Алексей Степанов – Сердце дезертира (страница 25)

— Я думал, всё, — признался пострадавший. — Он упал на меня. И всё. Я слышал выстрелы.

— Это я стрелял.

— Гоша, ты настоящий друг!

Выбираясь из объятий Насвая, Гоша понял: придётся идти. Так решила Зона. Они отнесут груз Дезертира. Когда они пошли в деревню за прибором, Гоша заглянул в ПДА и увидел сообщения о вероятной гибели Рябого и Флер.

— Вот и всё… — Насвай стянул с головы бейсболку.

— Ох, не всё… — Гоша только сплюнул от злости. — Мы же знаем, что Флер не с Рябым. Как же они могли погибнуть одновременно? Храп их, что ли, раздавил? Нет, чую, не всё… Но и опровергать пока нечего.

— И что это? — в то же самое время спросил Храп у Разсемя. — Палочки и камушек?

Разсемь умышленно не спешил, желая держаться подальше от стрелков Шейха. Поэтому группа шла медленно, а на ночёвку сталкеры встали прямо в лесу, неподалеку от картофельного поля, с которого как раз доносилась канонада. Никто даже не заикнулся о том, чтобы подойти ближе. Флер, оказавшаяся в их компании, попробовала приставать с расспросами, но Храп повелел ей заткнуться.

— Ну, один из символов встречи, — пояснил более опытный сталкер. — Друг, я не знаю, как давно он тут лежит. Таких знаков по Зоне — груда!

— Мне наплевать, какая их груда! — злился Храп. — Мне важно знать: Рябой вернётся сюда или нет? И с кем он тут собирался встретиться? С нами, что ли?

— Я не знаю, — терпеливо ответил Разсемь, которому Храп уже стоял поперёк горла. — Мы же слышали вчера выстрелы? Это было там, на картошке.

— Мы потом и с других сторон слышали выстрелы! — вмешался Барбос. — Это Зона, тут часто стреляют! Может, они правее взяли, как все люди. Через поле только дураки и импотенты ходят.

Разсемь закатил глаза. Барбос достал его уже сильнее, чем Храп. Этот парень больше думал о себе, чем о деле, а в Зоне так не полагается.

— Через поле многие ходят, — как мог спокойнее ответил он. — Радиация сильная, да. Но если потом всё смыть, то вроде ничего страшного.

— Мальчики, не надо на поле! — пискнула Флер, но на неё, как и с самого начала, никто не обратил внимания.

— Многие ходят, а многие не ходят! — опять вмешался Барбос. — Рябой что, совсем идиот?

— Совсем, — неожиданно поддержал Разсемя Храп. — Он тот ещё клоун. Выходит, они уже возле Янтаря? А мы топчемся здесь… Плохо.

Разсемь промолчал. После того, как Храп устал, объявил привал, выпил коньяка и уснул до вечера, ему вообще не хотелось с ним разговаривать. Он честно будил патрона, но Храп лишь отмахивался. А Разсемь пошёл в эту ходку за фиксированную плату и, в сущности, готов был хоть сейчас вернуться за Периметр. Тем более что Храп продолжил пить и с утра, под заботливо нарезанную Флер закуску. Такого Зона не любит.

— Через поле идти — всё, про баб забыть! — настаивал Барбос. — Если они к Янтарю пошли, то и мы можем. Но как люди, а не вот так, по колено в радиации… Это же вам не танго в кровати — как захотел, так и влез! Тут надо культурнее и думать немножко.

Храп тяжело вздохнул. Он не выспался. Ночью, в лесу, ими собиралась полакомиться какая-то тварь, но подстрелить её не удалось. А утром Бубна потребовал отчета. Храп как мог сдержаннее описал ситуацию. Бубна отозвался в том духе, что, мол, лучше бы он сам пошёл. Это было нормально, хвалить Храпа хозяину не за что. Но спустя полчаса Бубна вышел на связь снова и сказал одно: без Шейха, пусть мёртвого, не возвращайся. Всё остальное не важно.

— Барбос, ты бы чат полистал лучше, больше проку. Проверь, какие новости.

— Ой, а можно я? — снова попробовала влезть Флер. — Я быстро и вслух вам почитаю!

Ей снова никто не ответил. Как-то сразу, не сговариваясь, сталкеры стали игнорировать эту свалившуюся им на голову малахольную бабенку. Барыга, послушно перебросив снайперку за спину, занялся коммуникатором.

— Разсемь, ты отвечаешь, что мы с поля выйдем здоровыми?

— За Зону никто не может ответить, — сухо ответил сталкер, вглядываясь в картофельные ряды. — Храп, они пошли здесь, я уверен. А вон там, куда пальцем показываю, всё примято в полукилометре от нас. Будто перепахали. Я такого прежде не видел.

— И? — Храп не любил намёков.

— Они прошли здесь, — повторил Разсемь, уже не удивляясь тупости начальника. — Дорогу я знаю, хочешь — проведу. От Осиного Гнезда будем в часе ходьбы. Там они скорее всего и ночевали. Значит, идут к Янтарю, как Бубна и подозревал.

— Я тебе этого не говорил! — вполголоса напомнил Храп, покосившись на Барбоса. — Это служебная информация. Что ж, тогда идём. Но с кем Рябой хотел тут встретиться?

— Да со своими парнями, наверное. Он, может, не знает, что они сошли со следа?

— Вот тоже дурак! Нашёл, кому доверять — двум клоунам. Впрочем, он и сам… — Храп широко зевнул. Отвык он спать в лесу. — Барбос, ну! Есть информация какая?

— Приехали люди, серьёзные люди. — Барбос не отрывался от экрана ПДА. — Были у Бубны. Похоже, старина Че немного потер базары в сети… В общем, эти люди хотят Шейха. И это очень серьёзные люди.

Храп в очередной раз тяжело вздохнул и первым шагнул на поле, сразу глубоко провалившись в жирную землю. Ни одного сорняка не росло между рядами картофельных кустов. Тихонечко завыв, за ним пошла Флер — ей казалось, что чем ближе к Храпу, тем безопаснее.

— Возьмём этого коротышку — будем в шоколаде! — не оборачиваясь, сказал Храп. — Не возьмём — останемся жить в Зоне. За Периметром нам места не будет.

Барбос, бросив короткий взгляд на Разсемя, перехватил снайперку поудобнее и пошёл за главным. Сталкер, прежде чем шагнуть на поле, мысленно пристрелил обоих. Подумал секунду и всадил пулю ещё и Флер под лопатку — вот ещё, подарочек! Но в Зоне долго мечтать нельзя, пришлось пойти и ему.

«Успеется, если совсем достанете, — успокаивал он себя. — Кто с Зоны вышел, тот и прав! Бубна, люди крутые… Выдохся в вас запах Зоны, парни, загнил. И уйти не можете, и дышать не в силах. Сами гниёте. И недолго вам…»

Спустя несколько минут они подошли к месту вчерашней бойни. Десятки плотей лежали на поле нетронутыми — крысы и псы здесь не ходили. Запах стоял такой, что Флер сразу согнулась в три погибели, выплевывая завтрак. Пока Храп морщил могучий лоб, Разсемь отыскал и кровососа.

— Наверное, от Собачьей деревни их вёл, — предположил сталкер. — Мстил за свой клан.

— А если посчитать трупы, то с Шейхом остался только секретарь этот и баба! — обрадовался Барбос. — Не, ну туз с шестёрками и туз без шестёрок — это две большие разницы! Рябой вообще не в счёт, он, считай, на нашей стороне! Догоним и возьмём!

— Ещё кто-то с ними.

Разсемь держал на ладони гильзы от винтовки Норис.

— Это не «хопфул». А у Рябого «калаш» — и где гильзы? Ничего не понимаю.

— Не надо ничего понимать! — обозлился Храп, глотнул из фляги и передёрнул затвор, без толку выкинув патрон в поле. — Идти и догнать! С какой стороны будет этот твой прожектор?

— Справа.

— Барбос! Ты тоже туда не смотри, пригодятся ещё твои глаза. Веди, Разсемь!

— Погодите! — затараторила Флер. — Погодите, я винтовку возьму!

— Оставь! — сурово приказал Храп. — Обойдёшься пока. Шевелим копытами, парни!

Храп надвинул козырек себе на правый глаз. Усмехнувшись, Разсемь пошёл вперёд. Он ещё не слышал, чтобы от вечного прожектора спас просто какой-то козырек. Если Храп хочет сохранить зрение, будет промывать, как положено.

Глава восьмая

Ночь прошла спокойно, а утром они не менее спокойно выбрались из Осиного Гнезда. Убитых зомби ночью до состояния скелетов обглодали крысы, но крупнее грызунов мутантов явно не появлялось. Разобрав баррикады у выходов, Рябой установил растяжки. Теперь можно было идти.

— Знаете что? — Он демонстративно уселся на один из драгоценных ящиков. — А я не понимаю, почему должен с вами идти на Янтарное озеро. Наш контракт вы расторгли в тот момент, когда отобрали у меня оружие. Ну или когда отобрали ПДА, не важно. Я — проводник, я вас не бросаю, но курс теперь буду определять я.

— Господин Рябой, пожалуйста! — взмолился Фарид, но сталкер жестом приказал ему заткнуться.

— Вы что, всё ещё думаете, что сможете куда-то добраться без меня? Есть ещё Норис, но ей вы не доверяете.

— Видишь ли… — «Госпожа Кайл» как бы в задумчивости сделала шаг за спину Рябого. — Видишь ли…

— Вижу!

Он уже стоял, наведя на неё «хопфул».

— Я всё вижу! И второй раз такой номер не пройдёт! Или идите одни, но предупреждаю: до озера вам не добраться. Или идите со мной назад, к Собачьей деревне.

Шейх, улыбаясь Рябому, стал говорить речь. Фарид, едва успевая, переводил.

— Дорогой, многоуважаемый господин Рябой! Да продлятся ваши дни в этой опаснейшей из профессий. Я сожалею, что мало доверял вам и, возможно, ненароком оскорбил. Я очень прошу прощения. — Шейх даже кивнул головой, вроде как поклонился. Фарид тоже кивнул. — Очень-очень прошу прощения! Но мы никак не можем остановиться, особенно теперь, когда цель прямо перед нами. В память о погибших воинах вы обязаны нам помочь.

— Что?… — Рябой даже растерялся. — Да ему плевать на этих воинов, что я, не понимаю?

— Многого не понимаете, — уверенно сказал Фарид. — И потом, разве вы не хотите получить серьёзную сумму? Кстати, аванс я вам уже выдал!

— А я его уже отработал. Так чего я не понимаю?

Фарид посмотрел на Шейха, тот важно кивнул.

— Мой господин — очень серьёзный учёный. В этих ящиках находится весьма ценное оборудование. Установив его у Янтарного озера, мы, возможно, сможем помочь людям сделать Зону безопасной. Я бы сказал, наверняка сможем.