспокоит, каким она тебя видит, и тебе хочется быть лучше. Что там у вас было еще? Чем она тебя так зацепила?

— Всезнающая Сана и вдруг не знает? Прямо удивительно.

— У меня есть дела и поважнее, чем отслеживать причины симпатий второго тела, — проворчала девушка.

— Да какое чувство? Ты что, Сана? Я еще не могу оправиться от того, что Карина меня бросила. И меня не оставляет ощущение, что ты в этом виновата.

— Я лишь повысила вероятность скорейшего наступившей развязки, только и всего, у ваших отношений не могло быть далеко идущего продолжения

— То есть ты даже не отпираешься? Пришла, перевернула все с ног на голову!

— Тебе не нужна была Карина, она бы нам только мешалась.

— Нам бы мешалась? А кто мне нужен, может ты? — поинтересовался Саша с улыбкой.

— Вот это вряд ли, — буркнула Сана. — Адью, братик, я пошла учиться. А с Сесилией поосторожней. Конечно, я могу ошибаться, но… Пока буду просто ждать, в каком направлении разовьются события.

Он проводил девушку глазами.

****

В последующие пару дней чудаковатая подруга куда-то запропала, он не мог найти ее в Академии, она нигде не попадалась, не пробиралась в квартиру. Саша ловил себя на мысли, что даже заскучал. Хотелось продолжения. Девчонка перевернула жизнь своим появлением, но… Стало интересней.

Еще, у него не шла из головы загадочная иностранка Сесилия Грант. Он надеялся увидеть ее вновь, и если с Кариной все закончилось (наверное, стоит сказать Сане когда-нибудь спасибо за это), то почему бы не попробовать охмурить прелестную швейцарскую сотрудницу? Она обещала проект, он ждал, когда иностранка с ним свяжется.

И судьба, наконец, подкинула подарок.

Саша прогуливался по набережной реки, все вокруг заливал яркий золотой свет заходящего солнца, падали осенние листья, и он вдруг увидел ее.

Девушка стояла к нему спиной у парапета, смотря на воду. Белоснежные волосы ниспадали по плечам, слегка волнистые, блестящие в лучах солнца. Саша не мог поверить своему счастью. Какой удивительный случай помог им встретиться, так вот, приятным осенним вечером вдали от Академии в двухмиллионном городе?

Саша мгновенно оказался рядом и обронил, как бы между прочим:

— На рыбок любуетесь? Это интереснее бликов от автомата с газировкой?

Сесилия вздрогнула и повернула голову:

— Ах, Саша?

— Ага, гулял тут мимо.

— Здесь есть рыба?

— В прошлом году специально спустили в эту реку несколько тысяч живых рыбешек, довольно симпатичных. Как раз, чтобы туристы любовались.

— В реку? Она же уплывет.

— Здесь практически нет течения, раньше была большая полноводная река, а сейчас ее пустили по нескольким чисто декоративным каналам, да и, по-моему, стоят заслонки, чтобы рыба не уплывала.

— Как у русских все… с выдумкой. Нет, я не любовалась рыбками, я просто решила выбраться и немного посмотреть город. А ты просто гуляешь?

— Да. Если нет никого, кто мог бы показать тебе город, то обратилась бы сразу ко мне!

— У меня не так много времени, но я учту, — улыбнулась Сесилия. — Она повернулась к реке, проговорив: — Я смотрела на воду. Кажется, у вас кто-то сказал, что можно смотреть бесконечно, как горит огонь и течет река, очень умиротворяет.

— Ну не у нас, это сказал какой-то китайский мыслитель.

— Ах… да-да, китайский. Когда я смотрела на воду, я вдруг поняла, что где бы ты ни оказалась, как бы далеко от дома, есть вещи, которые везде одинаковы. Например, текущая вода. И смотря на нее, можно почувствовать себя дома.

— А где твой дом?

Сесилия ответила спустя небольшую паузу:

— Далеко. Мне не хотелось бы говорить об этом. А ты был где-нибудь еще?

— Ну… в детстве ездил с родителями в Египет, пару раз. А так, что-то все учусь, нет времени куда-то выбираться.

— Понимаю. Я тоже много училась, чтобы стать тем, кто я есть. С самого детства. Даже времени никогда не было, чтобы просто так вот посмотреть на воду. Но знаешь, что я поняла, когда смотрела на нее?

— Что же?

— Она не то, чем кажется. Для нас это вода, целый набор символов, образов, а на самом деле это потоки атомов. А что такое атомы? В основном пустота. И получается, перед нами сейчас река текущей пустоты.

— Занятная мысль.

Сесилия обернулась на него, взглянув весело:

— Все вы физики такие. Изучаете удивительное, но не замечаете его, описывая сухими формулами.

— Разве ты не физик?

— Я… у меня более широкий профиль.

— Сколько тебе лет? Ты такая молодая для хм, физика широкого профиля, и, по-моему, чересчур мечтательная.

— Я… мне двадцать шесть… или… подожди, правильно ли это по-вашему… Нет, точно двадцать шесть, да.

— По-нашему? У нас один календарь, Сесилия. Да, в страшной холодной России, годы считают так же, как в Европе, — засмеялся Саша.

— Да нет, я просто немного запуталась, — тоже улыбнулась Сесилия.

— Меньше надо смотреть на воду и думать о пустоте, — хмыкнул Саша.

— Каждый гениальный физик в какой-то мере мечтатель. Подумай об этом Саша.

Он ее почти не слушал, любуясь светлыми волосами, ее глазами. Она была сейчас совсем не такой, как в тот день в лаборатории, когда отчитала его за Сану. Такой милой и непосредственной. Такой же, как в первую встречу. Видимо, будучи не на работе, она чувствует себя свободней.

— По-моему тебе не хватает мечтательности Саша. Когда я тебе сказала посмотреть на огни, ты меня высмеял.

— Я? Не может быть.

— Ты сказал, что это просто блики от автомата и ламп.

— Ах, ну да.

— И сейчас, тебя, судя по всему, насмешило, что взрослая девушка, научный работник, стоит и смотрит на реку, размышляя о вечности и пустоте.

— Это ничуть не смешно, это очаровательно.

— Думается мне, ты слишком увлекаешься наукой, как наукой, Саша. Будь проще, — улыбнулась Сесилия.

— Да… мне уже говорили нечто подобное. И про науку и про чудеса, которые рядом…

— Сана?

Саша моргнул.

— Угадала. Ты неплохо ее знаешь.

— В Академии многие о ней наслышаны сполна. Я же упоминала, что мне ее рекомендовали, и рассказали предостаточно об этой умненькой девочке, выдающей на-гора удивительные монологи и теории.

— Теперь ты не считаешь ее умненькой и интересной, после того как она до тебя докопалась, да? — усмехнулся Саша.