Алексей Стопичев – Каратель (страница 6)

— Счёт два-ноль в пользу принимающей стороны.

Моё веселье испортила Эльза, шикнувшая что-то, и подскочившая к упавшему ратнику. Стала водить руками над его головой, и я увидел бледно-розовое свечение. Строн медленно приподнялся и сел на задницу, ошалело мотая головой.

— Ух ты, — восхитился я, и спросил Эльзу: — А такому свечению можно научиться?

Теперь на задницу рядом со Строном села и Эльза.

— Какому свечению?

— Которое от твоих рук сейчас исходило, — удивлённо ответил я.

— Ты его видел?

— Ну конечно, как его не заметить можно?

— Как большинство живущих, — проскрипел ведун, который, оказывается, под шумок тоже выперся из донжона и медленно ковылял к нам, — Так ты ещё и маг, оказывается?

Теперь уже и я сел на жопу. Там же, где стоял. Я? Маг? Ну, приплыли!

Глава 7

Я сделал очередную гранату, набив последнюю руну, и довольно отложил камень. А сам вспомнил разговор двухнедельной давности с ведуном.

— Магия делится по способам на рунную, вербальную и артефактную. А по стилям на боевую, бытовую и лечебную, — скрипел Софос, — Но разделение это достаточно условное. Вот вокруг замка бытовая вроде магия, но она позволяет отводить глаза, скрывает строение. И видит замок лишь хозяин и его приглашённые. Здесь достаточно сильная магия. Рунная. Раз ты замок увидел и других сюда привёл, защитная магия в тебе хозяина признала.

— Ну, а учиться мне какой магии? — нетерпеливо спрашиваю ведуна.

— Всей, — удивился дедуля. — Раз ты маг, то должен уметь всё. Артефактная магия — самая простая в применении, но самая сложная в изучении. Нужно руны правильно изучить. Правильно их нанести одна от другой. Запитать артефакт силой. Напутал что — и нет артефакта, а иногда и мага самого. Бывали и такие случаи. Делает медицинский артефакт, а в итоге от мага ошмётки остались. Руны перепутал местами — и бах…

Я поёжился, представляя произошедшее.

— А в процессе изучения видно будет, к чему больше у тебя способности. У Эльзы, к примеру, к вербальной магии, куда входят и жесты руками. Ей так проще энергии переправлять и преобразовывать. Потому она достаточно сильный вербальный боевой маг. Хотя основная специфика у неё — это лекарство. Затем и ехали в Барум. У них лекарь умер предыдущий. Старенький уже совсем был. Но если бы не Эльза и не её познания в боевой магии, мы бы от зрожей не оторвались и в лес не ушли.

— Ну а с чего начинать обучение?

— С изучения рун и с обучения контролировать и направлять силу, — произнёс Ведун, и радостно начал рисовать на пергаменте: — Вот тебе первые четыре руны: земля, воздух, вода и огонь. Садись и перерисовывай.

Так я и стал учиться магии. И уже немного поднаторел. Ведун знал два десятка основных рун и два десятка вспомогательных. Принцип артефактной магии был довольно прост. Набиваешь, к примеру, на деревяшку руну огня и руну активации от трения, либо удара, а после запитываешь силой. Потёр деревяшку — и опля — огонь сам собой загорелся. Руну исцеления мне показала Эльза, которая также со мной занималась. Но больше всего мне понравилась руна разрыва. Когда на камне нацарапал эту руну и активацию от удара, бросил камнем в стену, и чуть не погиб — камень разлетелся не хуже, чем граната. Это и стало для меня отправной точкой. Решил, что пока автоматов нет, можно и другое оружие массового поражения производить. Набрал камней. И стал лепить на них руны разрыва, а также руны огня, чтобы не только рвануло, но и заполыхало. А руну активации устанавливал с отсрочкой в 5 секунд. Поначалу, правда, голову сломал, что сделать, чтобы граната стопроцентно срабатывала. От удара в мягкое артефакты не активировались. А если сделать более чувствительными, они могли и в сумке жахнуть. Выход нашёл через пару дней. Сделал активизирующий камень, назвав его АК, который от гранат нужно было носить отдельно. Стукнул гранатой по АКу и кидай подальше. Пять секунд у тебя есть. А потом взрыв, разлёт каменных осколков метров на тридцать и пламя, разлетающееся вокруг. Мои поделки мужиков привели в восторг. А ведун изумился, как такая простая, по сути, мысль, не пришла в голову кому-нибудь раньше. Ну, я не стал дедуле рассказывать, что гранаты в моём мире вещь довольно привычная. Потому просто надо было сообразить, как их с помощью магии соорудить. Пусть гением меня считает, я не против.

Хотя в остальном боевая магия меня несколько разочаровала. Никаких эпичных сражений, когда маг разнесёт армию, или даже полк — в помине не было. Один на один, или там против пары-тройки бойцов можно было что-то противопоставить. Но против отряда магия больше способна была напугать необразованных, чем принести ощутимый вред. Да и в битве один на один боевая магия не была панацеей. Копья огня или льда летели не быстрее обычных копий, и увернуться от них вполне даже можно. Никаких воздушных кулаков, почерпнутых мною в фэнтезийный романах, тоже не было. Метеоритный дождь, молнии — увы и ах. Щиты? Я вас умоляю! Хотя были руны, которые придавали крепость любому материалу. Но вот если эти руны наложить на человека, пусть даже и мага — ничем хорошим это не заканчивалось. Зато маги были незаменимы в лечении, в разведке, в точечном уничтожении вражеских военачальников. Потому-то магов и сопровождали всегда ратники. Правда, ведун и Эльза говорили, что есть глобальные заклинания, но для них нужно от 12 магов. И вот их объединённая мощь уже может навредить и полку, и даже армии, потому как мощь таких заклинаний кратно увеличивалась. Но пока за неимением дюжины магов я работал с тем, что есть.

Вторым вопросом, занимавшим меня, был вопрос защиты. Нет магического щита? Ну и ладно. Есть руны укрепления. Нельзя их на тело? Хорошо. Но на броник же можно? Достал кевларовые пластины и нанёс на каждую эти руны. Запитал силой и офанарел. Броник укреплялся кратно! И его уже не могли пробить ни копьё, ни меч, ни стрела. И опять ведун восхитился, а я довольно хмыкал.

— Ирвин, завтра выходим! — окликнул я старосту.

Староста довольно кивнул, и заявил, что давно пора. Да, мужики рвались наружу, туда, где, быть может, до сих пор зверствовали зрожи. Все они боялись за семьи, за близких. Но выйти раньше не могли — ведун был ранен легко, но в силу старости передвигаться сразу не мог. А оставаться в замке без нас отказался наотрез. Вот и ждали, я — изучая магию, мужики — охотясь. А Яг с ратниками откровенно балдели в перерывах между нашими занятиями. Эльза же то меня тренировала, то остальных мужиков. Но если меня магии, то их просто, из женской вредности. В это время мы уже достаточно хорошо познакомились, но понять Эльзу я так и не смог. То орёт и хмурится, отчего её чёрные бровки сходятся к переносице, уча заклинаниям, то вдруг улыбается.

Кстати, была и третья инновация. В которой я задействовал и Яга с его ратниками, и темских мужиков практически в полном составе. Нас было 11 человек — как раз полноценный десяток. Потому я взялся учить их… двигаться строем и работать ростовыми щитами. Дело в том, что тут у них щиты были каким-то мелким недоразумением сантиметров тридцать на сорок. От меча защитит, а вот копьё с него соскользнёт, конечно. Стал расспрашивать Яга, оказалось — по всему материку так. Даже меньше щиты есть — кулачные называются. Спросил про хорошие ростовые щиты, какие были у непобедимых римских когорт, и которые потом много кто перенял.

— Огромные? — удивлённо переспросил Яг.

— Ну да.

— Прям в рост человека?

— Ну почему в рост? — разозлился я, — Поменьше, конечно. От колена до шеи примерно. И ширина чуть больше плеч. Чтобы туловище хорошо закрывать.

— И зачем он такой огромный? С ним же ни повернуться, ни развернуться быстро. Оббегут тебя, да и прихлопнут, пока разворачиваться с ним будешь.

— Поспорим, что четыре мужика-лапотника победят четырёх опытных ратников без потерь с такими щитами?

Яг насупился. Нахмурился, и протянул ладонь:

— А спорим!

Глава 8

Игл накинулся на щит, пытаясь перепрыгнуть, и тут же получил палкой по голове.

— Игл убит! — радостно заорал Гвалт. Он не принимал участия в испытаниях ростовых щитов, потому с завистью наблюдал за забавой со стороны. Деревянные ростовые щиты с кузнецом Изваром мы соорудили за один вечер. Потом полдня я погонял Жака, Моха, Тяга и Извара, который захотел поучаствовать в испытании нового чудо-щита. Мужики, в принципе, довольно споро научились шагать в ногу, составлять щиты и двигаться слаженным строем. Учиться ещё и учиться, но принцип они поняли. Большего пока и не надо было. И к вечеру я позвал Яга со товарищи и мы устроили показательный бой, который я бы даже назвал показательным избиением. Четверо мужиков по команде сомкнули щиты, и через них с азартом одного за другим «убили» деревянными палками профессиональных солдат. Последним как раз оказался Игл.

— Гони деньги, — радостно улыбаясь, сказал я Ягу, десятник проиграл мне пять серебряных монет, но главное было в другом: принцип строя работал и здесь. Когда Яг передал деньги, я сказал: — А представь, если щиты будут держать профессиональные военные? И строй будет из десятков и сотен бойцов?

— Вот это… — расширил глаза десятник.

— Это, — кивнул я. — А если стрелами стали обстреливать, то первый ряд становится на колено. А второй над третьим рядом и над своим щиты выставляет сверху, будто крыша. И ни одна стрела не попадёт в солдат.