Алексей Стопичев – Каратель (страница 5)

Одних мечей с рукоятками полсотни. И ещё две сотни без рукояток. Наконечников для копий полтысячи. Алебард сотни полторы. Секиры всякие, наконечники для стрел. Много добра. Потому на стене замка я кусочком мела стал записывать: А (то есть алебарды) 146 шт. ну и так далее. Ирвин косился, а после того, как отправил на охоту Жака и Тяга и бочком подошёл:

— Серж, ты писать умеешь?

Я малость оторопел, а потом сообразил: аналог средневековья же. Тут грамотных раз-два и обчёлся. Но вот умею ли я писать на местном языке — большой вопрос. Говорил я на нём отлично, как на родном. Но сказался ли перенос и на письменности — не уверен. Потому решил не врать:

— Да не, дядька, сам придумал закорючки, чтобы обозначать алебарды, мечи да копья.

Староста неверяще покивал и пошёл дальше. А я понял, что мне нужно в срочном порядке много вещей выяснить. Иначе могу попасть, как кур в ощип. Поскрёб затылок, да дальше стал добро считать. Но тут свист раздался, и Гвалт на стену махнул, а со стены стал нам рукой махать бешено, и на ворота указывать. Я понял, что вернулись охотники, и рванул к воротам. Вместе с Мохом подняли железное бревно, приоткрыли ворота. И я, заматерившись, рванул из-за пояса меч, так как в проём ввалились четверо ратников в доспехах и островерхих шлемах. Но когда уже готов был рубить, заорал Тяг:

— Серж, это свои! Не надо! — И ввалился в ворота с каким-то дедом, который на Тяге просто повис, почти без движения. А следом ещё и пугало зашло в длинном плаще и с капюшоном, закрывающим лицо. Да ещё и застыло в проходе. Пугало я рывком внутрь втащил. И выдал малый петровский загиб, и по поводу Гвалта, который предупредить не смог вовремя, и по поводу Тяга. Один из ратников восхищённо присвистнул, а Тяг обиженно спросил за что.

— А за то, что ты, дубина, чуть сечу сейчас не устроил. Если уж привёл кого — предупреди. И сам первый в ворота заходи. А то у Моха инфаркт бы случился, и что тогда делать?

Теперь уже вскинул голову дед, и неверяще посмотрел на меня. А Мох обиженно засопел, и сказал, что никаких этих самых не случалось у него с трёх лет. Я махнул рукой, и вместе с ним стал вставлять обратно железное бревно в пазы. Ратники подскочили к нам и быстро помогли. А потом удивили меня до безобразия, потому как один из них наклонил голову и произнёс:

— Ваша милость, я десятник Яг с оставшимся десятком. Сопровождаем ведуна и магиню, напоролись караваном на зрожей и ушли в лес, где нас и нашёл ваш человек.

Я обалдел и от обращения. И от каравана, и от… магиню? Я повернул голову к пугалу, которое откинуло капюшон и разметало белокурые волосы, с вызовом глянув на бедного меня…

Глава 6

— Да с чего вы взяли, что я милость какая-то? — уже по-настоящему закипая, прорычал я.

— Речь грамотная, Ваша милость, — развёл руками ратник. — Потому или милость, или Светлость, або вообще Сиятельство. Уж извините, коли ошибся. Вы без гербов и корон. Как тут определишь?

— Дядька Ирвин, скажи этим, — обратился я за помощью к старосте, но тот лишь ухмыльнулся.

— Я тоже с самого начала подозревал. Ручки нежные. Говоришь правильно. Слова постоянно непонятные. Да и на стене вон писал что-то.

Дедок заинтересованно взглянул на стену, и тут же презрительно скривил губы.

— Букву «а» написал и цифру, это писал, по-вашему?

— Всё-таки «а»? — обрадовался я. И тут же прикусил язык.

— «А», ваша милость, — кивнул дедок. — И позвольте представится — ведун Софос.

— Я Серж, без милостей, светлостей и сиятельств. Просто Серж.

— Как скажете, ваша милость, — пробасил Яг.

— А откуда вы, ваша… Серж? — запнулся ведун.

Теперь запнулся я и обвёл всех взглядом. Мы сидели во дворе прямо вокруг костра, на котором Мох, соорудив два вертела, зажаривал косулю и крупного зайца. Придётся опять джентльменов удачи включать.

— Не помню, — говорю, и руками развожу. Что-то помню, что-то нет. Очнулся в лесу рядом с замком. Пошёл из леса. Ну и наткнулся на ребят и на зрожей.

— И троих зрожев завалил! — радостно выдал Гвалт.

Яг с уважением посмотрел на меня. Ведун чему-то покивал и спросил:

— А охранные заклинания на замок кто ставил?

Я заморгал.

— Какие такие заклинания?

— Охранные и отводящие внимание, — вступила а разговор магиня Эльза. Она уже не так сердито смотрела на меня, но всё ещё хмурилась. Видимо, не могла забыть, как бесцеремонно я её в ворота втащил.

— Не знаю, — искренне сознался я. — Я точно ничего не ставил.

Ведун опять покивал и спросил:

— Ну а читать умеете?

— И этого не знаю, — опять вздохнул я. — Амнезия одолела. Частичная.

Дедуля аж прихрюкнул от удовольствия:

— Амнезия, Инфаркт. Учитель у Вас был отличный ваша… эээ, Серж. — и достал из сумки свиток. — А попробуйте, прочтите!

И протянул мне. Я аккуратно взял свиток. Развернул. И понял, что читать умею:

— Рецепт зелья от вспучивания живота при употреблении плохих продуктов, — вслух прочёл надпись.

— Так я и думал, ваша ми… Серж. То что вы явно не крестьянин, итак видно. И по выправке. И по речи. И читать умеете. На монаха вы тоже не больно похожи. Потому хоть и не помните ничего, но явно, что дворянский кровей.

Я только рукой махнул.

— С вами спорить…

— А спорить и не надо, — сказал дедок, — Может, потом и вспомните, кто вы и откуда. А пока, раз так хотите, будьте Сержем. Кто ж против?

На том и порешили.

***

Яг вертелся вокруг меня с палкой в руке, а я быстро отбивал его удары. Слева, справа, сверху, опять слева. Спарринг ратник сам предложил с утра. Я решил, что хорошая зарядка никому не повредит, и вот уже минут двадцать мы прыгали с палками в руках друг напротив друга. Скорость у Яга была хорошая. И реакция на высоте. Но я, всё же, был побыстрее. Двое ратников, прибывших с Ягом, грелись на солнышке, посматривая на наш учебный бой. Я уже знал, что звали их Игл и Строн, а третий, оставшийся в донжоне — Вад.

— Яг, — подзадорил десятника Игл, — А слабо на кулачках со мной?

Десятник остановился, утёр пот, кивнул мне и отбросил палку.

— Позже если только, — буркнул он. И его понять было можно. Игл был детиной огромным. Ростом даже повыше моих 180 сантиметров, в плечах точно раза в полтора шире меня. А уж жилистого Яга, который даже чуть ниже среднего роста, так вообще вдвое превосходил.

Игл весело осклабился, и тогда я предложил:

— А давай со мной?

Детинушка вытаращил глаза, с опаской посмотрел на Яга, а тот произнёс:

— Серж, он чемпион полка по бою на кулаках. Башка железная, а кулачищами доски проломить может, наверное.

Я улыбнулся ещё шире:

— Ну и отлично. Значит, хорошо разомнёмся.

А про себя думаю: вот дурак! Хрен знает, как они тут дерутся. И не будет ли моё звание КМСа тут им на один укус. Но отступать было поздно. Да и хотелось уровень бойцов здешних посмотреть. Всё-таки спорт, которым я занимался — для средневековья спорт будущего. С вековыми наработками и кучей хитростей по отрабатыванию реакции, скорости, силы и выносливости.

Яг в это время кивнул разрешающе, и Игл встал, смачно потянувшись. Ирвин, видевший, как я в их деревне парней в нокаут отправлял, хитро улыбнулся и плюхнулся на траву, предвкушая зрелище.

— Ну, если зашибу, не обижайтесь, ваша милость, — пробасил Игл.

— Не обижусь, обещаю.

А тут как назло и Эльза из донжона выперлась. Проснулась, значит, магиня. Увидел её и Игл, раздвинул плечи ещё шире и на меня попёр. Как буйвол какой. И смотрю, ещё на дальней дистанции плечо отводить начал под удар, а потом и руку кинул. Слабовато по скорости. И слишком открыто. Тут бы и третьеразрядника хватило, в принципе. Я под руку поднырнул и всадил левый боковой громиле в печень. Попал хорошо, классически. Игл хрюкнул и упал на землю. По печени — это очень больно. По себе знаю. Минут десять отходить нужно. Потому к Иглу наклонился и стал учить:

— Дыши мелко. Потихоньку. Пока боль не пройдёт.

Тот в ответ лишь жалобно стонал и держался за бок, корчась на земле. Увидев вскочившего Строна предложил:

— Может, тоже на кулачках?

Строн жалобно оглянулся на Яга, весело скалящегося, и ответил:

— Ну, это, можно. Если потом покажете, как вы Игла уронили.

— Покажу, — пообещал я. И Строн, хмыкнув, попёр на меня. И тоже колхозный замах, от души. Но тут я уже не стал ждать, пока он ударит. Приблизился подшагом и просадил боковой в челюсть. По тому, как Строн рухнул, лицом вперёд, понял — ещё один нокаут. И весело улыбнулся: