Алексей Стопичев – Миротворец (страница 35)
Мы так продвигались около двух часов, и бойцы вымотались до предела. Да и я, честно говоря, подустал знатно. Потому дал приказ располагаться на привал, благо, уже и солнце катилось к закату.
Макс и Курт, проследив, чтобы бойцы нормально расположились, подошли к моему костерку. Рузер, который тоже сумел выжить в аду схватки, уже привычно варил кофе. Я набил трубку и с наслаждением затянулся, глядя как ординарец разливает чудесный напиток по железным кружкам и добавляет туда сахар.
Кивнув командирам корпусов, чтобы присаживались, я спросил с ленцой ординарца:
– Рузер, а ты зачем в самое пекло полез? Тебе по статусу положено в тылу сидеть и моё сиятельство обеспечивать всем необходимым!
– Так и вам положено, вашество, – пожал плечами Рузер, – А вас, я сам видел, за ноги с передовой оттягивали.
Курт весело хохотнул. А Макс живо добавил:
– Ты, Рузер, не понимаешь ничего! Такой у герцога стиль командования! Ему, если он по шлему палицей не получит, даже мысли никакие в голову не приходят!
– А чтобы гениальное в голову пришло, нужно как следует по голове получить! – добавил Курт. – Как минимум, чтобы за ноги оттащили потом!
Теперь хохотнул и Макс, а я сказал с сожалением:
– Эх, распустил я вас, лоботрясов! Никакой субординации!
– Да мы сами распустились, – продолжая улыбаться, ответил Курт.
Махнув на них рукой, я спросил у военачальников:
– Что солдаты?
– Всё в порядке, – доложил Макс: – Караулы расставлены. Тысячники указания получили. В четыре стороны ещё и секреты отправили.
– Здик! – позвал я элементала.
– Да, Серж? – запищала наностихия.
– Что там выжившие конники?
– Остановились на ночлег, ругаются. Главный хочет ехать к основному войску, остальные убеждают отправиться домой.
– Ну и пусть себе ругаются! Скажи Шибу, пусть летит на ту сторону холма, напротив нас, и смотрит, что там и как!
– Ясно-понятно, Серж! – пискнул Здик.
Пока мы выпили кофе, пока поужинали и потравили байки, ожил Здик:
– Шиб на той стороне!
Я оживился:
– Что передаёт?
Наши войска в бой не вступали. Враг потерял много солдат. Сейчас армия торнийцев готовится к ночлегу. Они много мешков набили землёй. А часть их хочет идти в лес!
Глава 5
– Господа, – назидательно обратился я к Курту и Максу, – В чём успех победы?
– В стойкости солдат! – выпалил Макс.
– В правильности стратегии! – перебил его Курт.
– А вот и нет, – опроверг я своих военачальников, – Нет, конечно, стратегия большую роль играет. И стойкость солдат важна. Но главное – это разведка! Как говаривал один мудрец…
– Вы, вашество? – ухмыльнувшись, спросил Курт.
– Для вас – да! – кивнул я, и продолжил: – По сравнению с вами даже валун мудрец! Так вот, как говаривал один мудрец, то есть я, предупреждён, значит, вооружён!
– А чем вооружён? – с подозрительностью поинтересовался Курт.
– Да какая разница? – разозлился я. – Дубиной, бл…!
– Ну, большая разница, вашество, – не согласился Макс. – Если я, к примеру, дубиной вооружён, а вы арбалетом, то пофиг мне на это предупреждение! Я и добежать до вас не успею с этой дубиной-то!
– Погоди, – рассудительно встрял Курт, – А если ты за углом спрятался, а командир с арбалетом идёт и не знает о тебе? Тут ты его дубиной и шарахнешь! И арбалет ему не поможет!
– И их сиятельство ещё умнее станут, – вставил свои пять копеек Рузер.
– Куда уж умнее-то? – вздохнул Макс, – Вон, итак себя мудрецом кличет. С такими темпами скоро начнёт на площадях вещать, как юродивые, мол, записывайте за мной люди добрые! Весть вам несу мудрую!
– Это которые о конце света вечно рассказывают? Мол, слушайте меня и идите к спасению? – демонстративно-невинно переспросил Курт.
– Да-да! – подтвердил Макс.
– А у нас в деревню приходил юродивый, – встрял в разговор Рузер, – И кричал, что только он знает, как правильно жить нужно! И сказал, что ему нужна самая красивая девушка, и он только ей расскажет.
– А это точно не наш герцог был? – спросил Макс. – По красивым девушкам он тоже не дурак…
– Вот обалдуи! – с чувством произнёс я. И повернулся к элементалу: – Ладно, шутки в сторону! Здик! Спроси у Шиба, сколько торнийцев собирается в лес?
– Два корпуса, Серж! – бодро доложил кусок стихии.
– То есть, десять тысяч?
– Немножко меньше. Шиб докладывает, что точно сможет доложить только через пару часов, так как люди всё время шевелятся и ходят!
– Отставить их считать! Пусть Шиб летит к графу Шеридану-старшему, и докладывает о готовящейся вылазке. Граф должен был оставить в лесу мины и ловушки. Но предупреждён…
– Значит, вооружён, – улыбнулся Макс, – Извини, Серж, пытались обстановку разрядить.
– Макс, у Шеридана пять рот спецназа?
– Как и приказывал, Серж.
– Отлично! Здик, скажи Шеридану, пусть выпускает специальное подразделение. Это их задача. Ну, и сам пусть на всякий случай готовится. Меня держать в курсе происходящего! Остальным отбой!
***
Барон Орвье Ирс вёл два корпуса по тёмному лесу в обход страшных ловушек, устроенных лесанийцами на равнине. И поражался хитроумности мага Олса. Увидев, что вестей от конных корпусов нет, и лесанийскую армию никто не атакует с тыла, маг предложил герцогу Зару отправить два корпуса в обход через лес.
– Маршал, кто мешает нам отправиться через лес? Даже если и есть там какие-то ловушки, мы их просто обойдём! Пусть корпус уйдёт вглубь леса подальше и по широкой дуге выйдет в тыл противника! А когда они атакуют, наша пехота с мешками пойдёт в атаку здесь!
– Да, – загорелся Зар. Но дуга должна быть действительно большой. Слишком хитрый противник нам попался!
В итоге решено было отойти аж на пять лье вглубь леса, пройти ещё пять лье параллельно, и после этого идти к выходу. Как раз получалось, что два корпуса выйдут в тыл лесанийской армии. И пусть их будет раза в три меньше – ночь и эффект неожиданности сделают своё дело. Да и на помощь сразу же отправятся основные силы.
Перед отправкой командующим двумя корпусами назначили барона Орви Ирса, и это было беспрецедентное решение. Маршал поставил во главе обходного отряда не представителей знатных родов, а действительно знающего своё дело служаку. Когда определились, сколько человек пойдёт в обход, герцог оставил Ирса в палатке и лично беседовал с ним, объясняя то, что не осмелился сказать при всех:
– Барон, не буду скрывать, что положение очень тяжёлое, и на вас последняя надежда. И если вы её оправдаете, поверьте, не только дом Заров, но и все остальные герцогские дома будут вам благодарны!
– Герцог, – поклонился старый служака, – Я сделаю всё, что в моих силах.
Взмахом руки Зар остановил барона и продолжил:
– После вчерашних безуспешных атак и пропавших кавалерийских корпусов Отто Манжена, у нас в строю осталось всего восемьдесят тысяч солдат! Это меньше половины от того, что вышло из Торна!
Барон ошеломлённо заморгал. Он даже не представлял бедственности всей ситуации, а теперь защемило где-то в районе солнечного сплетения, то ли от страха, то ли от ответственности.
– Мы отправляем с вами десять тысяч лучших воинов! И если вы не выполните задачу, то… – герцог Зар мучительно тяжело помолчал, и проговорил глухим голосом: – Я разверну армию и вернусь в Торн, чтобы спасти то, что имеется!
– Ваша светлость! – барон приложил руку к груди: – Либо я сделаю, что нужно, либо умру!
И теперь Орвье Ирс шёл по лесу, слушая, как топчут валежник его солдаты, и мечтал, как станет спасителем Торна. Как его, верного, но небогатого дворянина будут чествовать толпы торнийцев, как спасителя королевства. И неважно, что королевство само начало захватническую войну. Король сказал, что это необходимо для выживания Торна, ибо лесанийцы всеми силами не дают развиваться торговле и ремёслам, пытаясь напортить торнийцам везде, где можно! Даже проклятых гномов переманили у Снэга! Барон, кстати, до сих пор не мог понять, почему король Снэга Глацис отверг предложение присоединиться к общему нападению. Хотя и без него поход представлялся чем-то быстрым, победоносно-яростным и безусловно-выигрышным. И вот уже месяц торнийцы в Лесании, и вместо побед – страх, унижения, пугающая неизвестность и недоумение. Брошенные сёла и городки. Постоянные ночные нападения. Начавшийся голод. Дезертирство. И страшные смерти от непонятного оружия. Гибель магов. Если бы попросили дать название походу, барон бы назвал его «Ярость и бессилие». Лесания будто превратилась в какую-то волшебную страшную страну из сказки, которой пугала его в детстве нянечка. Но теперь барон решил расквитаться за все страхи и за весь позор торнийцев, и наказать подлых врагов, боящихся открытой, честной схватки!