Алексей Стопичев – Его смертельное благородие (страница 8)

Грэм впервые после задержания посмотрел на дознавателя и заплакал вдруг. Слезы текли из его глаз, а он шептал:

- Не успел запятнать, клянусь! Только на Смите кровь, я не убивал никого! Я всего полгода Миннису служу!

- Я верю, верю! – успокаивающе сказал Волков, - Потому и сделал именно тебе, а не ему такое предложение. Уж поверь, я за пятнадцать лет работы дознавателем научился людей определять. Потому спокойно вытирай слёзы, и если договорились, начинай рассказывать…

- А что рассказывать-то? – Грэм действительно стал вытирать слёзы, глядя с безумной надеждой на могучего представителя МВД.

- А с самого начала. Как тебя завербовал Миннис. Что делал на его службе. С кем Миннис общался. Что делал твой дружок Смит…

- Завербовали, - заторопился Грэм, - Меня полгода назад! Смит и завербовал! Мы с ним вместе учились в Оксфордской магической академии! Я тогда сидел в небольшом городке к югу отсюда и встретил там Смита. Он сказал, что случайно на меня наткнулся, но, думаю, искал целенаправленно. А я тогда пошёл со старателями, да впустую почти год провёл, денег не было…

Глава 10. Траппер Тихий

Гришу Тихого считали удачливым. Тем более, так сложилось, что попал он в греческое селение, а его фамилия «Тихий» перекликалась с их словом удача. Имя его сразу переделали на свой манер и стали называть Григором. Но вот фамилию не тронули. Так и стал он Григором Тихим.

Впрочем, сам себя Гриша удачливым не считал никогда. Да, природа наградила его отменными данными – высокий, широкоплечий, как говорили портовые девки, в городе, где он вырос: смазливый и статный. Плюс, получил при рождении Гриша дар. Но, хоть и был дар магическим, к волшебству никакого отношения не имел. Гриша, наоборот, оказался нечувствителен ко всякой магии. Плюс, в моменты опасности умел ускоряться втрое от обычного разумного. И даже ильвы, которые превосходили человека по ловкости и силе, и те пасовали перед Гришей, стоило ему использовать свою способность. Из-за этой способности, кстати, в родном городе к Грише подкатили как-то субчики и предложили стать убийцей магов. Платить обещали хорошо. Защиту свою обещали. Только Григорий, хоть и был тогда всего-то семнадцатилетним юнцом, знал, что это билет в один конец. Потому отказался. Но субчики эти настойчивыми оказались. Стали преследовать. А потом и напали как-то, подкараулив в подворотне. Только зря они это сделали. Тихий учился в своё время в кадетском корпусе, а там пусть и мальчишек, но учили и за себя постоять, и врага убить. Ускорившийся Григорий и сам не понял, как голыми руками убил двоих взрослых мужиков. А когда понял, что наделал, кинулся домой, собрал вещи, да сел на пароход на новый материк – неизвестные земли покорять. Материк этот называли Гипербореей во всём мире, и только в России прозывали его Чухонией.

Да, каждый разными путями попадал в Чухонию. Кто-то гнался за богатством или славой. Кто-то искал острых ощущений. А кто-то, как Гриша – просто убегал. Потому как останься Гриша в России – либо полиция нашла, либо бандиты, двоих из которых он собственноручно убил. И здесь, на новом месте, Гриша уже был умнее. О способностях своих не распространялся. Жить старался как все. Вначале работал портовым грузчиком в Миргороде. А после прибился к греческой колонии, да занимался охотой. Хотя вначале записался в старатели, те вечно искали то золото, то серебро, то алмазы. Но быстро понял, что промывать песок, копать землю или стучать киркой, ища нужную породу – вообще не в его характере. А вот на зверя охотиться, по лесам шастать, да быть героем местных девчонок – вполне в его духе.

Да и то говорить – Григор Тихий вскоре стал знаменитостью греческого посёлка Ватия, так как зверя приносил много. Да кроме того – трапперы здесь и хранителями, а по другому – сторожами, являлись, потому как из лесов кто только не выходил к людским поселениям. И змеевидные львы серпопарды, и козлоголовые монстры панесы, и скогсры, и драугры с гармами. И противостоять этим монстрам могли только охотники, либо маги. Так как охотники силой магической не обладали, то стали искать способы уничтожать монстров. Так и сошлись с ильвами – одним из народов, заселяющих Гиперборею. Те с монстрами под боком жили давно, потому и научились их бить. При том, что у ильвов и магов-то не было, по сути. Так, шаманы какие-то, которых Гриша больше к шарлатанам относил, чем к волшебникам. Были ещё, конечно, четырёхрукие лемурийцы и агрессивные блеммии, но и те и другие с людьми общаться не очень желали. Да и жили в настолько труднодоступных местах, что туда и идти желающих не находилось. Изредка отправлялись экспедиции, привлечённые сплетнями о несметных сокровищах. Но так и пропадали эти экспедиции без следа. И на десяток-второй лет вновь к нечеловечьим расам не совался никто.

Так вот если говорить о славе Григора, то пришла она к нему в одночасье и совсем нежданно, когда юный ещё траппер сумел в одиночку гарма уничтожить. Да ещё и сделал это чуть ли не на глазах у всего посёлка. И не полез бы Гриша никогда на этого гигантского пса, да выскочила зверюга прямо к тому месту, где детишки мелкие играли. А Тихий к детям всегда трепетно относился. Вот и кинулся на защиту, ускорившись до предела. Хорошо, кроме сабли было при себе у Гриши копьё промысловое. На него он насадил вначале гарма, а потом уже кружил вокруг раненной твари, кромсая саблей, которую с собой из России привёз. Сабля эта непростая была. Ещё деду его досталась в награду за подвиг. Магом заговорённая, с рунами волшебными от ржавчины всякой, да затупления. Может, обычным железом и не просёк бы шкуру гарма парень, а дедовская сабля выручила. В общем, в тот же вечер жители посёлка своему герою целый пир закатили, да празднество устроили. А Гриша узнал, наконец, насколько сладкими и ласковыми могут быть гречанки.

И считали Тихого удачливым, так как их отряд трапперов всегда с хорошей добычей возвращался. Отравленных да покалеченных почти и не было. Да и жили охотники очень неплохо по местным меркам. Гриша на очередные высказывания греков о его счастье только вздыхал тяжело, да рукой отмахивался. Если и была удача, так только в малом. А в большом… С Родины уехать пришлось, бросив мать да младшую сестрёнку. Богатств заработать тоже не получалось. Вложил заработанные деньги в биржу какую-то, поверив приезжему купчишке, а тот и сгинул вместе с деньгами…

Хотя, ничем иным следующее событие, которое произошло с Григором, иначе как удачливостью и назвать было нельзя. С Димитрисом и Леонидасом вышли они случайно на дорогу, а там бьются люди с некромансерами. Трапперы увидели две повозки, возле которых пятеро мужчин с мечами сражались с пятью драуграми, коими некромансеры управляют. Переглянулись охотники и ударили в спину злобным порождениями чёрной магии. Иссекли троих, да тут из леса вылетела магия грязная, и оба товарища Григора упали мёртвыми. Да ещё и троих защитников повозок зацепило. Да и сами маги – двое некромансеров из кустов сунулись было, ударили второй раз, добивая уцелевших защитников. И только на Тихого заклинания эти не подействовали. И он разрядил арбалет в одного из чёрных магов. Кинулся было ко второму, но тут оба оставшихся на ногах драугра, завыв злобно, заступили путь трапперу. И пока юноша сражался с тварями, ускорившись невероятно, второй некромансер в кусты отступил, да сгинул в лесу.

Григор, расправившись с тварями, сунулся было в лес с дороги, чтобы найти падлу, которая его товарищей уничтожила, да с повозки голосок девичий раздался. Оказалось, на повозке девица ехала. Григор остановился растеряно, но в конце концов не стал её оставлять в лесу среди груды мёртвых тел. Отказался от погони. Вместе с Хелен – так звали выжившую – погрузил на одну из подвод тела всех погибших, решив отвезти да похоронить их в посёлок. А мёртвым драуграм поотсекал головы, да пожёг их на спешно разведённом костре. Тихий торопился, и Хелен даже спросила, хлопая густыми ресницами, куда так спешит бесстрашный охотник.

- Кто знает, сколько некромансеров было, мамзель, - пояснил терпеливо Григор, - Вдруг решат вернуться. Один я могу не сдюжить.

Хелен Бакер лишь кивнула, принимая правоту его слов, и принялась дальше помогать грузить тела, со страхом поглядывая на лес, жмущийся к дороге с двух сторон. Впрочем, мамзель держалась хорошо. Хоть и боялась, но указания выполняла чётко. А потом, когда уже тронулись, привязав лошадок из второй повозки к первой, села рядом с Тихим и сидела, стараясь держаться поближе к статному трапперу. А Григор искоса всё разглядывал юную девушку, любуясь её непривычной красотой. Хелен была роста среднего, но фигурой прям ладная: тонкая талия, изящные нежные ручки, грудь не большая, но и не маленькая. Да и личико было красивым: голубые глаза, густые ресницы, полные, чувственные губы, которые девушка сейчас решительно поджала, да белокурые, вьющиеся волосы.

Впрочем, и девушка посматривала на траппера не без интереса. И даже испуг не помешал ей отметить стать молодого охотника…

Глава 11. По следам некромансеров

С утра Гриша сразу пошёл в таверну, зная, что подготовка к похоронам будет проходить именно там. В посёлок они прибыли уже вечером, потому обряд захоронения решено было провести на следующий день. В таверне народу собралось прилично, однако, появление траппера сразу заметили, и староста посёлка Андроник Сидерас немедленно отвёл Тихого за отдельный столик. Погибший Димитрис был его сыном, и старик сильно переживал утрату. Он приказал принести им завтрак и печально посмотрел на Гришу: